Александр Дривень.  Государственный Академический Малый Театр. Интервью


Елена Чапленко: Расскажите, пожалуйста, о Вашем персонаже, купце Притыкине, в премьерной постановке Малого театра. Каким Вы его увидели? Каким Вы хотите, чтобы его увидел зритель?

Александр Дривень: Мне кажется, в любом персонаже нужно искать то, что тебя увлекает, будь то яркая черта характера, физическая особенность, образ мышления. Всегда пытаешься найти то, что ярко, выразительно, узнаваемо, современно. Горьковский Притыкин абсолютно наш современник. Весёлый, энергичный, молодой, с определенным планом на жизнь. У него есть цель – стать главой города, в котором он живёт. Он добьется этого безусловно. А потом поставит новую цель. Он далеко пойдет. Он расчистит себе дорожку, столкнет на обочину тех, кто мешает. Любит выпить, любит купаться и в бане париться, женщин любит, а жену бьёт, благо, закон о домашнем насилии не принят и теперь. Чем не современный человек?

Елена Чапленко: Вам никогда не мешали навыки академического мастерства, приобретённые на театральной сцене, когда Вы приходили на съёмочную площадку? И, наоборот, после съёмок в современных проектах Вы никогда не теряли уверенности, выходя на театральную сцену?

Александр Дривень: У меня небольшой опыт работы на съёмочной площадке. Приглашают иногда, присылают сценарий. Читаешь сценарий или сцену для проб и становится так грустно. Приходится отвечать, что занят, репетиция, спектакль, уехал и прочее. А в хорошее кино не зовут, к сожалению. Хотя его становится всё больше. И режиссеры совершенно замечательные! Но, не зовут. Поэтому пока с удовольствием работаю в Малом театре, играю на других площадках, работаю в театральном училище со студентами. К вопросу об академическом мастерстве, честно говоря, не знаю что это. Серьезно. Опыт, приобретенный на большой драматической сцене, бесценен! Он не может мешать. На съёмочной площадке совсем другой принцип существования, другой механизм работы. На сцене Малого не сыграешь как на съёмочной площадке перед камерой, тебя никто не услышит. А в кино, на крупном плане, можно играть движением ресниц, например. И тот и другой способ существования увлекателен!

Елена Чапленко: Ваше отношение к байопику? Вы полагаете, что эти фильмы знакомят широкую публику с подробностями жизни и деятельности известной личности, или же они искажают реальные факты?

Александр Дривень: Мне кажется, любой биографический фильм, не документальный, это прежде всего художественное произведение. Это высказывание режиссера на определенную тему. И если картина, в какой-то степени, искажает реальные факты, меня это не смущает. Режиссер вправе расставлять свои акценты, сокращать, изменять, сочинять. Он ведь не летописец, а художник. 

Елена Чапленко: На какие творческие эксперименты Вы бы не решились в настоящее время?

Александр Дривень: Вы знаете, раздеться до гола и пробежать по Красной площади это творческий эксперимент? Пожалуй, если это высказывание, попытка привлечь внимание к какой-то проблеме. Если творческий эксперимент подразумевает идею, и если это не противоречит моим взглядам, почему нет. Мне кажется,  Дмитрий Крымов занимается этим постоянно.

Каждый его спектакль – это эксперимент, творчество, событие. В экспериментах Дмитрия Анатольевича я бы поучаствовал не задумываясь и с большим удовольствием!

Елена Чапленко: Будучи актёром, Вам удаётся абстрагироваться и посмотреть спектакль, как «рассказанную историю», не вникая в тонкости актёрского мастерства и режиссёрской компетенции?

Александр Дривень: Каждый крымовский спектакль заставляет меня вновь превратиться в наивного любопытного жаждущего зрителя.

Елена Чапленко: Образ какого персонажа стал для Вас наиболее удивительным? К какому персонажу Вы кардинально изменили своё отношение в процессе работы над образом?

Александр Дривень: Работа над любой ролью скрывает очень много слоев. Поэтому каждый раз, как археолог, слой за слоем осторожно откапываешь. Но опасность копнуть слишком глубоко и зарыться тоже существует. Все время удивляешься, когда репетируешь. Без этого никак. Все время задаешь вопросы персонажу, и ждёшь, когда созреет ответ. Иногда ответы эти удивительны.

Елена Чапленко: Какие действия со стороны режиссёра Вы не приемлете?

Александр Дривень: Не приемлю бездействия.

Елена Чапленко: В Малом театре существуют приметы, возможно шуточные, с некоторой долей правды?

Александр Дривень: Наверное! Безусловно. Но, я не верю в приметы. Актерская кухня очень индивидуальна. У каждого есть свои штучки, приметы, особенности. Думаю, никто не выносит это напоказ. Это что-то интимное.

Елена Чапленко: Вы играли когда-либо спектакль на иностранном языке? Насколько сложно корректировать интонационную расстановку смысловых ударений? Вы смотрели спектакль, поставленный по пьесе русского драматурга, в исполнении зарубежных актёров? Какие впечатления?

Александр Дривень: Нет, на иностранном языке никогда не играл. Хотя играл немца, которой очень плохо говорил по-русски. Это был интересный опыт. Мой австрийский друг, который говорит по-русски, записал на диктофон весь текст моего персонажа, а я потом слушал, пытался уловить мелодику речи. Вроде получилось, мне нравилась эта роль. Естественно, я смотрел спектакли иностранных театров, поставленных по русской классике. Ведь и мы тоже играем Шекспира, Мольера, Брехта. Любой спектакль, независимо от того на каком языке говорят актеры, и на каком языке писал драматург, может быть удачным или нет, интересным или не очень. Например, Пётр Наумович Фоменко ставил в Комеди Франсез «Лес» Островского. Мне посчастливилось увидеть этот спектакль, когда они приехали в Москву на гастроли. Это был лучший Островский, которого я видел. Нет, Островский Крымова – это тоже прекрасно!

Елена Чапленко: Что самое ценное в Вашей жизни?

Александр Дривень: Близкие люди. То, что я люблю. То, без чего трудно дышать.

 Редакция газеты "Мир и Личность"

в лице главного редактора Елены Чапленко

благодарит Александра Дривня

за интересный рассказ

Фотографии - из личного архива Александра Дривня