Дремучий поход


 

Однажды, когда у нас был классный час, наша учительница Инесса Владимировна спрашивает:

- Ребята, кто-нибудь из вас ходил в поход? Знаете, такой настоящий поход, с рюкзаком, гитарой... Предлагаю в эти выходные всем классом отправиться в лес.

Мы с ребятами уже привыкли к авантюрному характеру Инессы Владимировны и поэтому совсем не удивились тому, что накануне четвертной контрольной по русскому языку, она предложила нам прогуляться.

- Вот здорово! - завопил с последней парты Андрюшка Андреев. - Возьму с собой кинокамеру и буду снимать документальный фильм о дикой природе! А в какой лес мы отправимся, Инесса Владимировна?

Она говорит:

- Лучше всего, правда, далековато, по белорусской железной дороге. В общем, посоветуйтесь с родителями. А ты, Алёша, - Инесса Владимировна посмотрела на меня, - скажи, пожалуйста, маме, что я ей позвоню сегодня вечером, детально всё обсудим.

После занятий я, Володька, Андрюшка и Галка Залесская выбежали на школьный двор. Володька воодушевлённо говорит:

- Интересно, а там в лесу костёр можно будет разжечь? Тогда бы печёную картошку сделали.

- Да ну, твою картошку, - фыркнула Галка. - И вообще, мы с родителями договорились на открытие нового теннисного корта пойти.

Потом мы ещё немножко погуляли и разошлись по домам. А дома - там уже каким-то образом стало известно о наполеоновских планах Инессы Владимировны - нас ожидали переполненные разнообразными чувствами мамы, папы и прочие родственники.

- В поход собрался, - не успел я переступить порог, закричала моя мама. - Тоже мне первопроходец нашёлся! Ты бы лучше в гастроном время от времени походы совершал!

Я решил, что это очень несправедливый выпад с маминой стороны, ведь для меня поход в гастроном - это самое ужасное мероприятие, которое только можно себе представить. Булки в одном месте, колбаса - в другом, а где искать майонез, я не знаю до сих пор.

Папа спросил:

- Алёша, а вы в какой лес-то собираетесь?

Я говорю:

- Да там где-то, Инесса Владимировна сказала, по белорусской железной дороге.

Вдруг мама как подпрыгнет, и как закричит с новой силой:

- Это же партизанские леса! В них ещё, может быть, неразорвавшиеся снаряды Второй Мировой остались!

И убежала на кухню за валокордином. Мама, когда сильно разнервничается, всегда принимает это лекарство.

А потом, наконец-то, нам позвонила сама Инесса Владимировна. Мама разговаривала с ней минут двадцать. Вот, что мне удалось расслышать из соседней комнаты:

- Да, да, Инесса Владимировна, здравствуйте.

- Да, я уже знаю.

- Нет, Инесса Владимировна, это невозможно. По разным причинам.

- Ну, что ж делать, значит, без Алёши... Как-нибудь в следующий раз.

- Конечно, конечно. Я им обязательно позвоню. Всего доброго.

Без Алёши! Я чуть было не заплакал. Ведь это же значит, что меня мама вместе с классом в поход не отпустит. И я уснул.

А на следующий день в школе все ребята, перебивая друг друга, взахлёб обсуждали предстоящий поход.

Андрюшка Андреев кричит:

- Брат сказал - надо в Химки ехать! Там дубы вековые, воздух чистейший и от метро близко.

Галка, пожав плечами:

- Химки какие-то... Уж, если ехать на природу, то только в Переделкино. В тех местах хотя бы можно на дачи известных людей посмотреть.

К моему счастью, Инесса Владимировна, ребята и родители остановили свой выбор на Переделкино. И моя мама, убедившись в том, что этот посёлок находится рядом с Москвой, там не дислоцируется никакая артиллерия и не водятся медведи, всё-таки отпустила меня в поход.

Договорились мы так: в воскресенье в восемь утра - встречаемся у школы; при себе иметь лыжи, рюкзак с провизией и тетрадку по русскому языку - как-никак, в понедельник четвертная контрольная, диктант. И, хотя в это утро на улице звенела капель, и не выпало ни одной снежинки, лыжи были с собой у всех ребят. От школьного автобуса, который настоятельно рекомендовали заказать родители, Инесса Владимировна, почему-то, наотрез отказалась.

Мы и несколько взрослых, решивших нас проводить, толпились лишних пятнадцать минут, когда, наконец-то, явилась учительница. Поздоровалась со всеми и тут же говорит:

- А ну-ка, молодые мамы, папы, кто из вас хочет - нужно два-три человека - помочь мне в походе, давайте стройтесь побыстрее вместе с ребятами, и будем отправляться!

Если сказать, что столь неожиданное предложение прогуляться удивило наших родителей, значит не сказать ничего. Но в итоге, согласились нас сопровождать моя мама и Володькин папа. Галкины же родители в самый последний момент вообще чуть было не увели её обратно домой, но после долгих уговоров со стороны Инессы Владимировны, пошли на компромисс - вырулили собственный автомобиль, посадили в него Галку и отправились вслед за нами.

Когда мы добрались до ближайшей автобусной остановки, Инесса Владимировна с некоторым испугом воскликнула:

- Ой, народа-то сколько!

А народа было действительно много - человек пятнадцать.

И вот, из-за поворота медленно, даже как-то опасливо, выезжает автобус... Инесса Владимировна кричит:

- Ребятки, - кто там повыше - посмотрите-ка, какой автобус едет! Нам семьсот седьмой нужен!

- Наш, наш автобус! - загалдели мы наперебой и ринулись вперёд.

- Инесса Владимировна, - поникшим голосом проговорила моя мама, - ну ребята же не влезут все туда.

Учительница радостно:

- Да почему же это не влезут? Влезут! Ещё и места нам с Вами займут!

Мы достали проездные талончики и, со здоровенными за спиной рюкзаками и злосчастными лыжами, насквозь промокшие под дождём, выстроились у передней двери автобуса. От нашего жуткого коллектива шарахались абсолютно все. Кажется, ни один человек, стоящий на остановке, не решился поехать вместе с нами.

Когда все ребята, Инесса Владимировна, моя мама и Володькин папа, наконец-то, погрузились в автобус, двери захлопнулись, и он, автобус, начал потихонечку набирать скорость.

- Ну, тронулись! - удовлетворённо сообщила учительница и вскарабкалась на высокое сидение над колесом.

- Да, - согласился Володькин папа, - от такого тронешься. Это Вы, Инесса Владимировна, верно заметили.

Мне стало ужасно смешно. Ведь Инесса Владимировна употребила слово «тронулись» в смысле «поехали», а Володькин папа - совсем в другом смысле: «сошли с ума»!

На следующих остановках в автобус входило ещё по пять-семь человек; правда, некоторые из них, увидев нашу весёлую компанию, тут же выпрыгивали обратно.

Ехали мы до конечной, минут сорок. А уже когда оказались на улице, Инесса Владимировна вдруг говорит:

- Прямо как в персональном автобусе. Никто тебе не мешает. И ребята почти все сидели.

Моя мама опустила разгневанные глаза и сдержанно сказала:

- Мы же предлагали заказать школьный автобус.

- Да зачем он нам нужен, Елена Дмитриевна, - рассмеялась учительница. - Мы и так здорово доехали, правда, ребята?

Потом мы приступили к изучению местности. С трёх с половиной сторон стояли высотные, четырнадцатиэтажные дома. И лишь где-то там, в уголке, виднелся долгожданный лес, куда мы и отправились.

- Красота-то какая! - двумя руками обняв ёлку, воскликнула Инесса Владимировна.

А мы с ребятами, тут же побросав рюкзаки и лыжи, разбежались кто куда. Володька на дерево полез, Андрюшка в овраг скатился, а я сел на толстенный пень и принялся собирать шишки. Надо заметить, что всё это время не переставая накрапывал мелкий колючий дождик.

- Всем привет! - донёсся чей-то знакомый голос.

Это была Галка, которая ехала сюда вместе с родителями. Они свою машину вкатили буквально-таки в лес, но ни мама, ни папа выходить из неё не стали.

- Ребята, ребята! - закричала Инесса Владимировна. - Не исчезайте из вида, идите ко мне. Это, конечно, не белорусские леса, но заблудиться тоже можно.

Все ребята столпились вокруг учительницы, а она говорит:

- Первое, что нужно нам с вами сделать - это подкрепиться. Иначе ни на какой поход сил не хватит. Доставайте свою провизию и кушайте на здоровье. А я пока поброжу, я на диете.

И, подмигнув нам одним глазом, Инесса Владимировна направилась к моей маме и Володькиному папе.

 

- У них же руки грязные! - в ужасе воскликнула моя мама.

- Ребята, ребята, - крикнула нам Инесса Владимировна, - не забудьте перед едой руки помыть!

И повернулась обратно к родителям.

- Ну что Вы так нервничаете, Елена Дмитриевна, - добродушно сказала она, - у них же с собой водичка есть. Успокойтесь.

После завтрака учительница говорит:

- Завтра у нас диктант, если вы ещё помните об этом. Давайте повторим с вами неправильные глаголы. Слушайте меня внимательно: мы сейчас дышим свежим воздухом. Пишите в тетрадку - дышать. Слышим пение птиц - слышать. Видим прекрасный лес - видеть...

Таким образом, мы повторили одиннадцать неправильных глаголов. Инесса Владимировна говорит:

- Молодцы какие! Идите гуляйте.

И снова пошла к моей маме и Володькиному папе.

- Сейчас я вам расскажу, - Инесса Владимировна округлила глаза, - почему я сегодня опоздала к восьми часам на сборы. Мне позвонил мой сын Ромка.

Володькин папа пожал плечами и протянул:

- Ну что ж, бывает...

А в это время, моя мама увидела, как Андрюшка Андреев, с разбегу перепрыгнув поломанный ствол дерева, устремился куда-то вглубь леса.

- Андрей, стой! Не ходи туда! Андрей! - закричала она и припустилась вслед за Андрюшкой.

Не могу сказать, что мама побежала, но она пошла так быстро, что, наверное, минуты через две Андрюшка был уже пойман. После этого моя мама ещё долго-долго вдалбливала ему в голову, почему нельзя ходить одному вглубь леса.

А он ей:

- Елена Дмитриевна, там мой брат приехал. Вон его машина, видите?

Да, нашему Андрюшке многие в классе завидовали. Володька, например. У него младший братик; день и ночь пристаёт, уроки делать мешает и постоянно ябедничает. Баянов, хоть у него и старший брат, Дима, тоже завидует. Они с этим Димой вместе живут, в одной комнате, так старший Баянов просто-таки поработил нашего бедного Баянова- младшего: то ему то, то ему это, а то и вообще не понятно, что ему ещё нужно. У Андрюшки же совсем иная ситуация: его брат Вова - он студент Физкультурного института - не родной брат, а двоюродный и живёт отдельно, видеться им удаётся нечасто, поэтому они друг по другу успевают соскучиться; и каждая их встреча превращается в настоящий праздник.

Тут я вспомнил, что Инесса Владимировна рассказывает Володькиному папе о своём телефонном разговоре, из-за которого она опоздала на сборы и, развернувшись в их сторону, стал ненавязчиво прислушиваться.

- Ну посудите сами, - всплеснула руками Инесса Владимировна. - Разве так можно? Сначала Ромка ему костюм выбирал, потом ресторан искал, а теперь вот поехал на Ленинградский вокзал его родителей встречать.

Оказалось, что у лучшего друга сына нашей учительницы сегодня вечером должна состояться свадьба.

- А чего это вы без музыки гуляете? - раздался радостный и одновременно очень удивлённый голос Андрюшкиного кузена Вовы. - Подождите, я сейчас магнитолу принесу, танцевать будем!

Через пять минут наш лес содрогнулся от натиска какой-то английской рок-группы, но никто из ребят танцевать не пошёл.

- Чего такие понурые-то? - проорал Вова и с душой пустился в пляс.

Вова - спортсмен-десятиборец, поэтому здорово прыгает и в длину, и в высоту, кружится тоже здорово. Приобретённое физкультурное умение он теперь отчаянно вкладывал в свой заводной танец.

У Инессы Владимировны было тоже очень весёлое настроение, и она, подхватив меня и Галку под локти, принялась стучать каблучками и раскачивать нас из стороны в сторону.

- Ой, хорошо-то как у вас здесь! - попыталась перекричать весь этот гам Инесса Владимировна. - Жалко, уходить мне пора, опаздываю.

И она, как ни в чём не бывало, отправилась к автобусной остановке. Нашу учительницу тут же догнала моя мама.

- Инесса Владимировна, подождите, пожалуйста, а через сколько же Вы вернётесь?

Учительница перешла на таинственный шёпот:

- Вам Володин папа не успел сказать, да? Я его просила. Понимаете, Елена Дмитриева, в чём дело...

И она рассказала, что Ромка, её сын, у друга на свадьбе будет шафером и что - с каждым может приключиться - забыл дома кольца, сам он за ними уже не успеет. Ему ещё сестру жениха - она из Калифорнии прилетает - в аэропорту надо встретить.

- Так что, Елена Дмитриевна, - учительница наша развела руками, - за этими кольцами придётся ехать мне. Вы уж извините.

И, поймав такси, Инесса Владимировна умчалась в неизвестном направлении, а моя мама, сердитая-пресердитая, вернулась обратно к нам.

В это время Галка возле машины беседовала о чём-то со своими родителями. Вдруг мама её громко-громко, на весь лес, говорит:

- Галочка, ну ты же видишь, что никакого похода не получилось. Если ты поторопишься, то мы ещё сможем успеть на открытие нового теннисного корта.

Есть такая категория людей - я знаю - которые любят всё делать на публику. Например, они обсуждают какие-нибудь вопросы, только когда их слышат третьи лица. Мне кажется, что вся семья Залесских: и Галка, и её мама с папой относятся именно к этой категории.

- Мамочка, - всхлипнула Галка, - как же мы туда поедем, если на мне - походный костюм, да к тому же, весь промокший!?

Тогда мама гладит её по головке и говорит:

- Ничего страшного, Галочка, мы, на всякий случай, захватили для тебя платьице, твоё любимое, с алыми розами. В машине переоденешься.

Минут через десять Галка в пушистой белой шубке высунулась из машины и кричит:

- Ребята, чао!

Все тут же:

- Галка, ты куда?

А она:

- Мы с родителями едем на Проспект Мира. Там сегодня торжественное открытие нового теннисного корта. Пока, ребята, до завтра.

Галка подняла тонированное стекло, и машина, сделав несколько отточенных виражей, скрылась где-то там вдали.

Дождь начал усиливаться, похолодало, и вообще, все ребята как-то сразу очень сильно устали.

Володькин папа говорит:

- Давайте, ребятки, собирайтесь. Рюкзаки, лыжи не забудьте.

Когда ребята, моя мама и Володькин папа - всё с тем же багажом - уже стояли на конечной автобусной остановке, Андрюшкин Вова на своей иномарке накатывал сотни метров, чтобы по правилам вырулить на полосу движения в нужном направлении.

Подъехал автобус. На этот раз, стоящие на остановке люди совсем не испугались нашей компании, а даже, наоборот, всеми правдами и неправдами пытались прошмыгнуть в двери впереди нас.

А тут ещё кто-то из ребят говорит:

- Не поеду я в таком переполненном автобусе! У меня вот в этом доме, - он показал на ближайший от остановки дом, - папина сестра живёт. Я у неё в квартире лучше останусь.

Моя мама, как мне показалось, уже собиралась возразить, но её опередил подоспевший на иномарке Вова.

- Глупости отставить! - командирским голосом сказал он. - С классом приехал, с классом и уедешь.

Потом как закричит:

- Ребята! Давайте мне сюда, скорее, свои лыжи и палки!

Со спортивным инвентарём мы ни за что на свете не влезли бы в уже переполненный автобус. Поэтому нам ничего больше не оставалось, как, не задумываясь, побросать свои лыжи и палки возле задорно смеющегося Вовы. После чего мы все благополучно протиснулись в середину салона, и автобус тут же отправился.

Едем, едем... Я в окно смотрю, вдруг вижу - нас догоняет Вовкина машина. А на крыше этой машины - перевязанные, словно хворост, громоздятся наши лыжи и палки.

- Ну, Вовка! Ну, молодец! Как придумал! - выглянув в окно, завопил Андрюшка. - Класс!

Конечным пунктом нашего сегодняшнего похода был школьный двор. Кого-то из ребят там уже ждали родители, а нас с мамой ждал папа. Когда мы втроём добрались до дома, папа, усмехнувшись, сказал мне:

- На, держи. По-моему, очень кстати.

И протянул иллюстрированный фолиант «Сто великих походов».

А на следующий день, в понедельник, сразу после диктанта, Инесса Владимировна говорит:

- Ребята, ведь мы же с вами так и не побывали в настоящем походе. Ну, ничего, не расстраивайтесь, через два дня, - она заглянула в календарь, - начинаются каникулы...

Тут учительница замолчала; как обычно, лукаво сощурила один глаз и добавила:

- Вот тогда-то мы и махнём все вместе в подмосковные, а, может быть, и в белорусские леса. Хотите?

Елена Чапленко

Рассказ из книги "Классные истории", 2008 год

Фото - Галины Бусаровой