Высоким слогом. Зацвёл розарий белый средь зимы…


 

Сервантес (1547-1616)

Ревность

Едва зима войдет в свои права,

Как вдруг, лишаясь сладкозвучной кроны,

Свой изумруд на траур обнаженный

Спешат сменить кусты и дерева.

 

Да, времени тугие жернова

Вращаются, тверды и непреклонны;

Но все же ствол, морозом обожженный,

В свой час опять укутает листва.

 

И прошлое вернется. И страница,

Прочитанная, снова повторится…

Таков закон всеобщий бытия.

 

И лишь любовь не воскресает снова!

Вовеки счастья не вернуть былого,

Когда ужалит ревности змея.

Пер. С. Гончаренко

 

Перси Биши Шелли (1792-1822)

К…

Опошлено слово одно

И стало рутиной.

Над искренностью давно

Смеются в гостиной.

Надежда и самообман -

Два сходных недуга.

Единственный мир без румян -

Участие друга.

 

Любви я в ответ не прошу,

Но тем беззаветней

По-прежнему произношу

Обет долголетний.

Так бабочку тянет в костер

И полночь - к рассвету,

И так заставляет простор

Кружиться планету.

Пер. Б. Пастернака

 

Камило Песанья (1867-1926)

Сонет

Зацвел розарий белый средь зимы,

В ладони ветра лепестки роняя.

Ты чем-то озабочена родная?

Чего с тобой недосказали мы?

 

Куда мы?.. Так тепла твоя рука…

Когда свой взгляд ты на меня бросаешь,

Он робок и печально вопрошающ…

А там, над нами, замки - облака.

 

Как он победоносен, снег венчальный,

Какой он мир соорудил хрустальный,

Как хрусток под ногой его настил.

 

И все же то не снег идет над нами,

А кто-то вокруг осыпал нас цветами

И волосы твои фатой покрыл.

Пер. М. Самаева

 

Кристофер Марло (1564-1593)

Влюблённый пастух – своей возлюбленной

(в сокращении)

О, стань возлюбленной моей,

Живи со мной среди полей!

Всем наслаждаться будем мы,

Чем славны долы и холмы.

 

Постель из роз тебе сложу,

Букетов тысячу свяжу,

Сплету передник из травы

С узором миртовой листвы;

 

Тончайшей шерсти на наряд

Тебе овечки подарят;

Дам башмачки тебе зимой,

К ним — по застежке золотой;

 

Еще тебе я приберег

С янтарной пряжкой поясок;

Коль мило то душе твоей,

То стань возлюбленной моей.

 

Тебе в погожие деньки

Споют и спляшут пастушки;

Коль есть отрада в жизни сей,

То стань возлюбленной моей.

Пер. В. Рогова

 

Антонио Феррейра (1528-1569)

Сонет

Как день является в очах авроры,

что, словно роза на снегу, нежна,

и тень ночная днем побеждена,

вновь небо сине, зелены просторы,

 

как, светлым ликом привлекая взоры,

в ночи всплывает бледная луна:

рогами звезд касается она

и усмиряет грозных туч раздоры,

 

так мне явилась светлая звезда

и в душу пролила мне новый свет,

и мир глаза по-новому познали…

 

О, будь со мною до скончанья лет,

и тучи, что мне небо закрывали,

отступят пред тобою навсегда!

Пер. И. Чежеговой

 

Нурдаль Григ (1902-1943)

Герд

Бомбы выли близко,

Тлел огонь, синея,

Шел я коридором,

Полным темноты.

Шел к тебе, к любимой,

В поисках тревожных,

Издали я слышал:

Тихо пела ты.

 

Песню напевала

Ты не из упрямства,

Но ее, подслушав

В тайной тишине,

В сокровенной глуби

Молодого сердца,

Ты ее запела

Словно в полусне.

 

Песнь неслась родная

И в тебе лучилась

Радостным и светлым

Мужеством своим.

Соки корневые

Так восходят к кронам

И несут им силу,

Поднимаясь к ним.

 

Ты крылом казалась

Чайки над волнами,

Вереском, растущим

На холме крутом,

Песней птиц весенней,

Зимней тишью леса…

Для меня была ты

Чистым родником.

Пер. А. Ахматовой

 

Роберт Бёрнс (1759-1796)

Поцелуй

Влажная печать признаний,

Обещанье тайных нег -

Поцелуй, подснежник ранний,

Свежий, чистый, точно снег.

 

Молчаливая уступка,

Страсти детская игра,

Дружба голубя с голубкой,

Счастья первая пора.

 

Радость в грустном расставанье

И вопрос: когда ж опять!..

Где слова, чтобы названье

Этим чувствам отыскать?

Пер. С. Маршака

 

Лопе де Вега (1562-1635)

***

За нежный поцелуй ты требуешь сонета.

Но шутка ль быть творцом четырнадцати строк

На две лишь четки рифм? Скажи сама, Лилета:

«А разве поцелуй безделка?» Дай мне срок!

 

Четыре есть стиха, осталось три куплета.

О Феб! о добрый Феб! не будь ко мне жесток,

Хотя немножечко парнасского мне света!

Еще строфа! Смелей! Уж берег недалек!

 

Но вот уж и устал! О мука, о досада!

Здесь, Лила — поцелуй! тут рифма и — надсада!

Как быть? Но бог помог! еще готов терцет!

 

Еще б один — и все! пишу! хоть до упада!

Вот!.. Вот! почти совсем!.. О радость, о награда!

Мой, Лила, поцелуй, и вот тебе сонет!

Пер. В. Жуковского

 

Эдмунд Спенсер (1552-1599)

***

Как пламень - я, любимая - как лёд;

Так что ж я хлад её не растоплю

И он в жару моём не изойдёт,

Но крепнет лишь, чем больше я молю?

И почему я жар не утолю

На том морозе, что в душе у ней,

А всё в поту клокочущем киплю

Средь ширящихся яростно огней?

О, всех явлений на земле странней,

Что огнь твердыню льда лишь укрепил,

А лёд, морозом скованный, сильней,

Чудесно раздувает жгучий пыл.

Да, страсть в высоких душах такова,

Что рушит все законы естества.

Пер. В. Рогова

 

Шарль Бодлер (1821-1867)

Тревожное небо

Твой взор загадочный как будто увлажнен.

Кто скажет, синий ли, зеленый, серый он?

Он то мечтателен, то нежен, то жесток,

То пуст, как небеса, рассеян иль глубок.

 

Ты словно колдовство тех долгих белых дней,

Когда в дремотной мгле душа грустит сильней,

И нервы взвинчены, и набегает вдруг,

Будя заснувший ум, таинственный недуг.

 

Порой прекрасна ты, как кругозор земной

Под солнцем осени, смягченным пеленой.

Как дали под дождем, когда их глубина

Лучом встревоженных небес озарена!

 

О, в этом климате, пленяющем навек, -

В опасной женщине, - приму ль я первый снег,

И наслаждения острей стекла и льда

Найду ли в зимние, в ночные холода?

Пер. В. Левика

Лоренцо Медичи (1448-1492)

Триумф Вакха и Ариадны

(в сокращении)

Юность, юность, ты чудесна,

Хоть проходишь быстро путь.

Счастья хочешь – счастлив будь

Нынче, завтра – неизвестно.

 

Вакх с прекрасной Ариадной

Сходят радостно вдвоем.

Так как время мчится жадно,

Мы лишь этот миг поем.

Нимфам с фавнами отрадно

Совершать за Вакхом путь.

Счастья хочешь – счастлив будь

Нынче, завтра – неизвестно.

 

Сонмы вольных козлоногих

Мчат веселых сатиресс

К мураве холмов отлогих,

В глубь пещер и в темный лес.

Что им до укоров строгих,

Горы, дебри – всюду путь.

Счастья хочешь – счастлив будь

Нынче, завтра – неизвестно.

 

Этим нимфам так же сладко,

Что так пылко ищут их,

Что любовь их ждет украдкой

Под листвой дубов густых.

Уловляй миг жизни краткой –

Всем на праздник верный путь.

Счастья хочешь – счастлив будь

Нынче, завтра – неизвестно.

 

Все мы здесь в желаньи ласки

Славим Вакха и Любовь,

Славим песни, славим пляски!

Пусть бежит по жилам кровь,

Пусть живем мы в вечной сказке,

В этом нашей жизни суть.

Счастья хочешь – счастлив будь

Нынче, завтра – неизвестно.

Юность, юность, ты чудесна,

Хоть проходишь быстро путь!

Пер. В. Брюсова

 

Ивик (VI век до н.э.)

***

Эрос влажно мерцающим взглядом очей

Своих черных глядит из-под век на меня

И чарами разными в сети Киприды

Крепкие вновь меня ввергает.

Дрожу и боюсь я прихода его.

Так на бегах отличавшийся конь неохотно под старость

С колесницами быстрыми на состязанье идет.

 

Син Хым (1586-1628)

***

В селенье горном снег на землю пал,

И замело в горах крутые тропы.

 

Пусть будет заперта сегодня дверь

Плетеная, - кто может быть за нею?

 

В ночной тиши лишь светлый серп луны,

Единый друг гостит в моем жилище.

Пер. А. Ахматовой

 

Гэбриэл Окара

Ты смеялась, и смеялась, и смеялась…

(в сокращении)

Ты сравнила мою песню

со сломавшимся автомобилем,

дескать, много треску, мало толку —

и смеялась, и смеялась, и смеялась.

 

Ты звериными повадками

назвала мои привычки,

дескать, человеку не понять их,

и смеялась, и смеялась, и смеялась.

 

Ты над песней смеялась,

над привычками смеялась.

 

Колдовской тогда сплясал я танец

под напевный рокот барабанов,

ты ж глаза свои закрыла,

и смеялась, и смеялась, и смеялась.

 

Свою душу распахнул я,

а душа моя как небо,

ты ж уселась в свой автомобиль,

и смеялась, и смеялась, и смеялась.

 

Ты над танцем смеялась

и над сердцем смеялась.

 

Ты смеялась, и смеялась, и смеялась,

только смех твой леденящий

льдом сковал твою же душу,

и глаза твои, и слух,

и твой голос, и язык.

Что ж, теперь пора смеяться мне,

только смех мой не способен леденить,

льдов я отроду не видел

и с машиной песню не сравню.

 

Смех мой — пламень

огненного ока полдня,

пламень неба и земли,

пламень воздуха и моря,

пламень рек, зверей, деревьев;

и от смеха моего —

пламенного — начал таять

лед твоей души и слов,

взоров лед и сердца лед.

Пер. А. Сергеева

 

Джон К. Макдугал (1867-1957)

Наш тост

Дай чарку мне из милых рук

С вином, как розы, красным,

Мой милый друг, бесценный друг,

Нежнейший и прекрасный.

 

Наполни чарку до краёв,

Рукою щедрой меря,

Пускай вино согреет кровь,

Откроет счастью двери.

 

Пока не гонит нас рассвет,

Подай скорее чашу.

Пью за тебя, которой нет

На белом свете краше!

 

Налей полней себе и мне,

Забудем про печали;

И что нам плакать о весне

Раз мы цветы сорвали!

 

Дай руку мне. В одну любовь

Пусть две соединятся,

Любовь, которой ни врагов,

Ни бури не бояться.

 

Удачи мне, любви тебе!

И никогда, ни разу

Ни уступать врагам в борьбе!

За Здравый Смысл и Разум!

Пер. Э. Гольдернесса