Иван Великанов. Интервью с дирижёром 


Елена Чапленко: Как не допустить искажения звучания старинного инструмента в условиях современной акустики зала?

Иван Великанов: Во-первых, и залы бывают разные, и инструменты. Что важно помнить и понимать: концертов в нашем понимании этого слова не было еще и в XVIII веке, не говоря о более давних временах. Если Вы играете в небольшом помещении для нескольких важных особ, то флейтист станет к оной особе ближе, а трубач – дальше, вот и вся акустика, так сказать. Вся так называемая старинная музыка – прикладная, поэтому исполнение ее в условиях какого бы то ни было концертного зала – это уже некоторое искажение. Другое дело, что, конечно, некоторые инструменты, предназначенные для открытого воздуха (волынки, шалмеи) в небольшом концертном зале или в зале с очень гулкой акустикой будут звучать достаточно дико (и с этим сделать ничего нельзя, только не играть), равно как и ренессансная лютня без звукового усиления (иначе говоря, без «подзвучки») в любом большом зале потеряется, особенно если играет в составе ансамбля, а в зале нет гробовой тишины. По моему личному опыту, ничего нет хуже для старинных инструментов, чем сухая акустика, в которой практически нет отзвука. Конечно же, при игре в таких залах звук искажается сильно, ибо помимо усиления добавляется еще и «холл» – реверберация (объем – не будем вдаваться в тонкости звукорежиссуры). Напротив, избыточно гулкие помещения – старинные дворцовые залы или галереи, соборы и так далее – часто помогают публике ощутить красоту и разнообразие тембральной палитры старинных инструментов. Впрочем, практически все, что касается старинных, верно и по отношению к современным акустическим инструментам: что сакбут, предок тромбона, что скрипка, что гитара, что саксофон или большой барабан – все они нуждаются в отзвуке, в полете, так сказать; а вот синтезатор или электрогитара – совсем наоборот, нуждаются в хорошей звуковой аппаратуре.

Елена Чапленко: Какое из сочиненных Вами произведений Вы считаете наиболее гармоничным?

Иван Великанов: Это очень сложный вопрос. Я не уверен, что современная музыка может претендовать на звание «гармоничной» – в редчайших случаях этот эпитет подходит к сочинениям, скажем, Арво Пярта, но и то, написанным еще в прошлом веке. Если слегка переформулировать, и задуматься о естественности, «непридуманности» музыки, то это, наверное, Inventio Lamentoso, родившееся в процессе занятий и импровизаций на цинке (старинном инструменте, на котором я играю и регулярно выступаю вместе с моим ансамблем старинной музыки Alta Capella).

Елена Чапленко: Работа с какими коллективами принесла Вам наибольший творческий успех?

Иван Великанов: Смотря что называть успехом – выступления с известными, прославленными коллективами, о которых пишут в прессе, или концерты с созданными мною коллективами, в которых я в реальности имею возможность воплотить важные для меня самого замыслы? Наверное, все же, второе. Это работа с ансамблем Alta Capella и Камерным Оркестром Тарусы.

Елена Чапленко: Являясь организатором и художественным руководителем Международного фестиваля музыки и танца эпохи Возрождения, какие главные задачи Вы ставите перед собой в рамках этого проекта?

Иван Великанов: Если говорить про сегодняшний день, то я бы мог поставить себе для начала одну единственную задачу – возродить этот фестиваль, ибо, к сожалению, он пока что прекратил свое существование, поскольку быть одновременно организатором и руководителем фестиваля и концертирующем активным музыкантом, в принципе, едва ли возможно (это удается, собственно, единицам). Главная задача этого фестиваля, впрочем, легко формулируется: знакомить слушателей с шедеврами старинной музыки, до сих пор в России очень мало звучащей (в моду вошли в последние десятилетия в реальности только сочинения позднего барокко).

Елена Чапленко: Классическая музыка, по Вашему мнению, доступна для понимания всем или только узкому кругу ценителей?

Иван Великанов: Уверен, что всем. Только отнюдь не все об этом знают. Должно все совпасть: в нужное время человек должен услышать «свою» музыку. И такое нередко случается, слава Богу. Но если сильны предубеждения или априорный протест (социальный, семейный, еще какой-то), или если есть негативные ассоциации – тогда, конечно, сложнее. Мне трудно об этом судить, я вырос в этом, классическая музыка – неотъемлемая часть моей жизни.

Елена Чапленко: В Вашей карьере случались творческие эксперименты? От какого творческого эксперимента Вы бы отказались?

Иван Великанов: Еще бы, почти исключительно, я бы сказал! Понимаете, любой музыкант, который стремится развиваться, постоянно экспериментирует, и постоянно что-то меняет в себе и в своих музыкальных принципах, идеологии и так далее. Отказываться от того, что было и прошло – зачем? Оно и так прошло... ну вот, например, я отказался от дирижирования старинной музыкой, ибо один из моих музыкальных наставников, замечательный музыкант Эндрю Лоуренс-Кинг, доказал мне очень доходчиво, что музыка вплоть до XVIII века (а иногда и в этом самом веке) не нуждается в том, чтоб ею дирижировали. Собственно, и дирижеров тогда не было, и это не случайно. Поскольку я очень люблю старинную музыку, я рад, что могу общаться с ней при помощи различных инструментов, отложив в сторону дирижерскую палочку.

Елена Чапленко: Насколько Вам интересна современная музыка во всем ее многообразии?

Иван Великанов: А что такое современная музыка? Одни называют так сложные интеллектуальные игры, перформансы, объединяющие разные виды искусств и не только; другие – саунд-треки к фильмам, погружающие Вас в звуковую «теплую ванну», или, напротив, повышающие Вам температуру; третьи вообще называют так популярную музыку, а также всевозможные виды музыкальной или околомузыкальной массовой культуры (рок, рэп и так далее). Мне, конечно, интересны многие явления, но я несколько боюсь «утонуть» в этом самом многообразии. Окинуть взглядом все современные процессы, даже исключительно в сфере авторского музыкального сочинительства, в принципе, невозможно...

Елена Чапленко: Понятие «вдохновение», на Ваш взгляд, это в большей степени легенда, или оно действительно должно присутствовать в жизни каждого творческого человека?

Иван Великанов: Я бы сказал так: возможно, это и легенда, но она непременно должна присутствовать в жизни каждого человека, жить где-то в его сознании – или глубоко, или на поверхности, это уже зависит от того, каков этот человек...

Елена Чапленко: Над какими проектами Вы работаете в настоящее время?

Иван Великанов: Как всегда – сразу над несколькими. Я развиваю с помощью коллег и помощников Камерный Оркестр Тарусы (в декабре поедем снова в небольшое европейский турне; первый раз ездили в заграничную поездку с оркестром в августе, в Финляндию и Эстонию); одновременно не оставляю без внимания ансамбль Alta Capella, которому в этом году 10 лет (10 декабря в Московской консерватории состоится юбилейный концерт); развиваю музыкально-театральные проекты в Тарусе, где, собственно, и живу вместе с семьей. О своем композиторском творчестве умолчу, о нем рассказывать сложно и не нужно.

Елена Чапленко: Вам доводилось держать в руках инструменты, некогда принадлежащие великим композиторам? 

Иван Великанов: Кажется, в музее в Клину держал в руках фортепианный настроечный ключ П. И. Чайковского. А вообще, для меня подобные артефакты не очень интересны... композиторы оставили нам музыку. Да и великие исполнители прошлого не передали нам своего гения через инструменты.

Редакция газеты "Мир и Личность"

в лице главного редактора Елены Чапленко

благодарит Ивана Великанова

за интересный и познавательный рассказ

Фотографии - из личного архива Ивана Великанова