Всеволод Макаров. Интервью с актёром театра им. Вл.Маяковского


Институт благородных девиц
Институт благородных девиц

РГ«МиЛ»: У каждого артиста свой путь к сцене. Как и когда Вы решили стать артистом?

Всеволод Макаров: Это такая достаточно классическая история. Наверное, многие с детства мечтают попробовать себя в этом направлении и как-то прикоснуться к творчеству. Вообще я считаю, что все люди по-своему творческие натуры, просто у некоторых  людей  есть некая потребность и счастливая возможность выпустить свое творчество наружу. Я, пожалуй, с детства мечтал стать артистом. Во многом, благодаря моей маме, которая организовала детский театральный коллектив, в котором я проводил большое количество времени, и благодаря которому, своё детство я провёл в атмосфере абсолютного счастья! И вот недавно на встрече с одноклассниками вдруг вспомнил, что ещё в первом классе, когда все ребята заполняли анкеты «кем я хочу стать», я написал, что хочу стать актёром или президентом. Интересный такой факт!

РГ«МиЛ»: У Вас были сомнения, стоит и удастся ли поступить в театральный институт?

Всеволод Макаров: Вы знаете, несмотря на то, что я был достаточно амбициозным парнем, узнав какой огромный конкурс в ведущих театральных институтах – 250 человек на место, я к 10-11 классу начал сомневаться в собственной возможности поступить в такое учебное заведение.  И в какой-то момент думал, что желание стать актером так и останется моей мечтой. В это время все мои одноклассники – я учился в физико-математическом классе – уже определились, кто в какой вуз будет поступать: Бауманка, МИФИ, МГУ… Тогда я тоже решил поступать в профильный вуз и отправился в Москву на специальную олимпиаду, проводимую Финансовой академией при Правительстве Российской Федерации. Приехал, подхожу к зданию – такое монументальное строение – вижу этих важных людей, входящих в институт, и понимаю, что это совершенно не мой мир! Тем не менее, олимпиаду я написал и, как в последствии выяснилось, поступил в Финансовую академию. Я даже начал свыкаться с мыслью, что это именно то, чем мне надо заниматься, что я буду финансово обеспечен, что буду вращаться в определённых кругах… Но это чувство было вызвано скорее желанием молодого амбициозного парня чего-то достичь, состояться в жизни, а не выбором моей души. Поэтому я стал пробовать поступать в театральный вуз. И так получилось, что меня приняли в Щепкинское театральное училище сразу после второго тура! Тогда это для меня было таким откровением! - Что люди так отнеслись к моему желанию просто поделиться своим счастьем, потому что человек, имеющий возможность творить, - это абсолютно счастливый человек! И когда мне сказали, что я принят в театральный институт, я даже вначале не поверил в это! Мне казалось, что это что-то совершенно невозможное! И вот тогда передо мной встал серьёзный выбор – Финансовая академия или театральный институт. Два абсолютно разных направления. Я понимал, что моя жизнь будет развиваться в принципиально разных векторах, диаметрально противоположно. Тогда я зашёл в книжный магазин и взял первую попавшуюся книгу. Это был Ричард Бах, книга «Иллюзии». И я прочитал в ней такую фразу: «Тебе никогда не даётся желание без того, чтобы не давались силы осуществить его». И мои сомнения – справлюсь ли я или нет, пробовать себя в творчестве или нет – постепенно рассеялись… Я стал ощущать себя тем счастливцем, которому даётся возможность говорить языком творчества и делиться своим счастьем с людьми!

РГ«МиЛ»: Вы действительно хотели работать в театре Маяковского ещё будучи студентом?

Всеволод Макаров: Да. Мы с однокурсниками посещали разные театры, разные спектакли и, впервые придя в театр Маяковского, смотрели спектакль «Братья Карамазовы». Я помню, что меня просто поразила эта монументальная постановка, в которой было занято очень много людей, в том числе и знаменитые артисты, такие театральные, сценические столпы… И когда мы вышли на улицу, я сказал: «Да, вот в этом театре я хотел бы работать». Самое интересное то, что первый спектакль, в котором я вышел на сцену театра Маяковского, был «Братья Карамазовы»! Когда нас принимали в труппу – это было 9 сентября – в театре шли «Братья Карамазовы», и художественный руководитель Сергей Николаевич Арцибашев спросил, кто хочет из новеньких выйти на сцену. Там надо было сыграть в массовой сцене. Я сразу сказал: «Я! Я хочу!» Получилось такое возвращение в свою бывшую мечту, которая, благодаря Богу, как мне кажется, и свершилась. Театр Маяковского… Всегда с большим удовольствием прихожу в это место!

РГ«МиЛ»: Как приходит осознание своей Роли в театре?

Всеволод Макаров: Сейчас, проработав в театре почти семь лет, ловлю себя на мысли, что только начал чуть-чуть понимать эту профессию. Это на первом курсе все приходят в театр с ощущением того, что всё знают об актерской профессии, а с каждым годом, изучая ее изнутри, «понимаешь, что еще ничего не понимаешь», - перефразируя философа. Но безусловно осознаю, по завету Щепкина, что и для меня театр – это храм! Мне всегда хочется верить, что после спектакля из зала выйдет хотя бы один зритель, по-другому взглянувший на мир.

Может быть, кто-то захочет позвонить своим родителям… А может быть, кто-то возьмёт и не совершит нечестную финансовую сделку… Очень хочется надеяться, что мы, артисты, можем поделиться с людьми чем-то светлым, добрым и прекрасным!

РГ«МиЛ»: Насколько в современном театре важно понятие амплуа?

Всеволод Макаров: Я не очень люблю это понятие. Тем не менее, если говорить о технической стороне нашего театрального производства, понятие амплуа есть. Конечно, в современно театре, оно достаточно размыто. Уже в институте педагоги начинают прикидывать, исходя из внешних данных будущего артиста, его амплуа. Например, мне, в виду моей внешности – голубоглазого светловолосого парня – всегда давали роли хороших мальчиков. А мне хотелось попробовать себя и в других образах. У нас в институте был спектакль по Розову «День свадьбы», - меня изначально распределили на роль молодого парня, который учится в театральном институте, у него первая влюблённость, он всё время читает своей возлюбленной стихи, и они вместе смотрят на звёзды. Вот такой персонаж. А ещё у этого парня есть старший брат, который руководит партсобраниями, такой видный политический деятель, понимающий, что у него есть сила и власть и пользующийся ими в корыстных целях. И вот тогда я впервые понял, что хочу попробовать сыграть роль негодяя и сломать этот стереотип хорошего мальчика.

РГ«МиЛ»: Образы каких персонажей Вы воплощаете на сцене в настоящее время?

Всеволод Макаров: Мне повезло, что у меня есть возможность играть самые разные роли в спектаклях разных по своему жанру. Я играю Ипполита в «Не все коту масленица» Островского и Мозглякова в «Дядюшкином сне» Достоевского. Есть у нас в театре современный спектакль «Маяковский идёт за сахаром», в котором я играю роль чекиста Агранова, человека с очень непростой судьбой, встреча с которым, в какой-то степени, предопределила смерть Маяковского. А есть французская комедия «Дети портят отношения», где я играю молодого восемнадцатилетнего парня Жака, который всё время, говоря современным языком, «косячит». Есть в моем репертуаре спектакль «Девятьподесять», который готовился к 90-летнему юбилею театра. Он состоит из разножанровых сцен, отражающих различные этапы в истории театра, и в этом спектакле я играю несколько персонажей, самых разных по характеру и типажу: режиссера Мейерхольда, Питера Брука, а также современного монтировщика и звукорежиссёра. А еще есть «Бесприданница» - я играю Вожеватова. Это такая интересная трактовка потрясающего режиссёра Льва Борисовича Эренбурга. Спектакль неоднозначный, и есть люди, которые не воспринимают такую трактовку классики.

РГ«МиЛ»: В чём заключается особенность трактовки Эренбурга?

Всеволод Макаров: Особенность трактовки Эренбурга заключается в том, что он сделал более трагичную линию любви между героями. И если в классической постановке Островского всё-таки Ларису Огудалову не любит никто, а каждый просто использует её в своих собственных интересах, то мы попытались сделать так, что все персонажи проявляются искренне в своей любви. Все герои хотят душевно быть с их любимыми, но, к сожалению, не всегда люди, которые любят, имеют возможность быть рядом с любимым человеком по самым разным причинам. И в этом большой градус трагичности!

РГ«МиЛ»: Какие-либо роли стали знаковыми в Вашем репертуаре?

Всеволод Макаров:  Есть спектакль, к которому я отношусь с определенным трепетом, это «Не все коту масленица», поставленная Л.Е.Хейфецом. Этот спектакль, сыгранный мною более 100 раз, обладает какой-то определенной доверительной атмосферой и магией отношений и между его участниками. Я просто благодарю Бога, за то, что у меня сразу с прихода в театр была возможность поработать с таким великим мастером, как Леонид Ефимович, услышать его советы, его замечания.

РГ«МиЛ»: Как складывались Ваши творческие отношения с выдающимися актёрами труппы?

Всеволод Макаров: Когда говорят, что театр Маяковского – семья, - это не просто слова. Атмосфера у нас в театре, действительно, по-семейному тёплая. Я прекрасно помню свои первые шаги по этой сцене, первые творческие контакты с новыми партнёрами, помню, как остальные артисты, в том числе заслуженные и народные, поддерживали с самых первых репетиций. Причём поддержку ощущаешь не только в творческом плане, но и в человеческом. Когда я поступал в театр, художественным руководителем был Сергей Николаевич Арцибашев, сейчас уже другой руководитель – Миндаугас Карбаускис, а атмосфера сохранилась; сохранилась, благодаря людям, которые есть в этом театре. 

РГ«МиЛ»: Без какой составляющей актёр не сможет достойно справиться со своей ролью?

Всеволод Макаров: Безусловно, без человеческой. Я думаю, что актёрская природа, действительно, во многом зависит от человеческих качеств человека. Мне кажется, актёр не может быть равнодушным, невнимательным и не имеет права работать на температуре «36и6».

Редакция газеты "Мир и Личность"

в лице главного редактора Елены Чапленко

благодарит Всеволода Макарова

за интересную беседу



Фотогалерея


Закрытая школа
Закрытая школа
Бесприданница
Бесприданница
Декалог
Декалог


Бесприданница
Бесприданница
Мама-Кот
Мама-Кот
Девятьподесять
Девятьподесять


Фотографии - из личного архива Всеволода Макарова

Интервью провела Елена Чапленко