Валерий Сторожик. Тридцать семь сезонов на сцене театра

имени Моссовета


РГ«МиЛ»: Вы на протяжении долгих лет являетесь актёром театра Моссовета. Чем для Вас стал этот театр?

Валерий Сторожик: Это самое главное в моей жизни. Наверное, судьба вывела меня на этот путь, что-то всё время тянуло в театр. Когда я поступил в музыкальное училище, на дирижёрско-хоровое отделение, стал принимать участие во всевозможных творческих вечерах, капустниках. Будучи от природы человеком стеснительным, выйдя на публику, неожиданно почувствовал, что сцена – это моё. В это же время я очень полюбил кино. Я смотрел много разных фильмов – наших, французских, итальянских. И полюбил их ужасно! По окончании училища я получил диплом учителя музыки и сольфеджио, и сразу же отправился поступать в театральный. Признаться, в самом начале обучения я практически ничего не понимал. Воображение, условности, фантазия были мне несколько чужды, так как я достаточно реалистичный человек. Мне было сложно кем-то прикидываться и что-то имитировать. Потом, со временем, я стал открывать для себя новые грани, новые возможности своей будущей профессии. На момент окончания театрального училища, у меня был выбор поступить в труппу Малого театра или театра Моссовета. И я выбрал «Моссовет». Он тогда был такой популярный, модерновый, свежий. Таким образом, с 1979 года я выхожу на сцену этого театра. Мне посчастливилось играть в одних спектаклях с величайшими актёрами! Всё – счастье, грусть, муки творчества – прошли через сцену этого театра.

РГ«МиЛ»: Что нового привнесли Вы в театр как актёр?

Валерий Сторожик: Я смотрел на мастерство актёров старой гвардии и старался пропустить это всё через себя. Ведь не сразу же актёр может сделать так, чтобы зрители, например, грохнулись от смеха. Или бы, наоборот, следили за тобой, затаив дыхание. Эти навыки приобретаются со временем, и действительно каждый актёр по-своему расставляет акценты, делает ударения, особым звучанием окрашивает свою речь. Много-много лет потрачено на то, что разбиралась какая-то пьеса – я думал о чём она, как лучше сыграть тот или иной эпизод, сделать мизансцену, чтобы зрителям было интересно это смотреть. Мы, актёры, - инструмент, на котором сами же и пытаемся играть. У кого-то инструмент бывает богатый, у кого-то только три струны, но всё равно, он играет свою определённую роль. Бывают, конечно, махины, которые можно сравнить с симфоническим оркестром, но важна и скрипочка, флейта, и даже маленький колокольчик. Кто-то играет основные роли, а кто-то может только подыграть – кому что отпущено. Но все вместе образуют сценический ансамбль. Конечно, вся моя жизнь здесь, на сцене. Люблю театр, люблю, люблю…  

РГ«МиЛ»: Вы играете роль молодого Марлоу в спектакле «Ошибки одной ночи» более 20-ти лет… За эти годы менялось ли Ваше отношение к этой роли, и менялся ли стиль игры?

Валерий Сторожик: Я играл эту роль в одном-единственном составе 20 лет! Все другие – всегда были в два состава. Это моя самая-самая любимая роль! Вначале она мне очень тяжело давалась, я всё время что-то придумывал – и по тексту, и по каким-то актёрским приёмам. В общем, всё, что я умел, всё что мог, вложил в эту роль. Каждый спектакль я просто летал по сцене! Однажды, когда из-за киносъёмок я не приходил в театр неделю, другую, решили ввести актёра во второй состав. Это был Александр Домогаров. И я так ревновал, так переживал! Как это так, впустить в мою любимую роль кого-то другого? Сейчас, конечно, это кажется глупо и смешно, но тогда… Кстати, у Домогарова тоже начались какие-то съёмки, и роль молодого Марлоу он так и не сыграл.

РГ«МиЛ»: Особенности воплощения образа Иисуса в рок-опере «Иисус Христос-суперзвезда»? 

Валерий Сторожик: Мы слушали это произведение в оригинале – невероятный шедевр! Гениальный! И прикоснуться к нему, на первый взгляд, казалось нереальным. После длительных репетиций и прогонов оказалось, что этот спектакль сделать можно, но по-другому, по-своему. Вторым составом роль Иисуса играл Олег Казанчеев. Он, как мне кажется, особенно не придавал значения «поискам новых форм», а чётко выполнял то, что ему говорил постановщик.

Тем не менее, он очень хорошо чувствовал эту роль, и великолепно смотрелся на сцене. Про себя могу сказать, что никогда не имел на эту тему каких-то философских мыслей, а просто очень честно играл эту роль, с чистыми помыслами, с душой. Хотел посредством своих актёрских и вокальных данных, мастерства донести до зрителя легенду.

РГ«МиЛ»: Вы считаете роль Иисуса самой значимой в Вашей творческой деятельности?

Валерий Сторожик: Нет. Так я не считаю. Но я потратил на неё несколько лет жизни, и в моём репертуаре эта роль была приоритетной. Например, исключительно для этой роль я носил волосы до плеч.

РГ«МиЛ»: Какова Ваша творческая жизнь вне театра?

Валерий Сторожик: Приглашают озвучивать компьютерные игры, делать дубляжи фильмов, сериалов. Иногда озвучиваю по шесть серий в день. Много работы на радио, в основном для детей и юношества.

РГ«МиЛ»: Расскажите о Ваших кинопробах на роль Костика в фильме Михаила Козакова «Покровские ворота».

Валерий Сторожик: Скажу, что даже был утверждён на эту роль. Чисто внешне я Козакову подошёл, он встретил меня прямо на Ленинградском вокзале, и мы вместе с ним отправились на пробы. Козаков такой сильный, властный, лютый немножко, я иногда не понимал, чего он хочет. Я пробовался и один, и в сценках с другими актёрами – получалось довольно-таки неплохо. В итоге, Козаков меня утвердил.  А потом появился Олег Меньшиков. Он тогда как раз сыграл небольшой эпизод в фильме Никиты Михалкова «Родня», но сыграл его здорово. И, я так понимаю, Михалков Козакову его «сосватал». Мол, у меня такой парень есть, просто не оторвёшься! Заразительный, обаятельный, комедийный – бери не пожалеешь! Как известно, роль Костика сыграл Меньшиков, но я не жалею, потому что Олег действительно очень и очень хорошо справился с этой ролью. Кстати, мы с Меньшиковым вместе учились в театральном, я был на третьем курсе, а он на первый поступил. И он играл в наших дипломных спектаклях – такой милый, хороший парень, весёлый очень.

РГ«МиЛ»: Какого качества, по Вашему мнению, в большей степени Вам не достаёт в актёрском мастерстве?

Валерий Сторожик: Вот чего точно не хватает, так это импровизационности. Это когда у тебя есть предлагаемые обстоятельства, у тебя есть текст, но всё остальное ты должен делать на своё усмотрение. Я же привык долго обдумывать каждую сцену, смотреть как будет лучше, и это, конечно, очень мешает на съёмках. В современном кино, как правило, приветствуются импровизационные актёры, которые получают текст в последний момент и хорошо ориентируются на площадке. Тексты несложные, но их много, например, сразу для пятнадцати сцен, причём из разных серий – из первой, из девятой, из двенадцатой и так далее. Режиссёр тебе говорит: в эту дверь вошёл, посидел, с кем-то поговорил, а потом вот улетаешь в это окно. А всё остальное ты должен сымпровизировать. В этом случае актёр должен всё видеть сам, например, станет ли он закрывать за собой дверь, куда он присядет, как открывается окно… Вот этой вот импровизационности мне на съёмках и не достаёт.

РГ«МиЛ»: Вы занимаетесь преподаванием актёрского мастерства?

Валерий Сторожик: Я хотел. С азартом приступал к работе с молодыми ребятами. Но через какое-то время, понял, что не являюсь для них каким-то авторитетом, они меня не боялись, отпрашивались с занятий, когда хотели, а я им всё прощал. А когда наступало время экзаменов, и ребятам нужны были хорошие оценки, они прибегали ко мне, искренне раскаивались, чуть ли не плакали! И я им снова всё прощал… Поэтому в какой-то момент решил для себя, что преподавание – не мой вид деятельности.

РГ«МиЛ»: Расставьте Ваши жизненные приоритеты.

Валерий Сторожик: На первом месте будет моя работа – театр, съёмки, интервью. На втором месте – семья, хорошая, настоящая.  



Редакция издания "Мир и Личность"

в лице главного редактора Елены Чапленко

благодарит Валерия Сторожика

за интересный и познавательный рассказ

Интервью провела Елена Чапленко

Фото - из архива театра им.Моссовета