Юморист Джером – шофёр санитарной машины


         Мы знаем, как быстро стареет смех. Нередко то, что пробуждало веселье столетие тому назад, не вызовет сегодня даже тени улыбки. А ведь не найдётся читателя, который бы остался равнодушным при чтении юмористических произведений Джерома. К некоторым его книгам возвращаешься вновь и вновь, как к старому доброму другу, который чудом сохранил, вопреки времени, молодость и жизнерадостность.

Джером Клапка Джером родился в Уолсэле (графство Стеффордшир) 2 мая 1859 года в семье архитектора, предпринимателя и коммерсанта. Отец Джерома, владелец угольных шахт, разорился и решил заняться торговлей скобяным товаром, для чего переехал в Лондон. Однако это не принесло ему успеха. Семья не могла выбиться из долгов и жила более чем скромно. Вместе с бедностью пришло несчастье: умер старший брат Джерома Мильтон. Отец и мать искали утешения в Библии, внушая детям покорность воле божией.

Одним из значительных детских впечатлений мальчика была его случайная встреча в Виктория-парке с Чарльзом Диккенсом. Беседа с великим писателем оставила неизгладимый след в сознании Джерома и, вероятно, сыграла впоследствии известную роль в решении посвятить себя литературе. Об этой встрече Джером упоминает в книге «Моя жизнь и время» и подробно рассказывает в автобиографическом романе «Поль Келвер».

Окончить школу мальчику не удалось: в 1871 году умер его отец – перед семьёй «встал грозный облик нищеты». Через два года он получил место клерка в управлении лондонской железной дороги с жалованьем немногим более двух фунтов стерлингов в месяц (благодаря рекомендации друга отца). Юный Джером экономил даже на еде и подрабатывал несколько шиллингов в неделю. В это время умирает и его мать…

Утомительная и скучная работа клерка, конечно, не могла дать никакого удовлетворения Джерому. Он пробует свои силы в области педагогики, театра и журналистики. Жизнь сталкивает его с актёрами. Три года продолжается артистическая деятельность будущего писателя: сначала в любительских, затем в полупрофессиональных труппа; ему приходится в один вечер играть по несколько ролей (в том числе женских), помогать ставить и убирать декорации, и почти всегда жить впроголодь. Немногим улучшилось положение Джерома и после того, как он обосновался в Лондоне и вступил в одну из бродячих групп, выступавших где попало. Репертуар этой группы состоял из трагедий, фарсов, мелодрам. Джером выступал во всех возможных амплуа. По его словам, в «Гамлете» он исполнял все роли, за исключением Офелии, а в инсценировке романа Ч. Диккенса «Жизнь и приключения Мартина Чезлвита» он в один вечер играл заглавную роль и роль сиделки Сарры. Однако заработки продолжали оставаться нищенскими. Джером не имел даже крова над головой; дни он проводил в театре, а спал в ночлежных домах, если в кармане находилось хотя бы полпенса; когда же денег не было, он искал убежища в парке или под мостом, избегая встреч с полицией.

Знакомство с театром и бытом актёров дало Джерому впоследствии обильный материал для книг. Писатель не только узнал жизнь актёра, но увидел и подлинных мастеров сцены – Ирвинга, Фелпса и других, узнал законы театра, и это сослужило ему добрую службу, когда он обратился к драматургии.

Джером мечтал стать литератором. Он посещал публичные митинги в Гайд-парке, составлял заметки и хронику в дешёвые газетки, получая пенни за строчку. На некоторое время молодой человек становится помощником школьного учителя, затем работает секретарём у адвоката. Всё своё свободное время Джером отдаёт литературе, пробуя свои силы в разных жанрах: из-под пера Джерома выходят пьесы, новеллы, очерки, статьи. Однако всё это отвергается издателями и неизменно возвращается к автору.

Первые литературные успехи Джерома К. Джерома были связаны со сценой. В 1886 году в лондонском Глоб-театре была поставлена одноактная комедия Джерома. Появились очерки и рассказы из театральной жизни, собранные в 1885 и 1889 годах в двух книгах. К этому же времени относится начало сотрудничества Джерома в ежемесячном журнале «Домашние колокола», издававшимся популярным новеллистом Ф. Робинсоном. В этом журнале Джером начал публиковать некоторые из очерков и заметок, составивших книгу «Досужие мысли досужего человека», вышедшую затем отдельным изданием.

Ни одно произведение английского юмориста ой поры не имело такого успеха у читателей, как «Досужие мысли досужего человека». За четыре года эта книга выдержала в Англии сто пять изданий!!! Название «Досужий человек» присвоили себе сразу несколько лондонских клубов. Эксплуатируя успех, Джером К. Джером начал вместе в двумя друзьями издавать журнал «Досужий человек» (1892-1897). Ему удалось привлечь многих талантливых английских и американских литераторов. Здесь сотрудничали Марк Твен, Брет-Гарт, Филиппотс, Джекобс и др. Одновременно с журналом Джером редактировал дешёвую газету «Сегодня». Однако редактором он оказался не очень удачливым и в 1897 году ушёл из журнала и газеты – не хватало времени…

К 1889 году относится появление лучшей книги писателя – юмористической повести «Трое в лодке…»

«Досужие мысли» и «Трое в лодке…» принесли автору общемировую славу и были переведены на многие языки мира.

Отныне биография Джерома К. Джерома – это история книг и пьес. С необычайной быстротой и лёгкостью он выпускает год за годом всё новые и новые интересные произведения. Среди них нужно назвать «Новые мысли досужего человека», «Поль Келвер», «За чайным столом», «Томми и компания», «Дневник паломничества», «Трое за границей» и другие. Большую известность принесли Джерому пьесы «Мисс Гоббс» и «Жилец с четвёртого этажа». Его комедии ставились в Лондоне и во многих других европейских городах; исполнение пьесы «Жилец с четвёртого этажа» в Сент-Джемском театре было крупным событием театральной жизни Англии того времени.

Джером предпринял ряд поездок по Европе; в феврале 1899 года он приехал в Петербург, где его встретили с огромным энтузиазмом.

Надо отметить, что русские читатели познакомились с Джеромом К. Джеромом в 90-х годах XIX века, вскоре после появления его первых книг в Англии.  Успех  этих произведений был поистине велик!

Наряду с переводами отдельных произведений, в дореволюционные годы вышло собрание сочинений писателя (изд-во И.Д. Сытина). Комедия «Мисс Гоббс» с успехом исполнялась на сценах Малого и Александринского театров; заглавную роль играли М.Г. Савина, Е.Д. Турчанинова. Шли на русской сцене и другие пьесы писатели.

Джером К. Джером испытывал глубокие симпатии к России, к её народу, о чём свидетельствует его очерк «Русские, какими я их вижу», написанный после посещения Петербурга в 1899 году. О несомненной социальной зоркости писателя говорят строки: «Революция в России неотвратима; кровавая и страшная, она унесёт многие жизни, но зато уничтожит бесправие и несправедливость. Русские – молодой народ. И мир восхитится Россией, когда она станет свободной». Этот очерк, с согласия писателя, был озаглавлен в русском издании (1906) «Люди будущего». Название это очень верно раскрывает идею автора.

В своём очерке «Должны ли писатели говорить правду?» Джером протестует против лжи и условности. Тезис писателя таков: «литература должна показывать все стороны жизни, чтобы быть реальной силой… Если литературу рассматривать только как средство скоротать досуг, тогда чем меньше она связана с жизнью, тем лучше». Развлекательной, пустой литературе Джером противопоставляет творчество Теккерея, Гиссинга, Марка Твена и прежде всего Диккенса.

Обширное литературное наследие Джерома К. Джерома далеко не равноценно. К сожалению, некоторые его «книги давно забыты». Однако лучшие произведения писателя свидетельствуют о том, что он был не поверхностным развлекателем «английского мелкого буржуа», как утверждали некоторые критики, но честным художником с демократическими тенденциями. Богатство и известность не могли заставить Джерома забыть о своей трудной юности и закрыть глаза на жестокость и несправедливость общественного устройства. Иное дело, что Джером и «не пытался особо бороться с этой несправедливостью». Например, если в автобиографии писателя и упоминается имя Карла Маркса, то лишь потому, что писатель был знаком с мужем дочери Маркса. Джером иногда встречался в Лондоне с русскими революционерами, но заметил только, что «все они были плохо одеты, а князь Кропоткин обладал аристократической наружностью и одевался по моде. Подобные замечания «рассыпаны по всей автобиографической книге»…

Джером К. Джером не сатирик, а юморист. Он не бичует уродства действительности, но смеётся над ними. Однако было бы неверно утверждать, что он только развлекатель. Если внимательно вчитаться в его книги, то нельзя не почувствовать тайной горечи и грусти, которые постоянно примешиваются к его смеху, - горечи рождённой как пониманием несовершенства буржуазного общества, так и сознанием собственного бессилия улучшить его. За комическими персонажами Джерома всегда чувствуются, где-то на втором плане, другие, печальные образы, и иногда они вырываются на первый план, вытесняя комических чудаков. Правда, это случается в произведениях Джерома не очень часто…

Вспомним откровенное предисловие автора к роману «Трое в лодке (не считая собаки)», датированное августом 1889 года:

«Главное достоинство нашей книги – это не её литературный стиль и даже не разнообразие содержащегося в ней обширного справочного материала, а её правдивость. Страницы этой книги представляют собою беспристрастный отчёт о действительно происходивших событиях. Работа автора свелась лишь к тому, чтобы несколько оживить повествование, но и за это он не требует себе особого вознаграждения. Джордж, Гаррис и Монморанси – отнюдь не поэтический идеал, но существа из плоти и крови, в особенности Джордж, который весит около 170 фунтов. Быть может, другие труды превосходят наш труд глубиною мысли и проникновением в природу человека; быть может, другие книги могут соперничать с нашей книгой оригинальностью и объёмом. Но что касается безнадёжной, закоренелой правдивости, - ни одно вышедшее в свет до сего дня печатное произведение не может сравниться с этой повестью. Мы не сомневаемся, что упомянутое качество более чем какое-либо другое привлечёт к нашему труду внимание серьёзного читателя и повысить в его глазах ценность нашего поучительного рассказа».

Джером замечательно и всегда уместно использует «английский фарс и пантомиму, излюбленные театральные жанры британского зрителя».

Именно «отсюда идут» комические заключения его героев «неудачников», против которых восстают не только силы природы, но и сами вещи. Если герой Джерома хочет вбить гвоздь в стену, то он ударяет молотком по пальцу и падает с лестницы или стула. Канат, вместо того чтобы развёртываться, так запутывается, что развязать его невозможно. Если герой Джерома видит на барометре надпись «ясно» или «великая сушь» и надевает свой лучший костюм для прогулки, то, несомненно, хлынет дождь, который испортит костюм, и вызовет простуду у героя. И, наоборот, если герой, следуя указаниям барометра, наденет галоши, то солнце будет сиять ослепительно. Зонтики не раскрываются под дождём, но их нельзя закрыть в хорошую погоду.

Накануне первой мировой войны писатель пробует себя в ином, не юмористическом жанре. «Серьёзные» книги «вызывают недовольство читателей, и он начинает терять своих поклонников». Джером становится участником первой мировой войны. Будучи известным практически во многих странах мира, он становится рядовым шофёром санитарной машины!

После окончания войны Джером пишет замечательный роман «Энтони Джон» и публикует книгу «Моя жизнь и время».

В 1927 году Джером К. Джером умирает… однако гениальные повести и рассказы писателя сохранили имя автора в памяти читателя не только в Англии, но и далеко за её пределами.

«Мы знаем, как быстро стареет смех, но юмор Джерома звучит актуально и современно и в наши дни!»

Лекция МГИК, 1975 год

В лекции были использованы:

статья «О Джероме К. Джероме и его книгах»

А. Гозенпуд; «Комментарии» Л. Хвостенко;

лекции «Общество Знание», 1973 г.

Фото - Джером К. Джером