Дмитрий Пчела. Интервью


РГ«МиЛ»: Какие новые грани актёрской профессии Вы открыли для себя за последний период времени?

Дмитрий Пчела: Актёрская профессия, как мне кажется, это в первую очередь познание себя и работа над собой. Грани актёрской профессии – это грани твоей личности. Растёшь, как личность – растёшь, как артист. Поэтому заниматься надо только собой. Своим содержанием и формой. Двигаться к свободе. Избавляться от страхов. «Выдавливать из себя по капле раба», - как писал А.П.Чехов. Надо больше читать, получать новые впечатления, путешествовать, пытаться осмыслить своё существование, принимать непосредственное участие в жизни, «не отсиживаться». Способность к состраданию и сочувствию – очень хороший двигатель в профессии. Для того, чтобы рассказать историю, которая будет волновать сердца, а каждая роль – это история, нельзя быть к ней равнодушным. Надо заболеть ролью, темой, историей. Всё остальное – дело техники.

РГ«МиЛ»: Ранее Вы отмечали, что роль Антона Карагода в сериале «Верни мою любовь» наиболее полюбилась Вашим поклонникам. На сегодняшний день в Вашей фильмографии появилась роль, «затмившая» её?

Дмитрий Пчела: Пока нет. Есть несколько, на мой взгляд, новых удачных работ, в которых мне посчастливилось попробовать что-то новое для себя. Но в целом, такой мощной роли, как в сериале «Верни мою любовь», мне пока не предлагали. Вообще, в этом сериале многое сошлось: сценарий, режиссёр, оператор, актёры, команда – такое, к сожалению, в нашем кино случается не часто. Это, по моему мнению, и сделало проект успешным.

РГ«МиЛ»: В чём заключается прелесть отрицательных образов? Чем Вы руководствуетесь при воплощении образа отрицательного героя?

Дмитрий Пчела: Отрицательные герои, как правило, настоящие, живые. Роли интереснее прописаны в сценарии. Для меня самым важным в процессе воплощения таких ролей остаётся оправдание своего персонажа. Зритель должен увидеть в нём человека и почувствовать его боль, понять, как он дошёл до такой жизни. Сделать для себя какие-то выводы. Ведь в жизни очень сложно понять, кто хороший, кто плохой. У каждого своя правда. И чем отрицательней поступки персонажа, тем сложнее и интереснее его оправдывать. Если я не могу этого сделать или по каким-то причинам мне этого героя не жалко, то за такие роли я не берусь.

РГ«МиЛ»: Как Вы считаете, можно ли объективно оценить творческую жизни человека отдельно от его личной жизни? Или личная жизни непременно откладывает отпечаток на творчестве?

Дмитрий Пчела: Личная жизнь, конечно же, откладывает отпечаток на творчестве. Мы, в основном, и черпаем наши переживания из своей собственной жизни. А зритель оценивает уже конечный результат, и ему не обязательно знать – «из какого сора растут стихи». Личная жизнь должна оставаться личной. Актёр должен оставаться тайной, загадкой для зрителя.

РГ«МиЛ»: Современной TV перенасыщено популярными ток-шоу, темами которых становится не только творческая, но и сугубо личная жизнь не просто медийных, а выдающихся деятелей культуры и искусства.  

С точки зрения этики, для Вас приемлемы подобного рода дискуссии?  

Дмитрий Пчела: Нет. Очень часто я испытываю чувство стыда за героев подобных ток-шоу. Легенды должны оставаться легендами.

РГ«МиЛ»: Приходилось ли Вам изучать азы тех или иных профессий для более точного раскрытия образа?

Дмитрий Пчела: Конечно. Если профессия требует определённого навыка, для нас приглашают консультантов. Много информации можно почерпнуть из книг и интернета. Сыграв несколько ролей врачей, я уже знаю, в общих чертах, как проводятся операции.

РГ«МиЛ»: Что Вам ближе – заранее продуманные действия или импровизация в кадре?

Дмитрий Пчела: Хорошая импровизация – это высший пилотаж в нашей профессии. Она может возникнуть только при условии заранее продуманных действий в кадре и многократных репетиций. Кино – наука сложная. Кадр долго выставляется, у него есть определённые границы. И ты должен в пределах этих границ существовать. Мы всегда договариваемся «на берегу», и репетируем, что и как мы будем делать. Импровизации в нашей работе не очень приветствуются, хотя всё зависит от режиссёра, конечно же. Когда у меня в кадре возникает порыв сделать что-то новое, я стараюсь себя не сдерживать.

РГ«МиЛ»: У Вас был опыт работы с зарубежными коллегами? Какие бы Вы отметили различия между Школой российского (советского) кинематографа и Школами других государств?

Дмитрий Пчела: Да, был. Они, наверное, свободнее нас, раскрепощённее. Что касается профессии, то все известные актёрские школы в Америке и Европе используют в процессе обучения систему К.С.Станиславского.

РГ«МиЛ»: Какой тип актёра наиболее востребован в российской киноиндустрии на сегодняшний день?

Дмитрий Пчела: Не знаю. Всё очень индивидуально. Настоящие художники всегда в поисках героев своего времени. Но, в основном, сильные неординарные личности привлекают внимание режиссёров и продюсеров.

РГ«МиЛ»: Вы придерживаетесь каких-либо обычаев, связанных с первым и последним днём киносъёмок?

Дмитрий Пчела: Нет.

РГ«МиЛ»: Какой из Ваших киногероев в большей степени передаёт сущность и характер Вас самого в реальной жизни?

Дмитрий Пчела: Никакой. Я в реальной жизни, как мне кажется, ничего экстраординарного из себя не представляю. Спокойный, уравновешенный человек, склонный к самоанализу и рефлексии.

РГ«МиЛ»: Как известно, чтобы выразить эмоцию актёр – помимо прочего – должен привести в действие определённые мимические мышцы. Пожалуйста, расскажите, какие мышцы и в какой последовательности надо задействовать, чтобы поднять себе настроение?

Дмитрий Пчела: Надо чаще улыбаться. Просто так.

Редакция газеты "Мир и Личность"

в лице главного редактора Елены Чапленко

благодарит Дмитрия Пчела

за интересный рассказ

Фотография - из личного архива Дмитрия Пчела