Илья Викторов. Многогранный вокалист. Интервью. Часть 2


РГ«МиЛ»: В каком мюзикле Вы впервые предстали перед зрителем?

Илья Викторов: Самым первым значимым стартом для меня стал мюзикл «Бременские музыканты», где я играл Трубадура. Первый блок длился 4 месяца, по 2-3, а иногда и по 4 спектакля в день. Я понимал, что та школа, которую я получил в ГИТИСе, позволяет мне это всё выдерживать. В ГИТИСе мы учились с точно такой же нагрузкой – с 10 утра до 10 вечера – у нас были занятия по актёрскому мастерству, по вокалу, по хореографии. Каждый день это был «день сурка»… Но я всегда привносил в свою роль что-то новое, чтобы зрителям было интересно, и они бы захотели прийти на этот мюзикл ещё раз. «Бременские музыканты» просуществовали целых пять лет! И ещё – это единственный мюзикл из России, который два раза ездил на гастроли в Америку, включая Бродвей, в Германию, Израиль и многие другие страны. И каждый раз был полный аншлаг!

РГ«МиЛ»: Бродвейские мюзиклы адаптируют под российского зрителя?

Илья Викторов: Адаптируют, конечно, потому что у нас всё-таки другой менталитет, другой юмор. Переводы делают таким образом, чтобы людям были понятны и шутки, и драматические моменты. Мне, например, «бродвейский юмор» был непонятен, но, когда я слушал партии в переводе на русский язык, понял, что люди за океаном смеялись в тех же самых местах, что и у нас. К тому же, надо учитывать, что у наших артистов другая энергетика, всё делается с большим запалом. Мы живём этим, сцена – наша жизнь, а в Америке – скорее профессия. Даже если в день надо играть 2-3 спектакля, мы будем отдаваться «по полной». А там есть контракт, есть какие-то свои обязательства, которым артисты и следуют, не пытаясь перепрыгнуть выше головы.

РГ«МиЛ»: Что прописано в американских контрактах с артистами мюзикла, и чем они отличаются от российских контрактов?

Илья Викторов: Ты должен строго отрабатывать контракт, например, три месяца. В это время ты «не имеешь права» болеть. В контракте прописана одна замена по болезни в месяц! Но, опять же, в Америке другие зарплаты. Артист ансамбля может получать две тысячи долларов в месяц и огромный социальный пакет, также ему снимают квартиру, каждый день доставляют в театр и из театра. Главные герои вообще получают от пяти до десяти тысяч долларов в месяц. С ними часто заключают контракт на 3 или 4 года подряд, пока идёт тот или иной мюзикл. В других проектах они не могут участвовать. У нас тоже заключают контракт, но всё равно присутствует какое-то человеческое отношение, артистам идут навстречу, позволяют участвовать не в одном проекте, а сразу в нескольких: вчера – на эстраде, сегодня – в мюзикле, завтра – в опере… 

РГ«МиЛ»: Насколько сложно перестраивать голосовой аппарат под исполнение различных песенных стилей?

Илья Викторов: Сложно. Петь разными стилями – это очень тяжело! К тому же, когда занимаешься со студентами, приходится демонстрировать им разные вокальные приёмы.

РГ«МиЛ»: Для вокалиста важнее академизм или индивидуальность?

Илья Викторов: Очень важно, чтобы у вокалиста была индивидуальность, и его голос люди могли бы узнавать по тембру, по какай-то его подаче. У оперного артиста, несомненно, должна быть индивидуальность, но, к сожалению, в процессе обучения голоса приводят к одной позиции, к одному звучанию, и таким образом голос действительно перестаёт иметь свою индивидуальность. Например, после проекта «Голос» многие ребята так и не становятся востребованными артистами именно потому, что у них нет индивидуальности. Да, у них есть голоса, да, они побеждают, но при этом по голосу их никто не узнает!

РГ«МиЛ»: Вы принимали участие в популярных музыкальных проектах, таких как «Голос»?

Илья Викторов: Нет. Продюсеры так и говорят – нам не нужны «слишком» профессиональные люди, нам нужны люди, с которыми можно работать. На мой взгляд, профессионального вокалиста невыгодно брать, потому что, во-первых, его сложно переучивать, а, во-вторых, сложнее будет найти причину, для того, чтобы разорвать с ним контракт, так как мало к чему можно будет придраться.

РГ«МиЛ»: Композиторы, с которыми Вы работаете, при создании песен учитывают Ваш академический вокал?

Илья Викторов: Многие композиторы, с которыми я работаю, известны как авторы популярной музыки. Они меня в своё время убедили, что такую музыку многие могут петь, а мне необходимо «выдвинуть» что-то новенькое, то, чего в нашей стране практически нет – кроссовер. Кроссовер – это смесь классической музыки с другими жанрами. У нас, в основном, нечто подобное исполняется как кавер, то есть перепеваются какие-то произведения. Но мне, конечно, хочется большего… Соответственно, для меня пишут авторские материалы. Есть такой композитор – Константин Губин – мы с ним делали попсовый репертуар, но, когда он услышал меня на концерте, где я пел оперу, он сказал: «Слушай, я больше не буду для тебя писать такие песни. Мы будет создавать хороший европейский кроссовер!» Вот так родились песни «Я для тебя живу», «Любовь» и многие другие. Мне нравится петь классическим голосом, так как по образованию я оперный певец. И мне нравится выступать с живым оркестром, в частности, я выступаю с симфоническим оркестром – Центральный пограничный ансамбль ФСБ России. 

РГ«МиЛ»: Вы планируете выступить в роли режиссёра-постановщика мюзикла?

Илья Викторов: У меня теплится надежда сделать свою версию мюзикла «Бременские музыканты». Очень хочу поставить мюзикл «Щелкунчик». Может получиться замечательный мюзикл «Чародеи» по одноимённому советскому фильму, в котором огромное количество красивых песен. У нас такой богатый потенциал из старых отечественных фильмов, по которым можно поставить спектакли в жанре мюзикл, что, я уверен, обязательно получится что-нибудь интересное и увлекательное!

Редакция газеты "Мир и Личность"

в лице главного редактора Елены Чапленко

выражает благодарность Илье Викторову

за интересную беседу

Интервью провела Елена Чапленко

Фотографии - из личного архива Ильи Викторова



Фотогалерея