Высоким слогом. Любви и строки не щадя


 

Эдуард Асадов

Оценка любви

Он в гости меня приглашал вчера.

- Прошу, по-соседски, не церемониться!

И, кстати, я думаю, познакомиться

Вам с милой моею давно пора.

 

Не знаю, насколько она понравится,

Да я и не слишком ее хвалю.

Она не мыслитель и не красавица,

Такая, как сотни. Ничем не славится,

Но я, между прочим, ее люблю!

 

Умчался приветливый мой сосед,

А я вдруг подумал ему вослед:

Не знаю, насколько ты счастлив будешь,

Много ль протянется это лет

И что будет дальше? Но только нет,

Любить ты, пожалуй, ее не любишь...

 

Ведь если душа от любви хмельна,

То может ли вдруг человек счастливый

Хотя бы помыслить, что вот она

Не слишком-то, кажется, и умна,

И вроде не очень-то и красива.

 

Ну можно ли жарко мечтать о ней

И думать, что милая, может статься,

Ничем-то от сотен других людей

Не может в сущности отличаться?!

 

Нет, если ты любишь, то вся она,

Бесспорно же, самая романтичная,

Самая-самая необычная,

Ну, словно из радости соткана.

 

И в синей дали, и в ненастной мгле

Горит она радугой горделивою,

Такая умная и красивая,

Что равных и нету ей на земле!

 

Виктор Кузнецов

Второе рождение

Высота разверзлась - и шрапнелью

Ветра свист у самого виска.

Рву кольцо и, подогнув колени,

Ожидаю над собой хлопка.

 

Но тугие посвисты все злее.

Вижу только шлейф из перкаля.

Леденею, глохну и немею,

А в глаза - тигрицею земля.

 

Наклоненных сосен меркнут свечи,

Кажется, над самой головой,

Остро ощетинились навстречу:

«Парашют скорее запасной!»

 

И опять с кольцом наотмашь руку

Сгоряча, остервенело рву –

Белый купол распахнулся круто,

И – как будто в лодочке плыву.

 

Маргарита Турчинская

В праздник

В праздник бывает разное,

В праздник случается многое:

То озарится он радостью,

То обернется тревогою.

 

Сердце согреют памятью

Открытки в несколько фраз.

В праздники мы убеждаемся,

Что где-то помнят о нас.

 

Но ждем мы почерк знакомый,

Который так дорог и мил…

В праздники узнаем мы,

Что кто-то о нас забыл.

 

Виктор Федотов

***

Ночи белые,

Да дни ненастные,

Сутки целые

Ливень властвует.

Что поделаешь –

Веди на Севере!

Ночью белою

В белом клевере

Ясно видится,

Ярко светится,

Белорыбицей

Ветер плещется.

А берез стволы,

Хоть вдали стоят,

До чего ж белы,

Как рука твоя.

Словно день забыл

Занавеситься,

А недавно был

Серпик месяца.

И все дождь и дождь

Сутки целые,

А ведь год их ждешь,

Ночи белые.

 

Людмила Щипахина

Ты и я

Словно стрелки часовые,

Обреченные разлуке,

Пробегаем мостовые

И протягиваем руки.

 

Не жалеем слов нелепых,

Разных хитростей умелых,

Мы, как шахматы на клетках:

Ты – на черных, я – на белых.

 

Словно кто-то мыслил это,

Кто-то выдумал такое:

Два столкнувшихся предмета,

Ты – в движенье, я – в покое.

 

От тоски окоченели,

Но открыть боимся души

И взмываем, как качели:

Ты – на небе, я – на суше.

 

Пролетаем сквозь зарницы,

Сквозь рассвет, сквозь полдень серый,

Две отбившиеся птицы,

Ты – на юг, а я – на север.

 

Николай Рыжов

***

Ты все такая, как была.

Не изменилась, нет.

Как будто не было совсем

Трех молчаливых лет…

 

В тебе все тот же огонек

И остроумье то,

Все тот же, вроде бы, намек

Но не понять – на что…

 

Все те же, вроде бы, слова,

Все ту же слышу речь,

И кудри тоже, как всегда,

Чуть не до самых плеч.

 

Смеешься так же, коль смешно,

И ямочки у рта…

И все же есть одно лишь но:

Фамилия не та …

 

Татьяна Кузовлева

***

Какое великое счастье –

Себя в этой жизни найти,

Дыханье рассудка и страсти

В одно попытаться свести.

 

Склоняться пред таинством речи,

Пред полузабытым словцом,

Как перед случайною встречей

С чужим и прекрасным лицом.

 

И, с вечностью миг перепутав,

Любви и строки не щадя,

Жить вдохом, единой минутой,

Землей в ожиданье дождя.

 

И тем быть полезною людям,

И в том видеть смысл бытия,

Что губы кому-то остудит

Крылатая строчка моя.

 

Евгений Долматовский

***

Научись встречать беду не плача:

Горький миг - не зрелище для всех.

Знай: душа растет при неудачах

И слабеет, если скор успех.

Мудрость обретают в трудном споре.

Предначертан путь нелегкий твой

Синусоидой радости и горя,

А не верх взмывающей кривой.

 

Рюрик Ивнев

Школьная доска

Мог ли я думать, что сердце живое

Окаменеет на веки веков,

Чтоб возвышаться над мостовою

Под покровительством облаков.

 

Что это? Явь иль сновидение?

Иль фантастическая мечта?

Или последнего грехопадения

Необитаемая тропа?

 

Нет, не скрывай. Ведь это было.

Был этот день. Был этот час.

Небо, казалось, к нам подплыло

И унесло онемевших нас.

 

И вот теперь у оконной рамы

Стою, считая на пальцах года

Волнений, любви, стихов, романов

И встреч на платформах и в поездах.

 

Все отгорело, все отшумело,

И только буквы на школьной доске,

Нацарапанные неумело,

Снова жмутся к моей руке.

 

Алексей Марков

В каких случаях я перевожу стихи

Поглядел я на картину.

До чего же хороша!

Вот украсть бы… В страхе стыну:

Запрещает красть душа!

 

Я прочел стихотворенье

Не на русском – на чужом.

Ох, писалось, к сожаленью,

Не моим карандашом.

 

С удовольствием бы имя

Я свое поставил здесь.

Но делишками такими

Баловать – худая честь!

 

И тогда с благоговеньем

С первым солнышком за стол

Сел и то стихотворенье

Я на русский перевел!

 

Николай Суворов

А.Кирсанову

Почти бегу к товарищу-поэту.

Нужна с ним встреча –

Тороплю ее.

В руке сжимаю, словно эстафету,

Стихотворенье новое свое.

Оно мне будто обжигает руку,

Оно притягивает каждый встречный взгляд.

А вот и дом,

Калитка –

Я без стука

Влетаю в тихий и прохладный сад.

Поэта окликаю.

Он в гвоздиках,

Как в ореоле утренней зари

Меня приветствует и говорит;

- Поди-ка.

Котенок тут играет, посмотри!

И я смотрю,

Дыша неровно грудью,

Как шлепают котенка те цветы.

И я стою,

Как перед правосудьем,

В сомнении недавней правоты.

А мой товарищ в полном откровенье.

Он удивлен котенком, мигом дня.

Он накануне лишь стихотворенья

И потому

Счастливее меня.

 

Александр Юдахин

***

Зря электронная машина

Пытается писать стихи,

Нечеловеческую силу

Расходуя на пустяки.

 

Зря переводит силу тока

В слова холодные легло, -

Далековато ей до Блока,

До Смелякова далеко.

 

Жужжит, как божия коровка,

Гудит железный имярек:

Да что бездушная коробка,

Когда бессилен человек!

 

Среди десятка поколений,

Пускай он бога не гневит,

Каким бы ни был новый гений,

Он Пушкина не повторит.

 

Зато всемирные законы,

Не будь Эйнштейна под рукой

Иль Архимеда и Ньютона,

Открыл бы кто-нибудь другой.

 

Яков Белинский

***

За все в этом мире надо платить,

хотя не все поступает в продажу:

за позднего счастья сладчайшую нить,

вплетенную в жизни суровую пряжу,

 

угрюмой морщиной – за щедрую страсть

и клоком седым – за бесстрашье полета,

а даром – не выйдет: ни взять, ни украсть, –

надо платить по счету.

 

И нечего к жизни взывать: отвяжись…

не переплатил ли?.. проверьте…

 

За молодость – старостью.

Смертью – за жизнь.

Всей жизнью своей – за бессмертье.

 

Михаил Матусовский

***

Сверчки в тени чертополоха

Ведут беседу.

Когда мне станет очень плохо -

В Донбасс уеду.

 

Туда, где ястребы степные

Спят на кургане,

Где чуть дрожат огни ночные

В моей Лугани.

 

Где поезда в смятенье сами,

Летя сквозь полночь,

Пронзительными голосами

Зовут на помощь.

 

Где в темноте стоит свеченье,

Как в небе дальнем.

Где все слова звучат в значенье

Первоначальном.

 

Где пролегла степей безмерность,

Холмами горбясь.

Где верность, это значит - Верность,

А подлость - Подлость.

 

Где я собрал на косогоре

Букет полыни,

И на губах осталась горечь

Еще поныне.

 

Сверчки в тени чертополоха

Ведут беседу.

Когда мне станет очень плохо -

В Донбасс уеду.

 

Там под земной слышны корою

Глухие сдвиги.

Так возвращаются порою

К прочтенной книге.

 

Так всех ушедших видят лица

Во сне глубоком.

Так речка хочет возвратиться

К своим истокам.

70-е годы XX века

 

Олег Дмитриев

***

Не молодой, не старый,

Иду к вам от Кремля,

Московские бульвары —

Мои учителя.

Ступил в свои следы я,

И вас не скроет тьма,

Наставники седые —

Московские дома.

Прошу для вас отсрочки,

Да век не удержать!

Но срок приходит дню,

И вот поодиночке

Мне надо провожать

Чугунную ограду,

Витой излом крыльца

И эту колоннаду

Недолгого дворца.

Старинные чертоги,

Проспекты и дворы, —

Я знаю, педагоги,

Как были вы добры,

Как были вы суровы!

И до скончанья лет

Запомню ваше слово,

Запомню ваш завет.

Когда сомненья мучат

Мне слышатся слова:

«Москва всему научит!»

И я учусь, Москва.

Фото - Галины Бусаровой