Альбер Марке. Чуть затуманенный взор влюблённого…


Имя Альбера Марке – французского художника, одного из крупнейших пейзажистов ХХ столетия – занимает почётное место среди мастеров, которые не только мужественно отстаивали традиции реализма против всевозможных формалистических извращений, но которые наполняли реализм неповторимым духом современности, утверждая новое, исполненное гуманизма и поэзии, видение реального мира.

Альбер Марке родился в 1875 году в семье железнодорожного служащего. Детство его прошло в Бордо – крупном торговом порту на юге Франции. Учился он вместе с Матиссом в Парижской школе изящных искусств у Гюстава Моро. Жизнь Марке небогата событиями – это упорное скромное творчество и постоянные путешествия. Марке объездил всю Западную Европу, он подолгу жил в Северной Африке, где провёл и годы Второй мировой войны, не желая оставаться в оккупированном немецкими фашистами Париже. В 1934 году он посетил СССР и намеревался вторично побывать в стране, которая произвела на него глубокое впечатление своей природой и трудовой жизнью народа, но помешала война, а затем болезнь…

При жизни Марке избегал говорить о своём творчестве. Он не любил манифестов, интервью и деклараций. Истинной стихией, исчерпывающим и единственным способом выражения мироощущения была для Марке живопись. И здесь он высказался с той мудрой ясностью, которая всегда вызывала у окружавших его и у тех, кто хоть раз видел его пейзажи, желание смотреть на природу таким же чистым и проникновенным взором, каким смотрел он.

Когда мы произносим имя Марке, перед нами предстают улицы и площади Парижа, набережные зеленоватой Сены, арки Нового моста, туманный силуэт Нотр-Дам – огромный город, который, кажется, уже невозможно воспринимать иначе, нежели сквозь поэтическую призму пейзажей Марке.

Когда мы вспоминаем пейзажи Марке, перед нашими глазами возникают морские побережья, то уединённые и тихие, то пронизанные деловым ритмом жизни торговых портов, расстилаются воды рек и заливов, разворачиваются панорамы городов, убегают вдаль нити железнодорожных путей, висят в воздухе стрелы подъёмных кранов и ажурное плетение мостов, проплывают лодки и баржи, дымят труженики-буксиры, медленно движутся большие корабли, бесшумно скользят похожие на бабочек парусники.

Каждый из его пейзажей обладает какой-то особой мягкостью неуловимых переходов красок, тончайших оттенков, мягкостью чуть-чуть волнистых линий и несколько расплывающихся силуэтов. Неповторимое ощущение тёплого, ласкового света вызывает в душе человека чувство спокойного доверия к тому миру, который воссоздаёт художник.

В пейзажах Марке есть что-то побуждающее человека ощутить особую близость к природе, в которой он живёт и действует. Иногда кажется, что художник смотрит на мир чуть затуманенным взором влюблённого. И в то же время этот взор обладает удивительной спокойно-радостной ясностью, как будто впервые или заново, открывающей для себя свет дня, движение воды, тончайшую поэзию окружающего.

Подобно Коро, художник любил природу ранним утром, пробуждающуюся, яснеющую. Быть может, поэтому его так волновали вымытые дождём, обновлённые набережные Парижа и как будто рождающиеся из глубин моря, сверкающие в лучах солнца прибрежные города.

Но Марке любил не только мечтателя Коро, его привлекала светозарность пейзажей Клода Лоррена и величавость картин Пуссена. Его, как будто столь склонного к лирической созерцательности, влекли в природе и ритм человеческого труда и стройность самого её облика.

Он почти всегда пишет свои пейзажи с высокой и далёкой точки зрения не только потому, что она позволяет создать те удивительные тонкие переходы воздушных дымок, которые так ласкают взор и вызывают нежность и доверие к природе. Он делает это, чтобы можно было оценить широкие развороты планов, глубины пространств, почувствовать плавный, почти торжественный ритм раскинувшегося простора. Камерные, на первый взгляд, пейзажи художника несут в себе покоряющее человека ощущение большого мира.

В пейзажах Марке жизнь стихийных сил неприметна: искрится чуть замутнённая вода, в вечной изменчивости пребывает слегка туманный воздух, неслышно меняется свет, чуть изгибаются линии и формы земли. Всё кажется пронизанным тихим дыханием, всё насыщено влагой, всё вливается в неуловимо подвижное целое, в которое с исключительной естественностью вписывается и человек, и всё то, что создано его руками.

Человеческие фигурки так малы в пейзажах Марке, что в первую минуту их оцениваешь только как оживляющие природу пятна. И однако в них выявляется скрытая в мире потенциальная энергия движения. И потому они не только не теряются в созданных Марке пространствах, но в них раскрывается то, что дремлет в природе, говорит в полный голос та тема, которая сдержанно звучит в изменчивой и ясной гармонии текучих вод, зыбкого воздуха, покоящейся земли. Они для Марке – смысл и цель мира, а то, что они делают, обладает для него абсолютной ценностью.

И вот здесь-то и скрыто, быть может, основное зерно своеобразия глубоко современного духа творчества Марке. В этом художнике сочетается всеобъемлющая чуткая любовь к природе, проникающая в самую сердцевину её живой, творящей, изменчивой силы, с глубоко укоренившейся уверенностью в непоколебимость и естественность человеческой власти над ней, уверенностью в красоте творимой человеком новой природы. Именно этим особенно близок Марке тем людям, для которых законом жизни является творчество, преобразование природы, стремление создать новый прекрасный и гармоничный мир.

В. Прокофьев 

На фотографии представлена работа Альбера Марке "Порт Марселя"