Интервью с главным режиссёром Большого Московского Цирка

на проспекте Вернадского Евгением Шевцовым


РГ«МиЛ»: Вы являетесь представителем цирковой династии? Как Вы стали главным режиссёром цирка?

Евгений Шевцов: У меня был интересный путь к цирку. Я родом из маленького, далёкого городка в Уссурийском крае.  Мои родители – оба химики – работали на биохимическом заводе.  А я очень любил танцевать, и занимался в детской хореографической студии. И так сложилась судьба, что в 2003 году я попал в балет музыкально-циркового ревю «Свадьба соек», которое проходило в Большом Московском цирке. После того как этот проект закончился, мне предложили попробовать поработать над постановками цирковых номеров. Я согласился. В первом же номере, который я поставил, получилось настолько удачное сочетание образа с элементами акробатики, что среди цирковых артистов сразу пошла молва обо мне, как о цирковом режиссёре, к которому можно обращаться со своими номерами.  Цирковые артисты - это такая большая семья, в которой информация разносится очень быстро. Потом меня назначили на должность главного балетмейстера. Я ставил номера и балетные, и цирковые. А с приходом в Большой Московский цирк братьев Запашных, меня назначили на должность главного режиссёра.

РГ«МиЛ»: Что Вы заканчивали?

Евгений Шевцов: Я закончил сначала Московский областной колледж культуры, после этого учился в Америке, потом в Профессиональном институте джазового образования в Париже, и, наконец, заочно закончил Московский государственный университет культуры и искусств.

РГ«МиЛ»: Какую нишу занимает российский цирк в мировом цирковом искусстве?

Евгений Шевцов: У нас есть традиции, у нас есть стремление к чему-то новому, к какому-то прорыву. Наша задача – сохранить эти традиции, но при этом сделать так, чтобы каждый цирковой номер стал неким мини-спектаклем. Зритель всегда лучше воспринимает номера, в которых присутствуют и образы, и сюжет.  И плюс ко всему – в российском цирке есть очень важная традиция  - цирк с животными.  Российский зритель цирк без животных не очень-то воспринимает. Ежегодно российские номера демонстрируют своё мастерство на различных Международных конкурсах и фестивалях –  в Монте-Карло, Италии, Испании, Китае. И я даже не припомню, чтобы наши артисты не привозили какие-нибудь призовые места. Это артисты и  Большого Московского цирка на проспекте Вернадского, и Росгосцирка, и Цирка на Цветном бульваре. У нас очень сильная цирковая школа! По уровню, качеству и мастерству российский цирк держит очень высокую планку на мировой арене.

РГ«МиЛ»: Какие цирки являются главными конкурентами российского цирка?

Евгений Шевцов: Китайский цирк. В китайском цирке очень  мало животных, зато акробатика у них очень сильная. Какая-то сумасшедшая, запредельная, за гранью человеческих возможностей… Творят безумные вещи! В Китае очень жёсткий отбор среди детей, которых родители приводят заниматься. Наверное, так же, как и в спорте. Мы наблюдаем Олимпийские игры и видим, что китайцы очень сильно подтянулись за последнее десятилетие. Во многих видах спорта держат лидирующие позиции.  Какие ещё цирки? Что касается дрессированных животных – это европейский цирк. Очень сильный итальянский – целые цирковые династии дрессировщиков лошадей, тигров, львов, слонов… И, конечно же, канадский Цирк Дю Солей, который априори, лет 20 назад, переломил понимание цирка в мировом масштабе как такового. Они привнесли очень интересное новшество в цирк, добавив в него элементы театра.

РГ«МиЛ»: Многочисленные спецэффекты не могут отвлечь зрителя от самого главного – мастерства артиста?

Евгений Шевцов: Могут, поэтому нужно иметь вкус и меру. Так как можно включить всё, и отвлечь зрителя от исполнения сложного циркового трюка. Зрители приходят в цирк, чтобы получить эмоции. Нельзя допустить, чтобы зритель только спустя два часа, придя домой, понимал, что же там имелось в виду.  Нет, надо работать сейчас, здесь, надо работать сразу! И режиссура, и актёрское мастерство, и свет, и звук, и декорации – всё, что вокруг нас – это всё наши партнёры. И либо они друзья, либо они враги. Чтобы подчеркнуть исполнение трюка светом, можно сделать красивое преломление, направить его на артиста, в этот момент выключить музыку или сделать её тише. А можно сделать её напряжённой, привнести нагнетание, тревожную ноту, как в кино. А в момент исполнения трюка, свет можно – Пам! – и развести, сконцентрировать… Здесь всё зависит от конкретного действия. То же касается спецэффектов, которые должны подчеркнуть цирковой трюк. В цирке первое, самое главное, самое важное – это трюк. Его Величество Трюк. Это как бриллиант – есть огранка, есть коробочка…

РГ«МиЛ»: В цирке процесс совершенствования мастерства непрерывный?

Евгений Шевцов: Конечно! Это живой организм. Допустим, был круг, который, если поджать его с двух сторон, можно превратить в квадрат. Это уже другая форма – острые углы, другая грань. Артисты со своими тренерами дорабатывают изо дня в день, дорабатывают, дорабатывают, и потом в какой-то момент они понимают, что делают элементы легко и свободно. И тогда они начинают привносить что-то своё и в постановку. Режиссёр, который ставит номер, предлагает попробовать применить тот или иной приём. Артисты начинают пробовать – первые три дня обычно не получается… Могу сказать, что очень легко и приятно работать с артистами, которые открыты для такого творчества.

РГ«МиЛ»: Цирковые номера какого жанра Вам ближе?

Евгений Шевцов: Конечно, мне ближе гимнастика, акробатика, воздушные номера. Номера с животными, конечно, сложнее. Хотя бы потому, что с человеком ты разговариваешь на понятном всем языке, и с ним легче договориться, даже о таких сложных вещах как попадание в музыку. Животные же не понимают, что здесь, например, музыкальный акцент, и надо сделать то или иное движение. А делать музыку фоном тоже не интересно, поэтому приходится искать какие-то хитрые ходы. Специально готовится музыка на случай так называемого завала трюка, когда у артиста не получается его исполнить. Происходит так: завал, комплимент, подготовка к следующей попытке… Звукорежиссёр знает жесты, по которым уже можно переключить музыку. Надо сказать, что публике очень нравится, когда происходит завал трюка, и артист его переделывает второй, третий раз. И, в итоге, когда трюк получается – зал в восторге! Сложнейшие трюки, как правило, ставят в конце номера, и тем самым увеличивают эмоциональный накал зрительного зала.

РГ«МиЛ»: Оптимальное количество попыток исполнить трюк?

Евгений Шевцов: Как правило, три раза. Четвёртый раз – уже не комильфо!

РГ«МиЛ»: Как правильно при подготовке номера выдерживать баланс между зрелищностью и безопасностью?

Евгений Шевцов: По российскому законодательству в цирке жизненно опасные трюки должны исполняться со страховкой. За этим строго следят -  в каждом цирке есть инспектор  манежа и инженер по технике безопасности. Но артисты, приезжая на конкурсы и пытаясь доказать высокий уровень своей подготовки, вопреки законодательству, отстёгивают страховочные карабины.

РГ«МиЛ»: Чего, в большей степени, не хватает современному цирку?

Евгений Шевцов: Денег.

РГ«МиЛ»: Большие цирки сегодня – это скорее творческий или бизнес-проект?

Евгений Шевцов: Мне кажется, одно от другого неотъемлемо. Если не стремиться делать лучше, не вкладывать финансово, не вкладывать идеи, креатив, то у тебя не будет продукта, который ты сможешь продать. 

РГ«МиЛ»: Вам никогда не хотелось выступить на манеже с цирковым номером?

Евгений Шевцов: Сначала очень хотелось. Но получилось так, что нужно было выбирать – либо делать то, что я делаю, либо что-то другое, потому что совместить эти две сферы деятельности просто невозможно – в сутках только 24 часа.

РГ«МиЛ»: Насколько у Вас плотный цирковой график?

Евгений Шевцов: У нас с середины августа до середины января просто беспрерывный поток постановок!  Один фестиваль, второй фестиваль, премьера, вторая премьера, третий фестиваль, подготовка к новогодним представлениям. Только ёлки заканчиваешь – начинаешь готовить артистов к фестивалю циркового искусства в Монте-Карло. Потом летом немножко отдыхаешь и опять…

РГ«МиЛ»: Если для Вас, режиссёра, цирк – это работа, то что для Вас развлечение?

Евгений Шевцов: Развлечение? Развлечение для меня – это отдых. Это рыбалка. Я заядлый рыбак.

РГ«МиЛ»: Что самое ценное в Вашей жизни?

Евгений Шевцов: Я даже никогда не задавался этим вопросом. Вот Вы сейчас спросили, и в голове пролетает и одно, и второе, и третье, и я не могу выбрать, что самое ценное. Наверное, всё-таки, здоровье близких.

Редакция издания "Мир и Личность"

в лице главного редактора Елены Чапленко

благодарит Евгения Шевцова

за интересный и содержательный рассказ