Олег Габышев. Интервью с солистом Театра балета Бориса Эйфмана


Елена Чапленко: Расскажите, пожалуйста, каким был Ваш путь на сцену Театра балета Бориса Эйфмана. Какие отличительные черты хореографии этого театра Вы бы отметили?

Олег Габышев: Каждый театр имеет свою ауру и атмосферу, свои правила и законы и поэтому нужно пройти период адаптации, чтобы полноценно влиться в коллектив, в репертуар и стилистику театра. Мой адаптационный период к хореографической лексике Б.Я.Эйфмана длился около года, хотя до сих пор посещают мысли, что он ещё так и не освоен. Не обладая мастерством исполнения современных танцев, я отталкивался от опытного поколения солистов и артистов, впитывая их манеру и пластику. Это был один из самых сложных, но и самых интересных периодов. Специфику движений театра балета Эйфмана можно выразить в тезисах: «движение – смысл», движение – слово». Прикладывая колоссальные усилия для поиска нужных слов, составляя балетную пьесу, артист превращается в актёра, где на него воздействуют образы и характеры его героев, здесь очень важны детали и тонкие акценты, обогащающие роль!

Елена Чапленко: Что для Вас является первичным – хореографический текст или внутреннее принятие образа персонажа?

Олег Габышев: На мой взгляд, именно в этом поиске – внутреннее принятие образа персонажа влияет на создаваемую хореографию, тем самым делаясь первичным!

Елена Чапленко: Какие компоненты танца вызывают у Вас наибольшие сложности в физическом плане, и как Вы с этим справляетесь? 

Олег Габышев: В физическом плане, благодаря интенсивным репетициям, плюс увлечениям и хобби, которые улучшают мою выносливость и сконцентрированность – это такие виды спорта, как плавание, бег, йога – особых сложностей уже в танце не вызывает. Но вспоминая начальный этап работы, – то были каверзности в дуэтном плане, так как хореография Эйфмана насыщена множеством необычных, высоких, порой акробатических поддержек, –  сталкивался с проблемами и со спиной, и с шей, и физической выдержкой этих каскадов адажио.

Елена Чапленко: Какие партии явились ключевыми в Вашем становлении, как артиста? Чем запомнилась каждая из них?

Олег Габышев: Одной из ключевых партий в моём становлении как артиста стала роль великого французского скульптора Огюста Родена из одноимённого балета. Это прежде всего очень ответственный подход к исторической личности, требующий внутреннего исследования творческой натуру, попытка найти ключи к его миру, к тем эмоциям, которые вдохновили его на создание своих шедевров. В работе скульптора и артиста балета нашлось много параллелей и главная из которых – это оттачивание своего ремесла, своей страсти, отсекание лишнего, отшлифовывание каждого перехода и движения!

Елена Чапленко: Можно ли говорить, что Вы испробовали в балете всё? Если нет, то какой профессиональный опыт Вы бы ещё хотели приобрести?

Олег Габышев: В балете, как и в театре, думаю, невозможно попробовать всё! Каждый режиссёр и хореограф знакомит с новыми оттенками и полутонами, пропуская через себя краски жизни мазками своего опыта! Поэтому чем больше у тебя есть возможность сотрудничать с новыми художниками, тем больше ты раскрываешь себя как артиста.

Елена Чапленко: Меняется ли Ваше отношение к образам Ваших героев со временем, и как Вы это передаёте посредством танца?

Олег Габышев: Обретая с каждым годом жизненный и танцевальный опыт, естественно, переносишь это на сцену, дополняя образ каждого героя новыми нюансами. Это постоянное стремление к ускользающему совершенству сильно мотивирует для ежедневного поиска и осмысления! Прелесть живого театра в этом и заключается, что каждое представление уникально, неповторимо. Как говорится, «нельзя дважды войти в одну и ту же реку», так и не увидишь дважды одинаковых спектаклей!

Елена Чапленко: Вы связываете своё будущее с деятельностью хореографа-постановщика? В каком стиле Вы бы работали?

Олег Габышев: Мне действительно интересна профессия хореографа-постановщика, которая уже помогла в моей исполнительской деятельности, так как переходя на другую сторону танца, начинаешь иначе воспринимать картину балета в целом! Наблюдая глазами балетмейстера, особо остро бросаются неправильные движения, неловкие переходы, по-другому даже слышится музыка! Этот взгляд со стороны очень помогает для работы над любой партией и в то же время развивает гармоничное восприятие движения и хореографический вкус. Естественно, мои первые балетные постановки во многом отталкиваются от традиций нашего театра, но в дальнейшем, накапливая и преумножая опыт постановки, исследуя эту безграничную энциклопедию пластики тел, взаимодействие музыки, чувств и движений, прийти к своему собственному стилю!

Елена Чапленко: Как Вы считаете, в балете следует придерживаться избранного амплуа или, наоборот, не должно существовать границ для воплощения творческих фантазий?

Олег Габышев: На мой взгляд, каждому артисту, если он хочет выйти но новый уровень исполнения, не следует ограничиваться избранным амплуа или одним стилем игры! Он должен находиться в постоянном поиске. И не только в познании и ощущениях своего тела, но и в мыслительных и интеллектуальных процессах. Он должен быть открыт для всего нового, даже для того, что на первый взгляд может особо и не способствовать развитию в профессии – будь то рисование, игра на фортепиано или гитаре. Как говорят, «сцена обнажает», и если артист многогранен, то и роли, и спектакли будут блестеть и сиять от этих граней!

Редакция газеты "Мир и Личность"

в лице главного редактора Елены Чапленко

благодарит Олега Габышева

за интересный рассказ

Фотографии - из личного архива Олега Габышева