Интервью с актёром театра и кино Евгением Вальцем


РГ«МиЛ»: Расскажите о начале Вашего профессионального творческого пути.

Евгений Вальц: Сразу после окончания института, я пришёл в театр «Модерн». И хотя у меня были ежедневные выходы на сцену, это скорее было продолжение обучения профессии. Я внимательно наблюдал за уже опытными артистами, как они работают, как они перевоплощаются. Практически все спектакли смотрел из-за кулис. Некоторые мои выходы на сцену длились полторы-две минуты, а в ряде спектаклей я появлялся только в самом конце, спустя три с половиной часа после начала представления. Но я был в абсолютнейшей эйфории, получал от этого большое удовольствие и до сих пор считаю, что это мне дало очень хорошую профессиональную школу!

РГ«МиЛ»: Когда Вы пришли в театр имени Моссовета, Вам предложили роль Иисуса в рок-опере «Иисус Христос – суперзвезда». Как проходила Ваша подготовка к этой роли?

Евгений Вальц: Я очень долго готовился к роли Иисуса, год практически. Я смотрел этот спектакль и из зала, и из-за кулис, общался с актёрами… Это была такая очень долгая и тщательная подготовка. Мне многие помогали с вводом в спектакль, помогали не только в драматических каких-то вещах, но и в музыкальных тоже. Прививали вкус, который в то время у меня ещё только формировался.

РГ«МиЛ»: Расскажите о спектакле «Кастинг», в котором Вы принимаете участие?

Евгений Вальц: Спектакль «Кастинг» – это современная постановка Юрия Ерёмина, Алла Сигалова была главной музой и хореографом-постановщиком. Эта история тоже очень интересный актёрский опыт, потому что спектакль наполовину импровизационный. И если вы придёте один раз, а потом второй, то вы увидите практически два разных спектакля. Многое зависит от актёрского состава, от публики, от настроения тех и других… В этом спектакли актёр открывает для себя новые грани возможности. Импровизация – это очень ответственное дело, и оно тоже очень тесно связано со вкусом актёра. Он должен понимать, где грань между тем, что можно и чего нельзя.

РГ«МиЛ»: Работа с каким режиссёром Вам запомнилась особо?

Евгений Вальц: Из последних мне очень запомнилось сотрудничество с Андреем Кончаловским, с которым мы работали над рок-оперой «Преступление и наказание» в театре мюзикла под руководством Михаила Швыдкого. Андрей Сергеевич – режиссёр очень опытный, с мировым именем, – но он кинорежиссёр, он очень чётко видит картинку финальную, что должно получиться в итоге, но не все артисты к этому готовы. Потому что нам нужно сначала разжевать, объяснить, понять, а потом потихонечку это всё начать воплощать на сцене. Он же требовал моментального включения, и словами он мало что объяснял. Нам приходилось напрягать все свои актёрские способности, чтобы формулировать его мысль. Кончаловский расставлял только так называем точки в работе, оставляя между ними абсолютную свободу для актёра.

РГ«МиЛ»: Вам предпочтительнее работать, когда режиссёр ставит жёсткие рамки или предоставляет свободу?

Евгений Вальц: Я люблю жёсткие рамки задачи, но не рисунка. Вот если у меня есть жёсткая, определённая задача, то я выхожу на сцену, чтобы эту задачу выполнить.

Тогда получаются замечательные вещи, очень интересные, опять же импровизационные, и это не нарушает режиссёрской концепции. И благодаря такому подходу, никогда не бывает одинаковых спектаклей, и, мне кажется, это большое счастье работать именно так.

РГ«МиЛ»: Какие для Вас существуют различия при воплощении образа героя в театре и перед камерой?

Евгений Вальц: Дело в том, что одно помогает другому. Театр очень помогает кино тем, что ты быстро можешь найти нужную эмоцию. Мы называем это «штампами» – ничего плохого в этом слове нет. Плохо, когда он один или два, а когда этих штампов 122, - это замечательно. Театральные штампы, которые ты проверил, которые тебе уже знакомы по состоянию физическому, психофизическому, ты можешь быстро выдать в кино. В кино нужно моментальное включение эмоций. Там нет возможности пройтись по сцене, изучить сюжет, потому что ты не знаешь, какая сцена будет сниматься именно сейчас, а узнаёшь об этом буквально за несколько минут. А кино помогает тем, что у тебя есть тренинг мгновенного включения, то есть нужную эмоцию включать в определённый момент. Поэтому это большое счастье, когда есть и то и другое, и театр, и кино. Правда, не все могут переключиться на другие условия существования, условия, конечно же, различаются. На площадке нет большого зала, нет тысяч зрителей, а есть только камеры, режиссёр, партнёр и ты…

РГ«МиЛ»: Ваша любимая кинороль?

Евгений Вальц: Я считаю, что главную свою кинороль я ещё не сыграл. В кино всё очень сильно завязано на внешности актёра, и мне кажется, что у меня нутро всегда опережало лицо. Я бы хотел играть таких персонажей за 30, которые уже что-то понимают, что-то соображают, а мальчиков скучно играть…

РГ«МиЛ»: Как Вы относитесь к фильмам, основанным на реальных исторических событиях, с реальными историческими персонажами?

Евгений Вальц: Я к этому отношусь с большой осторожностью, потому что, мне кажется, это сравнение, прежде всего, опасно для актёра. Тем не менее, в просветительском плане такие фильмы нужны. Я однажды играл исторического персонажа – дипломата Роберта Локхарта – в замечательном фильме «Плен страсти».

РГ«МиЛ»: Вы принимаете участие в радиоспектаклях?

Евгений Вальц: Да, и очень активно. Радиоспектакли – это ещё одна область актёрской профессии. Тоже очень интересное направление, потому что есть голос и больше ничего, и через голос нужно передать эмоции, состояния, рассказать историю. Голос – это как второе лицо, душа. Радиоспектакли, в которых я принимал участие, создавались опытными людьми, настоящими профессионалами. Я считаю, что несмотря на то, что мы живём в 21-ом веке, кардинально отходить от того или иного творческого жанра не нужно.

РГ«МиЛ»: Что самое ценное в Вашей жизни?

Евгений Вальц: Сама жизнь! Спасибо ей за это!

Редакция газеты "Мир и Личность"

в лице главного редактора Елены Чапленко

благодарит Евгения Вальца

за интересную беседу

Интервью провела Елена Чапленко

Фотографии - из личного архива Евгения Вальца



Фотогалерея