Шиншилла из Лиллехаммера


Близилось к вечеру, и на улицах Осло стали зажигаться многочисленные фонари, всевозможные подсветки витрин и автомобильные фары. Ларс, как обычно, не успел сделать уроки до наступления темноты, и теперь ему пришлось включить настольную лампу. Причудливые тени тут же упали на его тетрадь, а Ларс, в свою очередь, принялся раскрашивать их цветными карандашами. Спустя минут двадцать, когда мальчику надоело рисовать, он осторожно заглянул в заданные упражнения по норвежскому языку; и с ужасом обнаружил, что вряд ли без чьей-либо помощи ему удастся осилить хотя бы одно из них. Неожиданно с улицы раздался звонкий голос Стиана – одноклассника Ларса:

- Ларс! Скорее! Посмотри, что творится на бульваре!

В эти минуты на бульваре, у самого фонтана, протянули длинную пёструю ленту, на которой через каждые полметра было написано слово «Кино». На тропинке, за ограждением, стояло несколько фото – и кинокамер, возле них суетились какие-то люди. Множество включённых софитов направили свой яркий свет на, так называемую, съёмочную площадку, состоявшую из фонтана и украшенных цветами и листьями качелей. Неподалёку собралась некая толпа, с интересом наблюдавшая за происходящим; сквозь неё и протиснулись только что подоспевшие Ларс и Стиан. И тут вдруг луч одного из софитов высветил конусообразную резную беседку, в которой спиной к публике сидела разобиженная актриса. Ею оказалась симпатичная кошечка с длинными огненно-рыжими волосами и пушистым серебристым хвостом. На кошечке был надет джинсовый брючный костюм и лакированные туфельки на высокой шпильке. Следует отметить, что весь туалет актрисы был из коллекций нынешнего сезона ведущих Домов Моды.

- Если Вы ещё хоть раз, - произнесла она всхлипывая, - станете снимать меня с левого ракурса, я никогда, слышите, больше никогда не буду играть в фильмах Вашей кампании.

После длительных уговоров и извинений со стороны администрации съёмочного процесса, кошечка встала и подошла к качелям.

По замыслу режиссёра, в кадре должны находиться только кошечка и ещё один актёр, который, согласно сценарию, признаётся ей в вечной любви. В итоге, весь дубль заключался в том, что во время продолжительного пылкого монолога галантного кавалера актриса закатывала голубые глазки, точила коготки и всячески удивлялась и изумлялась; и лишь в самом конце дубля на вопрос: «Согласна ли ты?..» коротко и кокетливо ответила: «Нет». На этом съёмки закончились и талантливую кошечку со всех сторон окружили фотографы, журналисты, ведущие развлекательных передач и страстные поклонники.

Ларс и Стиан, наверное, были единственными, кто не ринулся к актрисе с надеждой получить автограф. Это объяснялось огромным скоплением народа, через которое им не хотелось пробираться снова; а, отчасти, и тем, что мальчикам вовсе не понравилось выступление рыжей спесивой кошки. Ребята медленно побрели домой, они оба вспомнили о невыученных уроках и стали неохотно обсуждать завтрашнюю контрольную по математике.

- А вам, значит, мой автограф на память не нужен? – раздалось из зарослей можжевельника. Эта фраза принадлежала кошечке и была произнесена с удивлением, кокетством, обидой и укоризной. Актриса нарочно забралась в можжевельник, чтобы застать врасплох невоспитанных, с её точки зрения, мальчишек.

- Ларс, Ларс, гляди, это же та самая кошка, которая снималась только что на бульваре, - прошептал Стиан с восторгом, вызванным необычной ситуацией – киноактриса заговорила с ребятами первой. Но не успел Ларс взглянуть на кошечку, как она схватила его за руку и со словами: «Спрячьте меня скорее в яблоневом саду», - припустилась бежать. Стиан с негодованием посмотрел вслед стремительно удаляющейся парочке, потом в противоположную сторону и, пожав плечами, отправился домой.

Через какое-то время до яблоневого сада добрались уставшие от быстрого бега актриса и Ларс. Кошечка заглянула в озеро как в зеркало и поправила свои рыжие локоны, уложенные в оригинальную причёску.

 

Затем она обернулась на мальчика:

- Надеюсь, я Вас не утомила? Здесь не более семисот метров.

Ларс, с трудом переводя дыхание, заметил:

- Главное не длина пути, в с какой скоростью его преодолевать.

Восприняв этот ответ как «щелчок по носу», актриса недовольно фыркнула, а спустя пару минут решила отомстить негодному мальчишке.

- Скажите, пожалуйста, - она посмотрела на Ларса наивным взором, - Вы, наверное, должны очень хорошо знать математику?

Кошка был прекрасно осведомлена, так как слышала разговор ребят у можжевельника, что они в течение целого дня не могли вычислить кто быстрее: лыжники, биатлонисты или конькобежцы.

Неожиданно со стороны орешника донёсся треск сухих веток и послышались чьи-то шаги. На изящных кошачьих лапках тут же показались острые, аккуратно отточенные коготки.

- Папарацци! – воинственно произнесла актриса и сощурила миндалевидные зелёные глаза.

Если бы Ларс не знал, что папарацци – всего лишь журналисты, берущие интервью у популярных деятелей науки, культуры и спорта, то он бы подумал, что это – некое племя, издревле не ладящее с кошачьим миром, - настолько зловеще прозвучало обыкновенное слово.

Однако из орешника вылез не кто иной, как Стиан; дорога к его дому лежала через яблоневый сад, поэтому их встреча с Ларсом и актрисой оказалась не случайной.

Увидев Стиана, кошечка моментально сменила воинствующий вид на кокетливый.

- Мальчики, - обратилась она к ним, предварительно вскарабкавшись на гибкий ствол яблони. – А как вас зовут?

Пока Ларс думал, представиться ли актрисе официально, с фамилией, или просто назвать своё имя, Стиан уже начал отвечать:

- Я – Стиан, а это, - тут он толкнул приятеля локтем, - Ларс, мой одноклассник. А Ваше имя?

Реакция кошки на совершенно безобидный вопрос мальчика была крайне неожиданной. Она достала кружевной платочек и смахнула им пару слезинок.

- Почему Вы плачете? – очень удивился Стиан.

- Грэтта Охтэдаль. Как Вы могли не узнать? – сквозь слёзы прошептала актриса.

- Простите, пожалуйста, - мисс Охтэдаль, - пожал плечами мальчик и уже совсем ничего не понял, когда кошка вскрикнула:

- Ах! Мне дурно!

После чего улеглась на яблоневые ветви и, словно веером, принялась обмахиваться своим пушистым хвостом.

- Нет, нет, ничего, - поспешила, однако, успокоить мальчиков актриса. – Я репетирую. Вхожу в образ обманутой графом графини.

И ещё несколько раз подряд она, мяукая и фыркая, продемонстрировала им ту же сцену.

Совсем стемнело; и деревья, шелестя своими пышными кронами, стали отбрасывать причудливые, даже немного наводящие страх тени.

- Который час? – вдруг, словно обыкновенная полосатая, воскликнула кошка.

Ларс взглянул на часы; было уже без четверти девять.

- О, ужас! – снова приобретя привычный для себя кокетливый вид, промурлыкала актриса. я уже давным-давно должна быть в студии звукозаписи. У меня выходит новый альбом…

И она, будто бы всё это её очень сильно обременяет, закатила глазки.

- А далеко находится Ваша студия? – полюбопытствовал Стиан.

- В Лиллехаммере, - быстро ответила актриса. – Неподалёку от моей кирпичной виллы, - добавила она и принялась перевязывать шейный батистовый платок.

Спустя двадцать минут Ларс, Стиан и знаменитая кошечка уже стояли на перроне в ожидании вечернего поезда «Осло – Лиллехаммер». 

Елена Чапленко

Фото - Галины Бусаровой