Антанта и Тройственный союз


          Коалиция держав, выступивших против Антанты – тройственный союз – образовалась ещё в доимпериалистический период развития капитализма, в конце 70-х годов (союз Германии с Австрией в 1879 г., с Италией в 1882 г.). Россия в 80-х годах окончательно рассорилась со своей бывшей союзницей Германией и была одинока. Причина конфликта заключалась в конкуренции между русским и немецким сельским хозяйством. Аграрный кризис сильно ударил по карману прусского юнкера, на помощь которому пришло правительство, поднявшее таможенные сборы на рожь и пшеницу. Этого было достаточно, чтобы отношения между двумя монархиями испортились. «Но основной смысл конфликта, соперничество прусского и прусского помещика и борьба на хлебном рынке, - пишет М.Н.Покровский, - было только подчёркнуто лишний раз самым последним из эпизодов, предшествовавших русско-германской войне». Кроме того, царизм нуждался в громадных деньгах, надо было реализовать внешние займы. Расцвет промышленного развития Германии поглощал все капиталы страны. На получение миллиардов в Германии царизму рассчитывать было нельзя. Больше того: Бисмарк приказал выбросить на биржу русские ценные бумаги, которые благодаря этому сильно обесценились. Всё это, естественно, толкало Россию в объятия Франции, открывшей широкий кредит царизму и искавшей союзников. Соглашение России с Францией произошло на 10 лет позднее, чем оформился тройственный союз. Англия в это время имела свободные руки и не примыкала ни к одной коалиции. Она сохраняла ещё за собой мировое господство. Но быстрое экономическое усилие Германии делалось всё более опасным для Англии, и последняя стала более интересоваться европейской политикой и подбирать себе союзников. Однако заключению союза с Россией мешали противоречия между этими странами на Востоке. Россия вела активную дальневосточную политику и одновременно подготовляла захват проливов. «Если обратит внимание на двухвековую историю наших отношений с Англией, то она представляется в виде бесконечной цепи политических недоразумений, взаимного подозрения и тайных и явных враждебных действий». Так характеризует русско-английские отношения бывший руководитель внешней политики России, царский министр Сазонов, один из главных виновников империалистической бойни.

Надо было иметь большую смелость и настойчивость, чтобы векового врага превратить в своего союзника. Такая задача была по плечу только английской дипломатии, способной, когда надо, отвлечься от мелочей, пойти на серьёзные экономические уступки, чтобы добиться реализации своих широко задуманных планов. По отношению к России в начале ХХ века Англия провела блестящий стратегический план. В 1902 году она заключила союз с Японией. «Этот союз, - пишет академик Тарле, - был конечно прямым прологом к войне Японии с Россией. Япония делала этой войной не только своё, но и английское дело». Дальневосточная авантюра произошла при активном участии английской и германской дипломатии. Россия подталкивалась Германией, а Япония Англией. Германия старалась обезопасить свою восточную границу, а Англия – ослабить своего врага на Востоке. Оба эти расчёта блестяще оправдались. Германия просчиталась только в одном: ей не удалось заключить союз с Россией, поссорить её с Францией и совсем оторвать от союза с Англией. Между тем английская дипломатия подготовляла первый удар по Германии: 8 апреля 1904 года она заключила соглашение с Францией. Готовясь к борьбе с Германией и запасаясь союзниками, Англия пошла на большие уступки своей новой союзнице: она уступила ей Марокко и произвела размежевание интересов во всех колониях.

Путём материальных жертв английская дипломатия стремилась осуществить свой грандиозный план: образовать под своей гегемонией кольцо из враждебных Германии государств. Сазонов пытается отрицать в своих воспоминаниях о войне «немецкое окружение», но вся его книжка в целом убеждает в этом. Заключительным звеном этого плана было привлечение России в союз против Германии, что и было выполнено в 1907 году.

Англия рассчитала хитро: она сперва дала возможность Японии разгромить Россию, сделала её опасным себе конкурентом на длинный ряд лет, а после этого превратила её в своего союзника. Вековая борьба России и Англии прекратилась, так как были улажены все спорные вопросы. Англия дала возможность своему союзнику получить лакомый кусок. Был произведён раздел Персии, по которому Россия получила львиную долю. Было достигнуто соглашение относительно Тибета и Афганистана. В общем надо оценивать это соглашение, как чрезвычайно выгодное для России. Через несколько лет после него русский промышленный экспорт в Персию удвоился, а экспорт Англии уменьшился. Но, идя на частичные уступки, Англия сумела добиться главного, основного – привлечь Россию в русло своей антинемецкой политики. Причём это было достигнуто задолго до финансового и экономического покорения России антантовскими капиталами, о чём обычно так много пишется теперь в литературе. Наоборот после заключения союза с Англией её капиталы широкой рекой хлынули в русскую нефтяную промышленность.

В 1907 году образование Антанты было закончено. Был создан инструмент войны. Совершенно понятно, что без Англии Россия и Франция никогда не решились бы вести наступательную политику против тройственного союза и Турции. Заключение союза с Россией дало в опытные руки английской дипломатии огромную силу, которой она стала играть против своего противника. «Для меня представляется несомненным, что соглашение 1907 года устранило многие препятствия к участию Англии в борьбе против Германии на стороне России».

Вернее сказать, обратно. После образования Антанты Европа оказалась разделённой на две группы враждовавших государств, соперничество которых неизбежно вело к мировой войне. Главные противники готовили силы к предстоящей войне. Адмирал Колчак рассказывает в своих показаниях, что он в 1907 году пришёл к выводу о неизбежности европейской войны и что русские военно-морские специалисты уже тогда готовились воевать на стороне противников Германии. Ориентация России определилась окончательно после заключения договора с Англией в 1907 году.

Промежуток между образованием Антанты и началом мировой войны наполнен острейшей борьбой между отдельными странами, которая неизбежно вела к столкновению обеих коалиций. Первый конфликт произошёл между Австрией и Россией. В 1908 году Австрия произвела аннексию Боснии и Герцеговины (на что Россия давала своё согласие, думая, что Австрия не будет противиться захвату проливов). Австрийский министр Эренталь обвёл Извольского вокруг пальца. Россия протестовала против аннексии и не соглашалась её признать. Тогда Германия предъявила России ультимативное требование признать эту аннексию. Она поддержала свою союзницу «всем весом её международного влияния, и Россия должна была согласиться. Союзники не были настроены поддерживать её «до конца». Воевать Россия всё равно не могла: ни политические, ни финансовые, ни военные условия не позволяли немедленно принять участие в войне. Это была значительная дипломатическая победа Австрии, повергшая тогдашнего министра иностранных дел России Извольского в уныние. В значительной мере этот факт является причиной его ухода из министров, хотя его преемник Сазонов держался в политике курса своего предшественника. Позиция Австрии на Балканах значительно усилилась, а царское правительство носило всё время камень против своей соседки.

Следующий этап борьбы между двумя коалициями выразился в столкновении Франции и Германии из-за Марокко, о котором говорилось выше. Потребовалось решительное заявление Англии, чтобы Германия отступила. В какой мере Россия являлась активной стороной, подготовлявшей войну из-за своих претензий на Константинополь и проливы, - покажет дальнейшее изложение.

Революционные потрясения 1905-1907 гг., разгром армии и флота в русско-японской войне лишили русскую дипломатию необходимой экономической и военной базы.

          Без их помощи и опоры язык дипломатических нот потерял всякую убедительность. Россия на ряд лет потеряла возможность вести активную политику. Несмотря на явное бессилие России, Извольский уже в 1908 году выдвигает проблему проливов на первый план. По его мнению, отказ России от вмешательства в надвигающиеся осложнения приведёт к тому, что «мы не будем великой державой!» Столыпин выступил решительным противником «авантюры» наступательной политики, которая может быть только «бредом ненормального правительства» и представляла бы прямую угрозу «династии». Он прямо заявил, что в руках нашей дипломатии «теперь рычаг без точки опоры». Именно поэтому в эти годы дипломатия без «опоры» терпит ряд серьёзных поражений.

       К 1911 году политическое и экономическое положение страны значительно крепнет, и мы видим, как опять мысль о проливах становится руководящей линией нашей внешней политики.

Постепенно царское правительство убеждается в невозможности без войны, даже европейской, получить проливы. Попытка путём частичного соглашения с Австрией и Италией добиться их захвата кончилась самым печальным образом. Поэтому приходилось надеяться на союзников, на их помощь России. В это время германская дипломатия попробовала расколоть тройственное согласие, перетянув Россию на свою сторону. Первая попытка такого рода была произведена в 1905 году, когда Николай и Вильгельм подписали соглашение в Бьоркеосоюзе Росси, Германии и Франции. Благодаря вмешательству Витте этот договор был Николаем нарушен. Следующее предложение о соглашении с Россией Германия сделала в 1909 году. Смысл соглашения сводится к тому, что Россия должна соблюдать нейтралитет в случае нападения Англии на Германию, а в качестве компенсации за это «Германия окажет России деятельную дипломатическую поддержку в видах желательного для последней решения вопроса о проливах».

Повторное предложение было сделано в следующем году, во время свидания Николая и Вильгельма в Потсдаме. Несмотря на соблазнительность предложения, Россия отказалась менять союзников, заключив лишь договор о Багдадской железной дороге. Она стала готовиться к вооружённому захвату проливов и к европейской войне. Агрессивность России по отношению к Турции с каждым годом увеличивалась. В 1912 году военные настроения во Франции и России повышаются, так как к власти приходит Пуанкаре, ставленник магнатов тяжёлой индустрии, который в январе 1913 года избирается президентом республики.

Русский посол в Париже Извольский с дрожанием рук писал Сазонову по поводу выборов Пуанкаре: «Если, не дай бог, Пуанкаре потерпит поражение, это для нас будет катастрофой». Пуанкаре был избран, и это сразу усилило позицию сторонников войны как в России, так и во Франции. Во время конфликта России с Турцией Николай советовал Сазонову «пригрозить туркам» посылкой Черноморскому флоту.

В 1913 году стало совершенно ясно, что война может разразиться каждую минуту. В особом совещании, созванном 31 декабря 1913 года, слышны были другие речи, чем ранее. Захватнические намерения Сазонова находят подкрепление в заявлении военного министра и начальника генштаба, которые «категорически заявляют о полной готовности России к единоборству с Германией, не говоря уже о столкновении один на один с Австрией». Но в такое единоборство никто не верил, а потому, заканчивает представитель военного ведомства, «дело придётся иметь со всем тройственным союзом».

На том же совещании решили применить «способы давления» к Турции, которые могут вызвать мировую войну с Германией, лишь при наличии активной поддержки союзников. В своих прилизанных воспоминаниях Сазонов об этом «совещании» ничего не рассказывает. Он останавливается только на совещании 8 февраля 1914, из которого он ушёл «с безотрадным впечатлением нашей полной военной неподготовленности» к захвату проливов.

В совещании 8 февраля 1914 года вопрос о завладении проливами обсуждался лишь с точки зрения практического проведения этого мероприятия в жизнь. На совещании все отлично представляли, что захват Россией проливов невозможен без общей европейской войны. Она подразумевалась как необходимое дополнение этого акта. Речь шла о наиболее верном пути захвата и о стратегическом плане операции. В то время как генерал Жилинский считал возможным завладеть проливами только через Берлин и Вену – «ибо успешная борьба на западной границе решит благоприятно и вопрос о проливах», начальник морского генерального штаба считал, что победа на западе не даст нам проливов и Константинополя. «Их могут занять чужие флоты (читай союзнические) и армии, пока будет происходить борьба на нашей западной границе».

Всё это показывает, в какой мере разговоры о нападении на Россию со стороны Германии были чистейшим вымыслом, так как царское правительство само готовилось к нападению на своего врага. Своей политикой царизм неизбежно вёл к европейскому конфликту. Поведение других «великих» государств также вело дело к роковой развязке. Достаточно остановиться лишь на наиболее рельефных фактах борьбы европейской дипломатии на 2-3 года до начала войны.

В 1912-1913 годах происходит две войны на Балканах, которые надо рассматривать как репетицию мировой войны. К войне 1912 года славян против турок Россия приложила свою руку. Ей помогала Франция. Из Балканских государств образовали союз, острие которого направлялось против Турции и Австрии. Легко разбив турок, «союзники» подрались между собой при дележе добычи. Австрия и Италия, при поддержке Германии, проявляли живейший интерес к этому дележу и всячески препятствовали созданию сильного государства на Балканах. В 1912 году Германия отказалась от предложения Англии сократить морские вооружения, а в следующем году происходит громадное состязание в росте вооружений между Германией и Францией. Отмечая 25-летний юбилей Вильгельма, немецкая буржуазия вотировала свыше 1 миллиарда золотых марок на улучшение вооружения и на усиление армии, состав которой увеличивался больше чем на 100 тысяч человек. Это было прямым вызовом России и Франции. Последняя приняла его и через несколько недель после германского решения, 19 июля 1913 года, за год до мировой войны, провела через парламент закон о трёхлетней военной службе, увеличивая тем самым состав своей армии на 50%.

Осенью 1913 года Вильгельм разговаривал с бельгийским королём Альбертом о пропуске немецких войск через Бельгию для нападения на Францию. Этот разговор делается известен членам Антанты. Почти аналогичное происходит в лагере противников Германии. Английский король обещает русским дипломатам пускать во время войны ко дну немецкие торговые суда. Франция отпускает кредиты России на постройку стратегических железных дорог против Германии. В 1914 году реализован был первый железнодорожный заём на 665млн. франков, на каковую сумму французское правительство обязалось предоставлять ежегодные займы в течение пятилетия. Это мероприятие оказалось запоздалым. Новых железных дорог построить не удалось.

По линии военной между членами тройственного согласия также заметно взаимное сближение. Представители генеральных штабов России и Франции ежегодно съезжались для обсуждения общего плана действий против Австрии и Германии. С Англией Россия договорилась о заключении морской конвенции, которая согласовывала действия флотов. Франция также имела специальную конвенцию с Англией, о существовании которой знало лишь несколько членов правительства. Тихой сапой взрывался мир. Таковы факты, свидетельствующие о поведении империалистов перед войной. Обе коалиции держав деятельно готовились к ней и провоцировали её.

1929 год

Фото - Галины Бусаровой