Готическое или французское искусство. Часть 2


Готическая скульптура достигает полного блеска в XIII в. и именно в больших соборах, особенно в Париже, Бурге, Амьене, Шартре и Реймсе. Не следует думать, однако, что речь идёт о какой-нибудь относительной красоте, постоянно нарушаемой дурным вкусом и неловкостью исполнения. Скульпторы этого времени в некоторых произведениях достигают уже гармонического сочетания своих достоинств – в простых, верных и изящных формах они воплощают возвышенные идеалы. В это время посторонние влияния и условные традиции во французском искусстве окончательно уступают место наблюдению природы, оно вполне овладевает техническими приёмами и концепциями и расцветает во всей своей смелости и грации. Уже на фасадах церквей раннего периода скульпторы изображали целые ряды композиций, в которых развёртывалась, так сказать, эпопея христианства. В XIII в. эти поэмы как бы обогащаются новыми песнями: украшения порталов и фасадов превращаются в бесконечную энциклопедию образов, преимущественно, религиозных: пороки и добродетели, искусства, науки, ремёсла – все выступают здесь и все эти образы проникнуты религиозной мыслью. В это время средневековый дух, казалось, поверил в свои силы, и, как бы опьянённый ими, мечтал о всеобщем знании: Винцент Бовэ написал своё «Speculum majus», в котором нашли место все человеческие знания; св. Фома затрагивает все вопросы науки.

В барельефах и статуях этой эпохи с большою силою проявляется естественность лиц и движений и драматичность выражения. Не только позы верны и жизненны, но ясно выражен и внутренний характер типов. Девы, святые и избранные люди сохраняют нежное и мистическое выражение; черты лица у апостолов, святых и исторических личностей соответствуют мыслителям и деятелям. Даже в изображении самых тел замечается естественность, они кажутся живыми под их драпировками и когда скульптор изображает обнажённую фигуру – он даёт в ней новые доказательства своей наблюдательности.

Тот же характер замечается и в орнаментальной скульптуре. Заимствованные из растительного царства мотивы выбираются и изображаются в совершенно новом духе. Отрекаясь от древних образцов, условной листвы римского и византийского стилей, художник обращается к соседним лесам и полям, к дубу, буку, остролисту, чертополоху, кочнам капусты и т. п., он располагает листву так, чтобы она охватывала все выступы и капители. Во всех своих произведениях скульптор XIII в. является натуралистом в лучшем смысле слова. В эту эпоху, как и в XII в., существуют различные школы, каждая со своими особенностями, но все они оживлены одним духом.

Готическое искусство предоставляло стенной живописи второстепенную роль. Не потому, чтобы оно презирало эффекты красок, - раскрашенные орнаменты покрывали стены и часто воспроизводили рисунки тканей, пестрота красок распространялась по резьбе и капителям, - но, за исключением замков, пробитые окнами и аркадами стены почти не имели свободных пространств, которые требовали бы обширных композиций и чаще всего живопись находила себе применение лишь на самых окнах. Во многих соборах сохранилась ещё часть их великолепных расписных окон. Сюжеты исполнены в них с тем же талантом, как и в скульптуре, сочетания красок полны гармонии и верного понимания их эффектов, - достоинства, уже исчезающие в XIV в. Особенно блестяще был применён этот способ украшения в Сен-Шапелль в Париже: в верхнем этаже часовни – стен как бы не существует, они заменены оконными стёклами расписанными в пёстрых тонах с таким искусством, что, по выражению старой христианской легенды, стены казались по строенными из света.

Украшения рукописей всегда были в славе: парижские миниатюристы и каллиграфы были хорошо известны даже за пределами Франции. Следуя по одному пути со скульпторами, они, оставив условности, вдохновлялись самою природой, среди созданных ими фигур многие являются очевидными портретами. Их рисунок ясен и в то же время гибок, стиль изящен и тонок. Каёмки из орнаментов, заглавные буквы, виньетки исполнены с очень тонким вкусом. Красивейшие произведения этого рода относятся ко времени Людовика Святого: таков, между прочим, королевский псалтырь.

Рассматриваемое во всём его целом готическое искусство достигло апогея в XIII в. В это время оно гармонически сочетало силу и изящество, простоту и техническую искусность. Уже в следующем столетии эти достоинства подверглись порче. Это произошло не потому, что ослабел интерес к искусствам, напротив – принцы, синьоры, буржуа требовали необыкновенной пышности, поощряли художников и добивались иметь их произведения, сам Карл V призывал их к своему двору, - но у мастеров XIV и XV вв. не оказывалось уже той верности вкуса, как в XIII в., а желание быть ещё более оригинальными – вовлекало их в опасные новшества.

В области архитектуры они хотели поражать взоры лёгкостью и богатством своих сооружений, но пренебрегали иногда законами пропорций и верностью соотношений между орнаментикой и самою конструкцией здания. (Готике конца XIII и XIV вв. часто дают название лучеиспускающей, а готике XV в. – пламенеющей, но в хронологическом применении этих терминов мнения расходятся. Пламенеющая готика, отличающаяся преувеличением и запутанностью орнаментики, кажется, происходит из Англии.) 

Французское (готическое) искусство производило ещё многое, достойное изучения и чарующее взоры, но оно утратило здоровую и простую свежесть, естественную грацию молодости и, чтобы вызвать удивление, обратилось к хитростям; а вследствие этого прекрасное часто становилось только красивым. В эту эпоху реже строили большие церкви, а чаще – капеллы; барская архитектура уделяла больше внимания изысканности и удобству: замки приобрели менее грубый вид, городские дома и дачи умножались, гражданское искусство завоёвывало всё большее место. Происходила новая эволюция и в живописи и в скульптуре, о которой речь впереди.

Мне казалось всего интереснее изучать готическое искусство на его родине – во Франции, но оно распространялось и во всех соседних странах. Особенные успехи оно делало в северных странах, которые долго оставались верными ему. В Германии новый стиль обнаружился в XIII в. в Трирском соборе (1227-1244), церкви св. Елизаветы в Марбурге (1235-1283) и полного блеска достиг в начатом в 1248 г. Кельнском соборе, где так явственно видно в устройстве клироса подражание Амьенскому собору. Из прирейнских областей он распространился во все другие части Германии и ещё севернее, в Скандинавию. В Англии в 1175 г. готический стиль был введён в Кентерберийском соборе французом Гильомом де-Сен. В XIII в. была воздвигнута Вестминстерская церковь в Лондоне, соборы в Салисбюри, Линкольне и др. Здесь появилось уже, однако, некоторое различие с архитектурою континента: английские церкви не всегда имеют три корабля и в их полукруглых абсидах часто устраиваются четырёхугольные клиросы. В XIV  в. в Англии, как и во Франции, искусство усложняется и появляется так называемый декоративный стиль (соборы в Эксетере и Йорке). Наконец, в XV и XVI вв. стиль Тюдор расточает орнаментику в такой степени, какой никогда не достигал во Франции даже стиль пламенеющей готики: интереснейшим образцом этого стиля является вестминстерская капелла Генриха VII-го (1502-1520).

В Испании и Португалии наиболее ранние следы готики встречаются в соборах Бургоса (начат в 1221 г.) и Толедо (начат в 1227 г.). Португальский король Иоанн I, при постройке монастыря в Батальхе (конец XIV в.), призвал иностранных архитекторов и в их числе француза – мастера Гюгэ. Новый стиль в Испании иногда смешивался с арабскими элементами. Что касается Италии, то она отнюдь не отвергала готики и было бы ошибочно утверждать, как это часто делали, что она встречается там в виде исключения. Но верная более ранним традициям, Италия, повинуясь чужим вкусам, как и северные народы, не воспринимала их, однако, во всей целости. Очень часто она заимствовала лишь декоративные элементы конструкции – высокие своды, подпорные арки и всюду под готикой проглядывал у неё прежний романский стиль. Церковь св. Франциска в Ассизи (1236-1259), Сиенский собор, собор в Орвието (начат в 1290 г.), и позже Миланский собор (начат в 1386 г.) считаются знаменитейшими памятниками итальянской готики. Наконец, готическое искусство проникло вместе с крестоносцами даже на Восток – в Сирию, на Кипр, Родос и др.

Среди этого всеобщего развития готики повсюду чувствовалось влияние Франции, к мастерам которой часто обращались другие страны. «Между 1259 и 1278 гг. декан Вимпфенской коллегии около Гейдельберга поручил архитектуру прибывшему из «Парижа во Французской земле» построить церковь на французский лад – opere francigeno. В 1287 году Этьен Боннейль прибыл из Парижа с десятью товарищами, чтобы построить в Упсале собор, и французские рабочие поддержали здесь свою славу. Император Карл IV, во время своего путешествия по Франции при Карле V, увёз с собою архитекторов, которым и принадлежат многие здания в Богемии. Собор в Праге был начат в 1343 г. французом Матье д’Аррас. В XII в. Анри Арлер из Булони составил план собора в Ульме. Испания пользовалась французскими архитекторами и скульпторами. План собора в Милане был составлен французами, и парижанин Никола Бонавентур руководил работами». (Ренан). Жан Миньо и Жан Рокелин де Сен-Тьерри начал на Кипре собор в Никозии (первая половина XIII в.). Сами иностранцы признавали тогда превосходство Франции и смотрели на Париж, как на центр цивилизации.

К. Байэ