Высоким слогом. От счастья я не исцеляю


Людмила Вилькина

***

Ты в жизнь мою нечаянно проник.

Тебя мое доверье осветило.

Но слабого величие смутило,

И ты бежишь, как от горы родник.

 

Не возвращайся, больше не узнаю.

Твои черты - они подобны всем.

Лишь только раз доступен нам Эдем,

И нет путей к утраченному раю...

Твои слова для сердца тишина.

Ты здесь, иль далеко - я одна.

 

Людмила Вилькина

Мой сад

Не выйдет тот, кто раз попал в мой сад.

Меж гротов, спящих вод, аллей, беседок —

Везде цветы, но аромат их едок,

И неспокоен сон цветущих гряд.

 

Подобный страстной мысли — сад глубок.

Среди прогалин блещут клумбы лилий.

А там, где ветви солнце заслонили,

Болотных роз сплетается венок.

 

Из города ведет в мой темный сад

Воздушный мост, над пропастью висящий,

На дне ее бежит поток шумящий.

Чернеют камни, как чудовищ ряд

Неверен путь ко мне в мой сад манящий,

Но от меня дороги нет назад.

 

Софья Парнок

***

Я гляжу на ворох желтых листьев...

Вот и вся тут золота казна!

На богатство глаз мой не завистлив, —

Богатей, кто не боится зла.

 

Я последнюю игру играю,

Я не знаю, что во сне, что наяву,

И в шестнадцатиаршинном рае

На большом привольи я живу.

 

Где еще закат так безнадежен?

Где еще так упоителен закат?..

Я счастливей, брат мой зарубежный,

Я тебя счастливей, блудный брат!

 

Я не верю, что за той межою

Вольный воздух, райское житье:

За морем веселье, да чужое,

А у нас и горе, да свое.

 

Софья Парнок

***

Снова знак к отплытию нам дан!

Дикой полночью из пристани мы выбыли.

Снова сердце — сумасшедший капитан —

Правит парус к неотвратной гибели.

 

Вихри шар луны пустили в пляс

 И тяжелые валы окрест взлохматили...

— Помолись о нераскаянных о нас,

О поэт, о спутник всех искателей!

 

Софья Парнок

***

Окиньте беглым, мимолетным взглядом

Мою ладонь:

Здесь две судьбы, одна с другою рядом,

Двойной огонь.

 

Двух жизней линии проходят остро,

Здесь «да» и «нет», —

Вот мой ответ, прелестный Калиостро,

Вот мой ответ.

 

Блеснут ли мне спасительные дали,

Пойду ль ко дну, —

Одну судьбу мою вы разгадали,

Но лишь одну.

 

Зинаида Гиппиус

Между

На лунном небе чернеют ветки...

Внизу чуть слышно шуршит поток.

А я качаюсь в воздушной сетке,

Земле и небу равно далек.

 

Внизу — страданье, вверху — забавы.

И боль, и радость — мне тяжелы.

Как дети, тучки тонки, кудрявы...

Как звери, люди жалки и злы.

 

Людей мне жалко, детей мне стыдно,

Здесь — не поверят, там — не поймут,

Внизу мне горько, вверху — обидно...

И вот я в сетке — ни там, ни тут.

 

Живите, люди! Играйте, детки!

На всё, качаясь, твержу я «нет»...

Одно мне страшно: качаясь в сетке,

Как встречу теплый, земной рассвет?

 

А пар рассветный, живой и редкий,

Внизу рождаясь, встает, встает...

Ужель до солнца останусь в сетке?

Я знаю, солнце — меня сожжет.

Зинаида Гиппиус

Водоскат

Душа моя угрюмая, угрозная,

Живет в оковах слов.

Я — черная вода, пенноморозная,

Меж льдяных берегов.

 

Ты с бедной человеческою нежностью

Не подходи ко мне.

Душа мечтает с вещей безудержностью

О снеговом огне.

 

И если в мглистости души, в иглистости

Не видишь своего, —

То от тебя ее кипящей льдистости

Не нужно ничего.

 

Зинаида Гиппиус

Закат

Освещена последняя сосна.

Под нею темный кряж пушится.

Сейчас погаснет и она.

День конченый - не повторится.

 

День кончился. Что было в нем?

Не знаю, пролетел, как птица.

Он был обыкновенным днем,

А все-таки - не повторится.

 

Зинаида Гиппиус

Нет!

Она не погибнет - знайте!

Она не погибнет, Россия.

Они всколосятся, - верьте!

Поля ее золотые.

 

И мы не погибнем - верьте!

Но что нам наше спасенье:

Россия спасется, - знайте!

И близко ее воскресенье.

 

Зинаида Гиппиус

Игра

Совсем не плох и спуск с горы:

Кто бури знал, тот мудрость ценит.

Лишь одного мне жаль: игры...

Ее и мудрость не заменит.

 

Игра загадочней всего

И бескорыстнее на свете.

Она всегда - ни для чего,

Как ни над чем смеются дети.

 

Котенок возится с клубком,

Играет море в постоянство...

И всякий ведал - за рулем -

Игру бездумную с пространством.

 

Играет с рифмами поэт,

И пена - по краям бокала...

А здесь, на спуске, разве след -

След от игры остался малый.

 

Зинаида Гиппиус

Непредвиденное

По Слову Извечно-Сущего

Бессменен поток времен.

Чую лишь ветер грядущего,

Нового мига звон.

 

С паденьем идет, с победою?

Оливу несет иль меч?

Лика его я не ведаю,

Знаю лишь ветер встреч.

 

Летят нездешними птицами

В кольцо бытия, вперед,

Миги с закрытыми лицами...

Как удержу их лёт?

 

И в тесности, в перекрестности, -

Хочу, не хочу ли я –

Черную топь неизвестности

Режет моя ладья.

 

Зинаида Гиппиус

Ключ

Струись,

Струись,

Холодный ключ осенний.

Молись,

Молись,

И веруй неизменней.

Молись,

Молись,

Молитвой неугодной.

Струись,

Струись,

Осенний ключ холодный...

 

Мирра Лохвицкая

***

Да, это был лишь сон! Минутное виденье

Блеснуло мне, как светлый метеор...

Зачем же столько грез, блаженства и мученья

Зажег во мне неотразимый взор?

 

Как пусто, как мертво!.. И в будущем все то же...

Часы летят... а жизнь так коротка!..

Да, это был лишь сон, но призрак мне дороже

Любви живой роскошного цветка.

 

Рассеялся туман, и холод пробужденья

В горячем сердце кровь оледенил.

Да, это был лишь сон... минутное виденье...

Но отчего ж забыть его нет сил?

 

Мирра Лохвицкая

Мой замок

Мой светлый замок так велик,

Так недоступен и высок,

Что скоро листья повилик

Ковром заткнут его порог.

 

И своды гулкие паук

Затянет в дым своих тенет,

Где чуждых дней залетный звук

Ответной рифмы не найдет.

 

Там шум фонтанов мне поет,

Как хорошо в полдневный зной,

Взметая холод вольных вод,

Дробиться радугой цветной.

 

Мой замок высится в такой

Недостижимой вышине,

Что крики воронов тоской

Не отравили песен мне.

 

Моя свобода широка,

Мой сон медлителен и тих,

И золотые облака,

Скользя, плывут у ног моих.

 

Марина Цветаева

***

Моим стихам, написанным так рано,

Что и не знала я, что я — поэт,

Сорвавшимся, как брызги из фонтана,

Как искры из ракет,

Ворвавшимся, как маленькие черти,

В святилище, где сон и фимиам,

Моим стихам о юности и смерти,

— Нечитанным стихам! —

Разбросанным в пыли по магазинам

(Где их никто не брал и не берет!),

Моим стихам, как драгоценным винам,

Настанет свой черед.

Марина Цветаева

***

Мне нравится, что вы больны не мной,

Мне нравится, что я больна не вами,

Что никогда тяжелый шар земной

Не уплывет под нашими ногами.

Мне нравится, что можно быть смешной —

Распущенной — и не играть словами,

И не краснеть удушливой волной,

Слегка соприкоснувшись рукавами.

 

Мне нравится еще, что вы при мне

Спокойно обнимаете другую,

Не прочите мне в адовом огне

Гореть за то, что я не вас целую.

Что имя нежное мое, мой нежный, не

Упоминаете ни днем, ни ночью — всуе…

Что никогда в церковной тишине

Не пропоют над нами: аллилуйя!

 

Спасибо вам и сердцем и рукой

За то, что вы меня — не зная сами! —

Так любите: за мой ночной покой,

За редкость встреч закатными часами,

За наши не-гулянья под луной,

За солнце, не у нас над головами, -

За то, что вы больны — увы! — не мной,

За то, что я больна — увы! — не вами!

 

Марина Цветаева

***

Легкомыслие! - Милый грех,

Милый спутник и враг мой милый!

Ты в глаза мне вбрызнул смех,

и мазурку мне вбрызнул в жилы.

 

Научив не хранить кольца, -

с кем бы Жизнь меня ни венчала!

Начинать наугад с конца,

И кончать еще до начала.

 

Быть как стебель и быть как сталь

в жизни, где мы так мало можем...

- Шоколадом лечить печаль,

И смеяться в лицо прохожим!

 

Марина Цветаева

Мальчик-бред

Алых роз и алых маков

Я принес тебе букет.

Я ни в чем не одинаков,

Я - веселый мальчик-бред.

 

Свечку желтую задую, -

Будет розовый фонарь.

Диадему золотую

Я надену, словно царь.

 

Полно, царь ли? Я волшебник,

Повелитель сонных царств,

Исцеляющий лечебник

Без пилюль и без лекарств.

 

Что лекарства! Что пилюли!

Будем, детка, танцевать!

Уж летит верхом на стуле

Опустевшая кровать.

 

Алый змей шуршит и вьется,

А откуда, - мой секрет!

Я смеюсь, и все смеется.

Я - веселый мальчик-бред!

 

Марина Цветаева

Цикл «Подруга». №2

Под лаской плюшевого пледа

Вчерашний вызываю сон.

Что это было? — Чья победа? —

Кто побежден?

 

Все передумываю снова,

Всем перемучиваюсь вновь.

В том, для чего не знаю слова,

Была ль любовь?

 

Кто был охотник? — Кто — добыча?

Все дьявольски-наоборот!

Что понял, длительно мурлыча,

Сибирский кот?

 

В том поединке своеволий

Кто, в чьей руке был только мяч?

Чье сердце — Ваше ли, мое ли

Летело вскачь?

 

И все-таки — что ж это было?

Чего так хочется и жаль?

Так и не знаю: победила ль?

Побеждена ль?

 

Марина Цветаева

Цикл «Подруга». №15

Хочу у зеркала, где муть

И сон туманящий,

Я выпытать — куда Вам путь

И где пристанище.

 

Я вижу: мачта корабля,

И Вы — на палубе...

Вы — в дыме поезда... Поля

В вечерней жалобе —

 

Вечерние поля в росе,

Над ними — вороны...

— Благословляю Вас на все

Четыре стороны!

 

Марина Цветаева

Цикл «Подруга». №17

Вспомяните: всех голов мне дороже

Волосок один с моей головы.

И идите себе… – Вы тоже,

И Вы тоже, и Вы.

 

Разлюбите меня, все разлюбите!

Стерегите не меня поутру!

Чтоб могла я спокойно выйти

Постоять на ветру.

 

Анна Ахматова

Муза

Когда я ночью жду ее прихода,

Жизнь, кажется, висит на волоске.

Что почести, что юность, что свобода

Пред милой гостьей с дудочкой в руке.

 

И вот вошла. Откинув покрывало,

Внимательно взглянула на меня.

Ей говорю: «Ты ль Данту диктовала

Страницы Ада?» Отвечает: «Я».

 

Анна Ахматова

***

За тебя я заплатила

      Чистоганом,

Ровно десять лет ходила

      Под наганом.

Ни налево, ни направо

      Не глядела,

А за мной худая слава

      Шелестела.

 

Анна Ахматова

***

Нет, ни в шахматы, ни в теннис...

То, во что с тобой играю,

Называют по-другому,

Если нужно называть...

 

Ни разлукой, ни свиданьем,

Ни беседой, ни молчаньем...

И от этого немного

Холодеет кровь твоя.

 

Анна Ахматова

***

Не недели, не месяцы – годы

Расставались. И вот наконец

Холодок настоящей свободы

И седой над висками венец.

Больше нет ни измен, ни предательств,

И до света не слушаешь ты,

Как струится поток доказательств

Несравненной моей правоты.

 

Анна Ахматова

***

А ты думал — я тоже такая,

Что можно забыть меня,

И что брошусь, моля и рыдая,

Под копыта гнедого коня.

 

Или стану просить у знахарок

В наговорной воде корешок

И пришлю тебе странный подарок —

Мой заветный душистый платок.

 

Будь же проклят. Ни стоном, ни взглядом

Окаянной души не коснусь,

Но клянусь тебе ангельским садом,

Чудотворной иконой клянусь,

И ночей наших пламенным чадом —

Я к тебе никогда не вернусь.

 

Анна Ахматова

***

Дверь полуоткрыта,

Веют липы сладко…

На столе забыты

Хлыстик и перчатка.

 

Круг от лампы желтый…

Шорохам внимаю.

Отчего ушел ты?

Я не понимаю…

 

Радостно и ясно

Завтра будет утро.

Эта жизнь прекрасна,

Сердце, будь же мудро.

 

Ты совсем устало,

Бьешься тише, глуше…

Знаешь, я читала,

Что бессмертны души.

 

Анна Ахматова

***

Хочешь знать, как все это было? -

Три в столовой пробило,

И, прощаясь, держась за перила,

Она словно с трудом говорила:

«Это все... Ах нет, я забыла,

Я люблю вас, я вас любила

Еще тогда!»

- «Да».

 

Анна Ахматова

***

Все мы бражники здесь, блудницы,

Как невесело вместе нам!

На стенах цветы и птицы

Томятся по облакам.

 

Ты куришь черную трубку,

Так странен дымок над ней.

Я надела узкую юбку,

Чтоб казаться еще стройней.

 

Навсегда забиты окошки:

Что там, изморозь или гроза?

На глаза осторожной кошки

Похожи твои глаза.

 

О, как сердце мое тоскует!

Не смертного ль часа жду?

А та, что сейчас танцует,

Непременно будет в аду.

 

Анна Ахматова

***

Я не любви твоей прошу.

Она теперь в надежном месте.

Поверь, что я твоей невесте

Ревнивых писем не пишу.

Но мудрые прими советы:

Дай ей читать мои стихи,

Дай ей хранить мои портреты, —

Ведь так любезны женихи!

А этим дурочкам нужней

Сознанье полное победы,

Чем дружбы светлые беседы

И память первых нежных дней…

Когда же счастия гроши

Ты проживешь с подругой милой

И для пресыщенной души

Все станет сразу так постыло —

В мою торжественную ночь

Не приходи. Тебя не знаю.

И чем могла б тебе помочь?

От счастья я не исцеляю.

Фото - Галины Бусаровой