Перечитаем вместе. Агата Кристи. Критский бык


        Эркюль Пуаро окинул гостью внимательным взглядом. Бледное лицо, волевой подбородок, скорее серые, чем голубые, глаза и иссиня-чёрные волосы – редкий для англичанки цвет.

Он сразу заметил, что отлично сшитый твидовый костюм сильно поношен, а сумочка успела утратить первоначальную форму. Девушка явно нервничала, но всё же держалась с большим достоинством.

«Да, - подумал детектив, - она из прекрасной семьи, но без гроша за душой. Такую девушку могло заставить прийти ко мне только что-то поистине необычное.»

- Я… я не знаю, сумеете ли вы мне помочь, месье Пуаро, - проговорила Диана Маберли с лёгкой дрожью в голосе, - это дело… очень необычное…

- Так расскажите мне все.

- Я пришла к вам потому, что не знаю, как мне быть. Более того, даже не уверена, можно ли вообще что-то сделать.

- А что если вы предоставите решать мне?

Девушка покраснела.

- Человек, с которым я обручилась больше года назад, внезапно разорвал нашу помолвку, - выпалила она и вызывающе посмотрела на детектива. – Вы, наверное, думаете, что я не в своём уме?

Эркюль Пуаро медленно покачал головой.

- Напротив, мадемуазель. Вы кажется мне на редкость уравновешенной особой. Вам наверняка известно, что я не занимаюсь улаживанием любовных ссор, следовательно, разрыв вашей помолвки имеет совершенно особый характер. Я вас правильно понял?

Мисс Маберли кивнула.

- Хьюг думает, что сходит с ума, - сказала она, - а, по его мнению, сумасшедшие не имеют права жениться.

Эркюль Пуаро удивлённо вздёрнул бровь.

- Вы не разделяете его точки зрения?

- Не знаю… В конце концов, что значит быть сумасшедшим? Любой из нас в той или иной мере безумен.

- Да, так говорят… - заметил Пуаро.

- Человека запирают, если он вдруг начнёт считать себя яйцом всмятку, или лошадью, или…

- А ваш жених ещё не достиг этой стадии?

- Я не знаю более здорового человека.

- Тогда с чего он взял, будто сходит с ума? Может, в семье бывали случаи умственного расстройства?

- Да, - нехотя подтвердила Диана, - его дед и, кажется, одна из двоюродных бабок повредились в рассудке. Но ведь в каждой семье есть какой-нибудь чудноватый родич! То слишком, то, напротив, недостаточно умный, или…

Взгляд девушки молил о поддержки.

- Я глубоко сочувствую вам, мадемуазель, - совершенно искренне сказал Пуаро.

Она резко выпрямилась.

- Но я пришла не за сочувствием! Я хочу, чтобы вы что-нибудь предприняли!

- Что именно?

- Не знаю… Но во всём этом есть нечто абсолютно непонятное.

- Будьте любезны, мадемуазель, расскажите мне подробнее всё, что знаете о своём женихе.

- Его зовут Хьюг Чендлер, - с готовностью начала Диана, - ему двадцать четыре года. Отец Хьюга – адмирал Чендлер. Оба живут в Лайд Мэнор – этот замок принадлежит семье Чендлеров со времён Елизаветы. Хьюг – единственный сын. По семейной традиции он пошёл во флот, отец ни за что не позволил бы ему избрать другую карьеру. И тем не менее он сам заставил Хьюга уйти в отставку.

- Когда же это случилось?

- Около года назад… и совершенно неожиданно.

- Хьюгу Чендлеру нравилось во флоте?

- Несомненно.

- Может быть произошёл какой-нибудь скандал?

- С Хьюгом? Ничего подобного. Он великолепно справлялся со своим делом. И… и сам не понял, почему отец приказал ему вернуться.

- Адмирал чем-то объяснил свой поступок?

- Нет. Он, конечно, говорил, будто Хьюг должен научиться управлять поместьем. Пустая отговорка! Даже Джордж Фробишер это понял.

- А кто такой Джордж Фробишер?

- Полковник Фробишер – самый близкий друг адмирала и крёстный отец Хьюга.

И как отреагировал полковник на решение своего друга отозвать сына?

- Очень удивился и не понял, в чём дело. Да и никто этого не понял!

- И Хьюг Чендлер – тоже?

Диана молчала. Пуаро подождал, но, так и не услышав ответа, задал новый вопрос: - Вероятно, тогда он тоже удивился… Ну, а как он смотрит на это теперь? Он вам ничего не говорил?

- Примерно неделю назад Хьюг заявил, что его отец был прав и что это единственный разумный выход…

- Вы не спросили, почему?

- Ещё бы! Конечно, спросила! Но он не захотел объяснять.

Эркюль Пуаро немного подумал.

- Скажите, не случалось ли в ваших краях в последнее время чего-нибудь странного? Такого, что удивило людей, вызвало всякие толки?

- Я не понимаю, о чём вы! – с живостью воскликнула Диана.

- В ваших же интересах ответить мне правду, - мягко, но настойчиво посоветовал Пуаро.

- Ничего особенного не случилось… Или, во всяком случае, совсем не то, что вы думаете! В деревне всегда что-то происходит.

- Ну, а всё-таки?

- Был сильный переполох из-за нескольких баранов, - почти против воли призналась девушка. – Кто-то их зарезал… это так ужасно! Но все бараны принадлежали одному фермеру, очень жестокому человеку, и полиция решила, что кто-то отплатил ему таким образом за очередную обиду.

- Но виноватого так и не обнаружили?

- Нет… И если вы думаете… - гневно начала Диана.

Пуаро жестом остановил её.

- Вы не можете знать, о чём я думаю. Лучше скажите мне, ваш жених обращался к врачу?

- Нет!

- Но разве это не было бы естественно в его положении?

- Хьюг никогда на это не пойдёт… Он ненавидит врачей.

- А что об этом думает его отец?

- Он считает их всех шарлатанами.

- А сам адмирал? Как он себя чувствует? В добром здравии? Бодр и весел?

- Он ужасно постарел, с тех пор, как…

- С прошлого года?

- Да, теперь это только тень прежнего адмирала.

- Он одобрял вашу помолвку?

- О, да! Поместье моих родителей – рядом с его землями. Поэтому адмирал был в восторге от того, что мы с Хьюгом поладили.

- А сейчас? Что он говорит о вашем разрыве?

- Вчера утром я встретила его, - ответила девушка дрожащим голосом. – Адмирал был бледен, как полотно. Он взял меня за руку и сказал: «Это тяжкий удар для вас, деточка. Но Хьюг прав… Он не может поступить иначе».

- Тогда вы и решили повидаться со мной?

- Да. Вы сумеете что-нибудь сделать?

- Пока не знаю. Но, по крайней мере, я могу съездить туда и посмотреть своими глазами.

***

Хьюг Чандлер сразу произвёл на Эркюля Пуаро сильное впечатление. Высокий, великолепно сложенный молодой человек с широкими плечами и грудной клеткой древнегреческого атлета казался воплощением силы и мужества.

Как только они приехали, Диана позвонила адмиралу Чендлеру и попросила разрешения пригласить к чаю гостя. Вскоре она привела детектива на просторную террасу, где их уже ожидали трое мужчин.

Первый из них – седовласый адмирал – выглядел значительно старше своих лет. Казалось, плечи его согнулись под непосильным бременем, а тёмные глаза смотрели устало и грустно. Второй, полковник Фробишер, являл полную противоположность своему другу. Маленький, сухощавый и непоседливый, он немного напоминал терьера. У полковника была странная манера вздёргивать брови и, вытянув шею, сверлить собеседника живыми, удивительно проницательными глазками. Его рыжие волосы только чуть-чуть поседели на висках. Ну, а третьим в этом обществе был Хьюг.

- Великолепный образчик, а? – тихо сказал полковник детективу, заметив, с каким интересом тот разглядывает молодого человека.

Эркюль Пуаро кивнул. Они с полковником сидели рядом, а остальные, устроившись на противоположном конце стола, беседовали с несколько искусственным оживлением.

- Да, он просто восхитителен, - ответил Пуаро, - как юный бычок… Бычок, посвящённый Посейдону… Чудесное воплощение здоровья и мужской силы.

- Можно подумать, что мальчик в полном порядке, правда? – Фробишер вздохнул и, метнув на соседа косой взгляд, неожиданно изрёк: - Между прочим, я прекрасно знаю, кто вы такой!

- Но это вовсе не секрет! – Пуаро взмахнул рукой, словно король, объявляющий, что не намерен путешествовать инкогнито.

- Девочка уже сообщила вам про эту штуку?

- Про какую штуку?

- Насчёт молодого Хьюга… Да, я вижу, что вы уже в курсе. Не понимаю только, зачем её понесло к вам. Никогда не думал, что такие вещи – по вашей части. Понимаете, тут скорее следовало позвать врача.

- Ошибаетесь, по моей части – решительно всё, так что вас ещё ждут сюрпризы.

- Я не очень хорошо себе представляю, чего она может ожидать от вас.

- Мисс Маберли – не из тех, кто сдаётся без воли.

- О, да! – внезапно потеплев, согласился полковник. – Славная крошка. Но есть вещи, против которых нельзя бороться.

Пуаро вдруг показалось, что Фробишер прямо у него на глазах постарел и угас.

- Насколько я понял, - совсем понизив голос, продолжал Пуаро, - в семье уже бывали случаи помешательства?

- Да, время от времени, - так же тихо отозвался Фробишер. – Это передаётся через одно-два поколения. Последним был дед Хьюга.

Пуаро посмотрел на другой конец стола. Диана весело смеялась и поддразнивала Хьюга. Сторонний наблюдатель вполне мог бы поверить, что никого из них не мучают никакие заботы.

- А в какой форме проявлялась болезнь? – шёпотом спросил детектив.

- К концу старик стал очень опасен, но лет до тридцати вёл себя совершенно нормально. Долгое время никто не обращал внимания на его странности. Потом начались всякие разговоры. Несколько раз скандал удавалось замять, но в конце концов бедняга окончательно свихнулся. Маньяк, одержимый жаждой крови! Пришлось его запереть.

Полковник помолчал.

- Кажется, старик прожил очень долго… Это-то, конечно, и пугает Хьюга больше всего, и потому он не хочет показаться врачу. Парень до смерти боится, что его на долгие годы упрячут в клетку. Что ж, не могу его за это осуждать, я и сам поступил бы так же.

- А как относится к этому адмирал?

- Совершенно убит горем.

- Он очень привязан к сыну?

- Только ради него и живёт. Понимаете, жена Чарльза утонула, когда мальчику было всего десять лет. С тех пор он думает о сыне.

- Так адмирал сильно любил жену?

- Просто обожал. Впрочем её все обожали… Я… я никогда не видел более очаровательной женщины… – Полковник запнулся и вдруг предложил: - Хотите взглянуть на портрет?

- Мне бы это доставило огромное удовольствие.

Фробишер отодвинул стул.

- Я покажу месье Пуаро ваши редкости, Чарльз, - громко сказал он. – Это большой знаток и ценитель.

Адмирал как-то неопределённо махнул рукой, и Пуаро последовал за Фробишером. На миг с лица Дианы исчезла маска оживления, и детектив прочёл в её глазах мучительный вопрос. Хьюг тоже поднял голову и пристально посмотрел на забавного человечка с огромными чёрными усами.

Полковник Фробишер привёл гостя в картинную галерею. На обтянутых тканью стенах висели изображения всех умерших или пропавших без вести Чендлеров. Здесь было множество то весёлых, то суровых лиц, мужчин в придворных костюмах или в форме морских офицеров и дам в атласе и жемчугах. Фробишер остановился у портрета в самом конце галереи.

- Работа кисти Орпена, - буркнул он.

Художник изобразил высокую стройную женщину, одной рукой удерживающую охотничьего пса. Её густые, рыжеватые волосы отливали золотом, а выразительное лицо излучало весёлую жизненную энергию.

- Мальчик – её точная копия, правда? – заметил Фробишер.

- В какой-то мере – да.

- Разумеется, он не мог унаследовать её изящество и женственность… но это тот же образ в мужском исполнении… И надо ж ему было взять от Чендлеров единственное, без чего он как раз мог бы прекрасно обойтись!

Эркюль Пуаро оторвался от портрета и внимательно посмотрел на своего собеседника. Джордж Фробишер всё ещё созерцал очаровательное создание, улыбавшееся ему с картины.

Обоим мужчинам вдруг стало грустно.

- Вы хорошо её знали? – осторожно спросил детектив?

- Мы выросли вместе. Я уехал в Индию, когда ей было шестнадцать лет, а вернувшись, уже застал её замужем за Чарльзом Чендлером.

- С ним вы тоже давно знакомы?

- Чарльз – один из самых старых моих друзей… и самый лучший… так было всегда.

- Вы часто виделись, после того как они поженились?

- Я почти все отпуска проводил здесь. Каролина и Чарльз всегда держали мою комнату наготове.

Полковник вдруг распрямил плечи и воинственно выпятил подбородок.

- Вот почему я сейчас здесь, - сказал он, - на случай, если потребуется моя помощь.

- А что вы сами об всём этом думаете? – спросил Пуаро.

Фробишер насупился.

- Честно говоря, не представляю, зачем вы вмешиваетесь, - проворчал он, - и для чего Диане понадобилось накидывать на вас лассо и тащить сюда.

- Вы знаете, что помолвка Дианы Маберли и Хьюга Чендлера разорвана?

- Да, знаю.

- А причина вам известна?

- Меня это не интересует, - Фробишер сердито засопел. – Молодые люди могут ссориться, сколько их душе угодно. Это не моё дело.

- Хьюг Чендлер объявил Диане, что не может жениться, потому что сходит с ума.

На лбу полковника заблестели капельки пота.

- К чему нам говорить об этой дьявольщине? Что вы тут можете сделать? Бедный мальчик, он совершенно правильно поступил! Это не его вина… Проклятая наследственность… Но он выполнил свой долг.

- Будь я в этом убеждён… Почему адмирал Чендлер заставил сына уйти из флота?

- У него не было другого выхода.

- Почему? Это как-то связано с таинственной гибелью баранов? – вкрадчиво спросил Пуаро.

- А, так вы и об этом слышали! – сердито сказал полковник.

- Мне рассказала Диана.

 Лучше б она помолчала!

- По её мнению, это ещё ничего не доказывает.

- Бедная девочка ничего не знает. – Фробишер в раздражении умолк, но, подумав, продолжал: - А, ладно! Раз уж так выходит, я вам объясню. В ту ночь Чарльз Чендлер услышал шум. Решив, что кто-то забрался в дом, он пошёл проверить. У мальчика горел свет. Хьюг лежал на постели одетый и спал как убитый… Отцу не удалось его добудиться… Утром Чарльз узнал, что кто-то зарезал баранов. Он стал расспрашивать Хьюга, но тот ничего не помнил. Даже того, что выходил на улицу. А его ботинки до самых шнурков были заляпаны грязью. Мальчик так и не смог ничего объяснить… Он не знал! Чарльз пришёл ко мне, всё рассказал и спросил совета. Потом, три ночи спустя, всё повторилось… Ну, тут уж Чарльз решил держать мальчика при себе и не спускать с него глаз. Он не мог допустить, чтобы на флоте разразился такой скандал!

- А с тех пор?

- Больше я не стану отвечать ни на какие расспросы. Хьюг сам лучше всех знает, что ему делать.

Эркюль Пуаро не стал объяснять, что обычно это знает только он один.

***

В холле они столкнулись с адмиралом Чендлером.

- Ах, вот вы где! – глухо проворчал он. – Месье Пуаро, мне бы хотелось сказать вам пару слов. Пойдёмте в мой кабинет.

Фробишер удалился, а детектив последовал за адмиралом с таким чувством, будто получил приказ явиться с докладом на ют.

Чендлер указал ему на кресло и сел сам.

Если крайняя степень возбуждения, нервозность и раздражительность Фробишера свидетельствовали об огромном внутреннем напряжении, то адмирал Чендлер производил впечатление человека, погружённого в пучину безысходного отчаяния.

Он тяжело вздохнул.

- Я не перестаю сожалеть, что Диана впутала вас во всё это… Бедная девочка, я знаю, какое это для неё потрясение, но… Короче говоря, вы понимаете, месье Пуаро, что мы не желаем, чтобы в нашу чисто личную трагедию вмешивались посторонние.

- Я прекрасно понимаю ваши чувства.

- Диана… бедный ребёнок… не хочет верить… вначале и я не хотел… да, конечно, и до сих пор бы не верил, если бы не знал точно…

- Что именно?

- … что это проклятье у нас в крови!

- Но вы сами согласились на помолвку!

Адмирал покраснел.

- Вы хотите сказать, что я должен был воспрепятствовать их союзу? Но в то время я ни о чём не подозревал. Хьюг так похож на мать… у него ничего нет от Чендлеров… и я надеялся, что он унаследовал только от неё… До недавних пор у мальчика не проявлялось никаких признаков болезни…

- Вы не обращались к врачу?

- Нет! – отрезал адмирал. – И не стану! Здесь, со мной, мой сын в безопасности. Его не запрут в клетку, как дикого зверя!

- Он-то в безопасности, а как насчёт других?

- Что вы имеете в виду?

Пуаро не ответил, а только посмотрел на адмирала в упор.

- У вас профессиональный вывих! Вы повсюду ищите преступников. Но мой сын – не из их числа, месье Пуаро!

- Да, пока.

- Что означает это «пока»?

- Болезнь может прогрессировать… История с баранами…

- Кто вам рассказал?

- Сначала Диана Маберли, потом ваш друг полковник Фробишер.

- Джорджу стоило бы придержать свой болтливый язык!

- Он ваш старый друг, не так ли?

- Да, мой лучший друг, - сердито пробормотал адмирал.

- И друг вашей покойной жены?

Чендлер улыбнулся.

- Да, Джордж, кажется, вздыхал по Каролине, когда она была ещё совсем девочкой. По-моему, он из-за этого так и не женился. А я стал счастливым избранником, но выиграл лишь для того, чтобы слишком скоро потерять…

Он вздохнул и снова поник.

- Полковник Фробишер был с вами, когда ваша жена… утонула?

- Да, он тогда ездил с нами в Корнуолл. Но несчастье случилось, когда мы с женой вдвоём катались на лодке. До сих пор не понимаю, каким образом лодка перевернулась… В тот день немного штормило. Я поддерживал жену, пока хватало сил… - Голос адмирала Чендлера дрогнул. – Тело выбросило на берег через два дня. К счастью, мы не взяли с собой маленького Хьюга! По крайней мере тогда я думал так, а на самом деле для него, бедняги, наверное, лучше было утонуть. На том бы всё и кончилось… Мы последние из Чендлеров, месье Пуаро. После нас здесь не останется никого. Когда Хьюг обручился с Дианой, я надеялся… Но, в конце концов, какой смысл об этом толковать? Остаётся лишь благодарить Бога, что они не поженились. Вот и всё, что я могу вам сказать!

***

Диана Маберли оставила Пуаро в розарии наедине с Хьюгом Чендлером. Молодой человек обратил к детективу искажённое страданием лицо.

- Вы должны заставить её понять, месье Пуаро! Диана – воительница. Просто так она не отступит… И будет верить, что я в здравом уме.

- Тогда как сами вы совершенно убеждены, что вы… простите… сумасшедший?

Хьюг Чендлер вздрогнул, как от удара.

- Я ещё не окончательно потерял рассудок, но близок к тому. Диана не может себе этого представить. Она видит меня только, так сказать, в хорошем состоянии.

          - А что происходит, когда вам плохо?

- Во-первых, я вижу сны. И тогда я действительно сумасшедший. Например, прошлой ночью я не был человеком. Сначала я превратился в быка… в дикого быка… Я мчался куда-то под раскалённым солнцем и чувствовал на губах вкус пыли и крови. А потом я превратился в собаку… в большую бешеную собаку… Дети бежали прочь при виде меня, взрослые стреляли вслед… Кто-то дал мне кувшин воды, но я не смог пить.

Я проснулся с пересохшим горлом и умирал от жажды. Я встал, но не мог пить!.. Понимаете, само горло отказывалось глотать. О, боже мой! – Хьюг Чендлер обхватил колени обеими руками. Склонив голову и полузакрыв глаза, он, казалось, наблюдает, как к нему приближается что-то невидимое и страшное. – Но это не всё, - продолжал он. – Я и наяву вижу кошмарные призраки, а иногда летаю вместе со всякими злыми демонами.

- Та-та-та, - пробормотал Пуаро.

- О, но это же чистая правда! У меня болезнь в крови. Семейное наследство. И мне от него не убежать. Слава Богу, я вовремя это заметил, не успев жениться на Диане! Представьте себе, что у нас бы родился ребёнок и я передал ему это проклятье!

Хьюг взял Пуаро за руку.

- Вы должны ей объяснить. Расскажите ей всё. Пусть забудет обо мне. Диана найдёт кого-нибудь другого. К примеру, Стив Грэм сходит по ней с ума, а он очень хороший парень. Диана будет с ним счастлива… И в безопасности. Я хочу, чтобы она была счастлива. Конечно, Стив Грэм вовсе не купается в золоте, да и родители Дианы – тоже. Но когда меня не станет, их дела быстро поправятся.

- Почему? Что вы имеете в виду? – прервал его детектив.

Хьюг Чендлер улыбнулся.

- Моя мать была богата. Я унаследовал её состояние и всё завещал Диане.

- Ах, вот оно что! Но вы, быть может, доживёте до глубокой старости, мистер Чендлер.

Молодой человек покачал головой.

- О, нет, ни в коем случае, - твёрдо сказал он и вдруг задрожал всем телом. – Господи помилуй! Посмотрите… там… рядом с вами… скелет… и он делает мне знаки…

Хьюг уставился на солнце дико расширенными зрачками, потом сник, будто вот-вот упадёт в обморок.

- Вы ничего не видели? Спросил он детектива, совсем как испуганный ребёнок.

Пуаро медленно покачал головой.

- Ну, это ещё куда ни шло, - продолжал молодой человек, - это мне почти безразлично. Но вот кровь меня по-настоящему пугает. Кровь в моей комнате… на одежде…

Хьюг ещё ближе придвинулся к Эркюлю Пуаро.

- В последнее время неподалёку зарезали несколько баранов… Отец по вечерам запирает мою дверь, но иногда утром она оказывается открытой. Должно быть, я где-то прячу ключ, но я не знаю, где… Не я творю все эти ужасы, а кто-то, кто овладевает моим сознанием и превращает меня в кровожадное чудовище, не способное пить воду.

Молодой человек закрыл лицо руками.

- Всё-таки я никак не пойму, почему бы вам не сходить к врачу? – сказал через некоторое время Пуаро.

- Но поймите же, физически я здоров… Крепче любого быка… и могу прожить долгие годы… годы в клетке! Ну нет, на это я ни за что не пойду! Есть другие способы. Скажем, несчастный случай. Могу же я неаккуратно чистить ружьё? Диана поймёт… Я предпочитаю такой выход!

Он с вызовом посмотрел на детектива, но тот не стал спорить, а задал ещё один вопрос:

- Что вы пьёте и едите?

Хьюг Чендлер откинул голову и громко захохотал.

- Вы что ж думаете, меня мучают кошмары из-за расстройства пищеварения?

- Что вы пьёте и едите? – терпеливо повторил Пуаро.

- То же, что и все остальные!

- И никаких лекарств? Ни порошков, ни пилюль?

- Господи Боже, конечно нет! Неужели вы думаете, меня можно вылечить таблетками?

- А никто в доме, случайно, не страдает глазной болезнью?

Хьюг Чендлер удивлённо посмотрел на детектива.

- У отца плохо с глазами, - наконец сказал он, - и ему довольно часто приходится бывать у окулиста.

- Ага! – Пуаро задумчиво посмотрел на собеседника. – А полковник Фробишер, если я не ошибаюсь, долго жил в Индии?

- Да, он служил в колониальных войсках и здорово разбирается во всём, что связано с Индией. Дядя Джордж много рассказывает о всяких тамошних обычаях, ну, и так далее…

- Ага! – тихо повторил Пуаро. – Вы, кажется, недавно поранили подбородок?

Хьюг потрогал больное место.

- Да, и довольно сильно. На днях отец вошёл в ванную, когда я брился, а у меня сейчас неважно с нервами. Я вздрогнул и полоснул бритвой по подбородку. Это изрядно усложняет процедуру бритья.

- Вам бы следовало пользоваться смягчающим кремом.

- Так я и делаю. Дядя Джордж принёс мне какой-то. – Молодой человек рассмеялся. – Мы с вами разговариваем, как в аптеке: успокаивающие пилюли, смягчающие кремы, глазные болезни… К чему всё это? Куда вы клоните, месье Пуаро?

- Я пытаюсь сделать всё, что могу, для Дианы Маберли, - спокойно ответил детектив.

Хьюг изменился в лице. Теперь он был очень серьёзен, почти суров.

- Да, постарайтесь, - сказал он, снова беря Пуаро за руку. – Скажите ей, чтобы забыла меня… Передайте кое-что из того, что сейчас узнали… О, и попросите её держаться подальше! Это единственное, что она теперь может для меня сделать! Уйти… и забыть.

***

-Вы храбрая девушка, мадемуазель? Сегодня вам потребуется всё ваше мужество.

- Так это правда? – воскликнула Диана. – Он в самом деле сходит с ума?

- Я не психиатр, мадемуазель, и не мне говорить: «Этот человек здоров, а тот болен».

Девушка подошла к нему и заглянула в глаза.

- Адмирал Чендлер думает, что Хьюг теряет рассудок. Джордж Фробишер – того же мнения. Даже сам Хьюг в этом убеждён…

- Вот, что, мадемуазель, - маленький детектив вдруг заговорил резким, повелительным тоном, - нам обоим, и вам, и мне, нужно провести ночь в Лайд Мэнор, без этого не обойтись. Могу я рассчитывать, что вы уладите этот вопрос?

- О, да, конечно! Но почему?

- Потому что нам нельзя терять время. Вы сказали, что у вас хватает мужества, так докажите это! Делайте, что я вам говорю, и не задавайте вопросов.

Диана кивнула и молча ушла.

Пуаро немного подождал, потом направился в дом следом за ней. Девушка разговаривала с тремя мужчинами в библиотеке. Детектив тихонько поднялся по широкой лестнице. На площадке второго этажа – ни души. Он без труда нашёл комнату Хьюга Чендлера и проскользнул в ванную комнату. На стеклянной полке стояли в ряд баночки и флаконы. Пуаро, не теряя времени принялся за дело, и, когда Диана вышла из библиотеки, он уже успел спуститься в холл. Щёки у девушки раскраснелись, глаза горели.

- Готово! – воскликнула она.

Но не успел детектив ответить, как адмирал Чендлер позвал его в библиотеку.

- Мне это не нравится, месье Пуаро, - сказал Чарльз Чендлер, плотно закрыв дверь.

- Что именно, адмирал?

- Диана очень настаивала, чтобы я разрешил вам обоим переночевать здесь. Мне бы не хотелось показаться негостеприимным, но по правде говоря, это было бы крайне нежелательно. Я не понимаю, чего вы добиваетесь, месье Пуаро.

- Допустим, я хочу провести один опыт.

- Какой?

- Прошу прощения, но это моё дело.

- Однако я не приглашал вас сюда, сэр…

Пуаро прервал его.

- Поверьте, адмирал, я понимаю и ценю по достоинству вашу точку зрения. Я не приехал бы сюда без настойчивой просьбы влюблённой девушки. Мне удалось побеседовать с вами, с полковником Фробишером и с самим Хьюгом – и каждый рассказал свою версию. Теперь я должен посмотреть собственными глазами.

- Но что вы надеетесь увидеть? Я же говорил вам, смотреть тут не на что. Каждый вечер я запираю Хьюга в его комнате, вот и всё!

- И однако, как он сам мне сказал, по утрам дверь оказывается открытой?

- Что?

- Разве вы сами этого никогда не замечали?

Чарльз Чендлер нахмурил брови.

- Я думал, её открывал Джордж. Но что у вас на уме?

- Где вы оставляете ключ? В замке?

- Нет, на столике рядом с дверью. Иногда утром замок отпирают либо Джордж, либо слуга Уизерс. Мы объяснили ему, что Хьюг бродит во сне. Вероятно, об остальном он догадывается сам. Но это преданный малый, он служит у меня уже много лет.

- А есть ещё один ключ?

- Насколько мне известно, нет.

- Можно было сделать дубликат.

- Но кто бы стал этим заниматься?

- Ваш сын думает, что он прячет второй ключ, но сам не знает, где именно.

Полковник Фробишер подал голос с другого конца комнаты.

- Мне это не по душе, Чарльз… Надо подумать о девочке…

- Как раз о ней я и думал, - сразу отозвался адмирал. – Диане нельзя ночевать здесь. Сами можете остаться, если хотите, но…

- Почему вы не хотите, чтобы мисс Маберли провела здесь ночь?

- Слишком рискованно, - глухо проговорил Фробишер.

- Но Хьюг бесконечно её любит, - заметил Пуаро.

- В том-то всё и дело! – воскликнул Чендлер. – Чёрт возьми, друг мой, поймите же, что, когда дело касается безумца, всё выворачивается наизнанку. Даже сам Хьюг это знает! Диане нельзя быть здесь ночью!

- Ну, это решать ей самой, - невозмутимо ответил Пуаро.

И он вышел. Диана ждала в машине.

- Поедемте купим всё, что вам понадобится для ночёвки. К ужину как раз успеем вернуться.

По дороге маленький детектив передал ей разговор с Чендлером-старшим и полковником.

Диана насмешливо улыбнулась.

- Уж не воображают ли они, что Хьюг способен причинить зло мне?

Вместо ответа детектив попросил остановить машину у аптеки.

- Я забыл взять с собой зубную щётку, - пояснил он.

Пуаро скрылся в аптеке, а девушка осталась поджидать его в машине. И ей показалось, что маленький детектив слишком долго выбирает зубную щётку.

***

Эркюль Пуаро не лёг в удобную постель, предоставленную в его распоряжение, а сел в кресло и стал ждать. Пока ничего другого не оставалось. Тревога поднялась при первых проблесках рассвета.

Услышав в коридоре шаги, детектив отодвинул засов и распахнул дверь. Перед ним стояли адмирал Чендлер и полковник Фробишер. Первый казался больным от горя, лицо второго подёргивал нервный тик.

- Пойдёмте с нами, месье Пуаро, - просто предложил адмирал.

Возле двери в комнату Дианы Маберли лежал, скорчившись, мужчина. Свет лампы упал на его растрёпанные рыжие волосы.

Хьюг Чендлер судорожно глотал воздух. В руке он сжимал острый, как бритва, кривой кинжал, перепачканный кровью.

- Mon Dieul! – воскликнул Пуаро.

- С девушкой всё в порядке, - сухо заметил Фробишер. – Он до неё не добрался. – Фробишер постучал в дверь и крикнул: - Диана! Это мы! Откройте!

Эркюль Пуаро услышал, как адмирал пробормотал сквозь зубы:

- Мой мальчик, бедный мой мальчик!

Щёлкнул замок, и на пороге появилась очень бледная Диана.

- Что случилось? – испуганно спросила она. – Кто-то пытался… войти… и скребся в дверь… это было ужасно… как будто животное…

- Слава Богу, что ваша дверь оказалась заперта! – сурово сказал Фробишер.

- Месье Пуаро сказал, чтобы я её заперла.

- Давайте поднимем его и отнесём в комнату, - предложил детектив.

Мужчины подняли Хьюга. Он по-прежнему спал непробудным сном.

Хьюга Чендлера положили в кресло. Вскоре он зашевелился, выпрямился и открыл глаза.

- Доброе утро! – проговорил молодой человек заплетающимся языком. – Что случилось? Почему я здесь? – Тут он увидел кинжал и вздрогнул. – Что я натворил? – Он обвёл всех страдальческим взглядом. – Неужели я напал на Диану?

Адмирал Чендлер покачал головой.

- Расскажите мне, что произошло! Я имею право это знать! – в отчаянье крикнул Хьюг.

Ему осторожно объяснили.

Солнце уже встало. Эркюль Пуаро отодвинул штору, и комнату залил радостный свет утра.

Хьюг Чендлер старался казаться спокойным:

- Я всё понял.

Он встал, потянулся и с улыбкой посмотрел в окно.

- Сегодня чудесный день, правда? Пожалуй, я прогуляюсь в лес…

Голос молодого человека звучал вполне естественно. Он вышел, провожаемый удивлёнными взглядами. Наконец адмирал очнулся и хотел броситься за сыном, но Фробишер удержал его:

- Нет, Чарльз, нет! Это самый лучший выход… Хотя бы для него, бедняги… если не для других…

Диана, рыдая, бросилась на кровать.

- Ты прав, Джордж, - дрожащим голосом проговорил адмирал. – Он мужественный мальчик…

- Он настоящий мужчина.

На мгновение наступила гнетущая тишина. Потом Чендлер вдруг спохватился:

- Чёрт возьми! Куда подевался этот проклятый иностранец?

***

Хьюг Чендлер снял со стойки ружьё и приготовился вложить заряд, но на плечо ему опустилась рука Пуаро. Маленький детектив произнёс всего одно слово, но оно звучало твёрдо и повелительно:

- Нет!

- Уберите руку и не вмешивайтесь! Это будет несчастный случай. Я уже говорил вам, что лучшего выхода мне не найти!

- Нет!

- Неужели вы не понимаете, что, не будь дверь заперта, я бы зарезал Диану… Боже мой! Диану!

- Нет, вы не причинили бы никакого вреда мисс Маберли.

Хьюг ошарашенно посмотрел на него.

- Кто из нас сумасшедший? Вы или я?

- Ни тот, ни другой.

В это время в комнату вошли адмирал, Фробишер и Диана.

- Он утверждает, что я в здравом уме, - проговорил Хьюг срывающимся голосом.

- Да, я счастлив заявить, что вы вовсе не сумасшедший, - спокойно подтвердил детектив.

Хьюг рассмеялся нервным смехом деревенского дурачка.

- Никогда не слышал ничего забавнее!

- Каждый раз вам давали сильное снотворное, а потом вкладывали в руку окровавленный нож или бритву.

- Зачем?

- Вас хотели заставить сделать то самое, что вы задумали, когда я вас остановил.

Пуаро повернулся к Фробишеру.

- Вы долго жили в Индии, полковник, не так ли? Вам не приходилось сталкиваться там с людьми, которых нарочно доводили до безумия всякими одуряющими веществами?

Лицо полковника прояснилось.

- Сам я их не видел, но часто слышал о таких случаях. Обычно для этого используют дурман.

- Совершенно верно. Но подобно дурману действует и атропин, один из алкалоидов белладонны. Лекарств на основе белладонны очень много, например, при некоторых заболеваниях глаз обычно прописывают сульфат атропина. Обойдя несколько врачей и получив у каждого рецепт, можно, не вызывая подозрений, скопить довольно внушительный запас яда. Из лекарства нетрудно выделить чистый атропин и подмешать его, скажем, в крем для бритья… Употребление крема вызовет раздражение, бритва ещё больше повредит кожу, и яд будет постоянно проникать в кровь. В результате появятся такие симптомы, как сухость во рту и в горле, станет трудно глотать, возникнут галлюцинации – короче говоря, всё то, что мистер Чендлер испытал на собственном опыте.

Эркюль Пуаро в упор посмотрел на молодого человека.

- Чтобы развеять последние сомнения, могу добавить, что ваш крем для бритья набит сульфатом атропина. Я брал пробу на анализ.

Хьюг смертельно побледнел и весь дрожал.

- Кто это сделал? – спросил он. – И почему?

- Это я и пытался выяснить, с тех пор как приехал сюда. В первую очередь меня интересовало, кому выгодна ваша смерть. Диана Маберли очень выиграла бы в финансовом отношении, но я сразу отказался от этой гипотезы.

- Ещё бы! – воскликнул молодой человек.

- Тогда я стал изучать иные возможности и обнаружил вечный треугольник: двое мужчин и одна женщина. Полковник Фробишер любил вашу мать, а она вышла замуж за адмирала Чендлера.

- Джордж! Джордж! Я не верю, что ты мог… - адмирал тяжело дышал, будто ему не хватало воздуха.

- Вы хотите сказать, что ненависть может обратиться даже на сына? – недоверчиво спросил Хьюг.

- В какой-то мере – да.

- Это чёрт знает какая гнусная ложь! Не верь ему, Чарльз! – Фробишер был бледен, как полотно.

Но адмирал Чендлер отшатнулся.

- Дурман… Индия… да… понимаю, - бормотал он. – И нам в голову не пришло подумать о яде из-за этих случаев помешательства в семье!

- Да, - громко заявил Пуаро. – Безумие в крови. Сумасшедший, одержимый манией возмездия… И с ловкостью, свойственной такого рода больным, скрывающий своё безумие годами…

Детектив резко повернулся к Фробишеру.

- Боже мой, полковник, но уж вы-то должны были знать или хотя бы подозревать, что Хьюг – ваш сын! Почему вы ему об этом не сказали?

Фробишер нервно сглотнул.

- Я этого не знал… Однажды Каролина пришла ко мне очень взволнованная и растерянная. Она чего-то боялась… Я так никогда и не выяснил, чего именно. Она… я… мы потеряли голову… Потом я сразу же уехал, другого выхода не было… Я… я часто спрашивал себя, а вдруг… Но Каролина ни разу не дала мне понять, что Хьюг – мой сын… А потом, когда появились эти признаки сумасшествия, я подумал, что это решает вопрос окончательно.

- О, да! Значит, вы не замечали, что мальчик хмурит брови точь-в-точь как вы и так же воинственно выпячивает подбородок? А вот Чарльз Чендлер обратил на это внимание много лет назад… и заставил жену признаться. Вероятно, она боялась мужа, потому что некоторые признаки умственного расстройства должны были появиться ещё тогда. Это и толкнуло несчастную женщину в ваши объятия, тем более что она всегда вас любила. Чарльз Чендлер задумал отомстить. Только он один знает, как утонула его жена. А потом адмирал воспылал ненавистью к ребёнку, носившему его имя, но сыну другого. Ваши рассказы об Индии подали Чендлеру мысль потихоньку свести Хьюга с ума и заставить его покончить с собой от отчаяния. Одержим жаждой крови адмирал Чендлер, а вовсе не Хьюг. Это Чарльз Чендлер резал животных, а расплачиваться должен был мальчик! Вы знаете, когда я начал подозревать правду? Когда узнал, что адмирал не хочет показывать сына врачу. Хьюг верил, что безумен, и его отказ от врачебной помощи выглядел естественно. Но отец не мог бы не искать любого средства помочь сыну, исцелить его. Однако обращаться к врачу было крайне рискованно – любой психиатр сразу бы обнаружил, что молодой человек совершенно здоров!

- Я со-вер-шен-но здо-ров! – очень медленно повторил Хьюг и шагнул к Диане.

- Можешь ни о чём не беспокоиться, - буркнул Фробишер. – В нашей семье сумасшедших не бывало.

- Хьюг… - прошептала девушка.

Адмирал Чендлер подобрал брошенное молодым человеком ружьё…

Эркюль Пуаро удержал Фробишера, который хотел пойти за ним.

- Вы сами совсем недавно говорили, что это единственный выход…

Хьюг и Диана вышли из комнаты.

Оставшись вдвоём, двое мужчин, англичанин и бельгиец, смотрели, как последний из Чендлеров прошёл через парк и скрылся за деревьями.

А потом прогремел выстрел…

Перевод Марии Мальковой

Фото - Галины Бусаровой