Иван Сапунов. Интервью с солистом "Санкт-Петербург опера"


Елена Чапленко: Для Вас существуют оперные певцы, чьё исполнение Вы бы назвали эталонным? Какие качества Вы бы хотели у них позаимствовать?

Иван Сапунов: Эталонным певцом сложно назвать кого-либо, так как все мы люди, и имеем свои сильные и слабые стороны, и, конечно же, в сложном жанре оперы достичь совершенства невозможно. Хотя стремиться к этому – великое удовольствие. Вообще в искусстве всё субъективно: «2+2» здесь очень часто всё что угодно, но не «4». Поэтому могу сказать лишь то, что на мой художественный вкус мне близко, то, что меня убеждает. Убеждает меня, когда артист дошёл в своём техническом оснащении до такого уровня, что может писать для нас, слушателей, как красками на холсте – от глубоко чёрного до режущего глаза белого, – вынимая из своего сердца всю гамму чувств, отдавая себя полностью в момент творчества на сцене, и заставляя нас сопереживать герою, им представленному. Такими певцами-ориентирами для меня являются тенор Константин Плужников, баритоны Юрий Мазурок, Маттиа Баттистини, Дмитрий Хворостовский, Виктор Черноморцев, и бас Фёдор Шаляпин.

Елена Чапленко: Какие основные различия между русской и итальянской оперными сценами Вы бы отметили? Где, по Вашему мнению, публика более взыскательная?

Иван Сапунов: На мой взгляд, на русской сцене больше ценят правду драматизма, так как русский народ издревле ценит справедливость и горькую правду, нежели сладкую ложь. Поэтому приходя в театр, русский зритель, прежде всего, хочет прочувствовать нутро героя, и даже если артист «киксанет» вокально, стараясь донести всю глубину переживаний героя, то ему простят и, возможно даже поощрят за это, так как, в некотором роде, это показатель самоотверженности артиста на сцене. На западе, тем более в Италии, родине Belcanto, прежде всего от тебя ожидают идеальной вокальной техники, и, если человек в угоду технике не несет образа героя, его за это не укорят. Так называемый душевный «кикс» в момент творчества они пропустят мимо и даже не вспомнят об этом, если артист – вокально и музыкально – удовлетворит их полностью.

Елена Чапленко: В какой партии наилучшим образом раскрываются Ваши вокальные данные? Какую партию Вы считаете главным успехом своего творчества?

Иван Сапунов: На мой взгляд, две мои лучшие партии на данный момент – это Фигаро Россини, и Онегин Чайковского. Эти партии абсолютно подходят мне в тембровом и эмоциональном плане. В Фигаро я очень люблю карнавал виртуозности, имею ввиду то, что, если каждый участник спектакля – солисты, хор, режиссёр, дирижер, оркестр –  чувствуют свою ответственность и действуют как один организм, беря на себя, либо отдавая в нужный момент пальму первенства, то, в итоге, мы получаем очень лёгкий, жизнеутверждающий, полный яркими, как бразильский карнавал, красками спектакль. Спектакль «Евгений Онегин» я очень люблю, прежде всего за гениальную музыку Чайковского и за тот русский код, который был тонко подмечен ещё Пушкиным. В этом спектакле мы видим русское общество того времени, видим какие разные, но все же русские характеры существуют, и как работает шаблон их поведения под давлением определенных жизненных обстоятельств. Если брать конкретно главных героев, то Онегин мне очень нравится в контексте взаимодействия с Татьяной. Их встреча судьбоносна, под воздействием друг друга они ощущают вкус жизни, принимают самые важные решения в своей судьбе. В обработке этого образа, как алмаза, я нахожу для себя наслаждение.

Елена Чапленко: В чём заключаются особенности работы с симфоническим оркестром? На что, в первую очередь, Вы стараетесь обратить внимание?

Иван Сапунов: Для меня особенность работы с оркестром заключается в том, чтобы оставаться собой вокально и эмоционально, несмотря на то, что одновременно с этим нужно быть очень понятным, как бы «стандартным» для дирижера, согласно партитуре.

Достигается это за счет того, что на репетициях нужно донести свою точку зрения до дирижера и режиссера, и, выслушав их мнение, найти консенсус, который, по возможности, удовлетворил бы все стороны. Конечно же, этого не достичь без взаимного уважения и доверия.

Елена Чапленко: В драматическом искусстве существует мнение, что воплотить комедийный образ на сцене значительно сложнее. Вы согласны с этим утверждением в отношении оперного искусства?

Иван Сапунов: Да, это расхожее мнение, не только в драматической среде. Я думаю, здесь многое зависит от органики артиста. Каждый человек имеет физические и душевные предрасположенности с самого рождения, заложенные в его ДНК. На мой взгляд, если человек находит себя, развивает свои сильные стороны, будь то комедийный образ, либо романтический, то, по затратам душевных сил, это будет соизмеримо. По-настоящему тяжело артисту, когда, в силу своего желания, либо под давлением руководства артисту нужно залезть в «штаны не своего размера». В случае успеха, этот человек приобретает славу многогранного артиста. Эти случаи в мире искусства очень редки, и, как правило, это удается только гениям.

Елена Чапленко: Имея определённый конкурсный опыт, как Вы считаете, какой манерой подачи материала можно привлечь внимание профессионального жюри?

Иван Сапунов: Любой конкурс – это «кот в мешке». В жюри всегда сидят люди со своими художественными предпочтениями и, нередко, тайными желаниями по продвижению определенного артиста. Мы имеем дело с человеческим фактором. Сегодня члену жюри, прежде всего, такому же человеку, как и ты, в артисте нравится одно, проходят года, а может всего лишь месяцы, и уже нравится другое. Поэтому, по возможности, нужно относиться к конкурсу как к концерту, постараться донести свои мысли, свои намерения, ведь жюри – это такие слушатели и ценители, как те, что и окружающие их люди.

Елена Чапленко: Какая профессиональная задача стоит перед Вами на сегодняшний день? Какие действия Вы предпринимаете для её успешного разрешения?

Иван Сапунов: Моя профессиональная задача – это развиваться во всех аспектах театрального искусства и наслаждаться процессом. Я люблю то, чем занимаюсь, поэтому каждая репетиция для меня, тем более выступление на публике, – повод насладиться процессом и вынести что-то новое для себя, как профессионала.

Елена Чапленко: Как Вы относитесь к модному стилю «классический кроссовер»? Могли бы Вы назвать исполнителей этого стиля, которые Вам импонируют?

Иван Сапунов: Этот жанр мне импонирует. Около десяти лет назад я постоянно слушал Андреа Бочелли, исполнял его песни, хоть и в транспорте, на концертах и конкурсах. В некотором роде, можно сказать, что через кроссовер я пришел к более серьезному и сложному жанру оперы.

Елена Чапленко: Строго следуя канонам исполнения классических опер, каким образом певец может продемонстрировать свою индивидуальность?

Иван Сапунов: Вы знаете, занимаясь искусством изо дня в день, начинаешь улавливать тонкие материи, намеки, намерения в музыке. Ты примеряешь себя к тому или иному великому произведению. Ищешь пути, стараясь не перейти красных линий и не впасть в безвкусицу. Стараешься донести людям свое отношение, свои чувства. Это выражается в некоторой оттяжке, с последующим ускорением, чтобы не нарушить форму, выражается в форте, в пиано, даже в хрипе, который допускаешь временами, чтобы передать суть. Средств выражения бесчисленное множество. Настоящее искусство – это живой организм, состоящий из всех соучастников, которые работают над спектаклем. Этот организм эволюционирует, деградирует, метается, и всегда ищет. Это жизнь. Как сказал Шекспир, весь мир – театр, а люди в нём – актеры.

Редакция газеты "Мир и Личность"

в лице главного редактора Елены Чапленко

благодарит Ивана Сапунова

за интересный рассказ

Фото - и видеоматериалы - из личного архива Ивана Сапунова