Классные истории. Часть 2


          Как-то раз мы с папой отправились в зоомагазин купить золотую аквариумную рыбку. Я, конечно же, хотел чего-нибудь посущественнее, но мама, выпроваживая нас из квартиры, строго сказала: «Никаких кошек! Никаких собак! Я с вами-то еле успеваю справляться!»

И вот приходим мы, значит, в этот зоомагазин, а в нём много-много маленьких магазинчиков, и в каждом из них свой продавец и свой собственный ассортимент. И всё везде такое интересное, что мы с папой стали останавливаться, ну, почти что у каждой витрины!

И тут я вдруг вижу – написано: «Говорящий попугай». И сидит себе такой на жёрдочке симпатичный попугайчик. Говорящий он или нет было непонятно, потому что он всё время молчал. Зато продавец этого самого попугайчика оказался «говорящим» хоть куда! Говорил он без умолку! А потом ещё и документы на попугая стал показывать. А скидку сделал такую, что папа засомневался, что попугай действительно умеет говорить.

Тогда я сказал:

- Пап, ну что ты как маленький! «Говорящий» - это просто название такое.

Хотя, конечно, по-моему, «попка хороший» должен уметь выговаривать каждый уважающий себя попугай.

- Да он говорящий! Ручаюсь вам! – воскликнул продавец. – Ну, стесняется… - добавил он, стыдливо потупив взор.

Папа взял в руки документы и стал сверять «технические характеристики» - окрас, клювик, хохолок… По всему выходило, что документы подлинные и заполнены на этого конкретного попугая. А по возрасту, если переводить на нас, попугай был кем-то вроде семиклассника. Продавец ещё отметил, что это очень хороший возраст, так как с малышами слишком много проблем.

Мне стало ужасно обидно! Вот, например, я – какие же со мной проблемы? А теперь посмотрите на семиклассников, которые учатся в нашей школе. Да я же раз в сто беспроблемнее их!

Папа снова стал сомневаться, и опять на ровном месте.

Отвёл меня в сторонку и говорит:

- Алёша, мы ведь с мамой договаривались о золотой рыбке… Мама не хочет заводить в квартире зверушек…

Я решительно согласился!

- Конечно, - говорю я, - куда же в нашу маленькую квартиру ещё и зверушку! Я помню – мама так и сказала – «Никаких кошек! Никаких собак!» А это – маленький попугайчик… Аквариум, клетка – какая разница? Одно и то же почти что!

Папа посмотрел на стоящий неподалёку аквариум – с водой, с агрегатами и подсветкой, потом на попугайчика, мирно играющего с соломинкой.

 - Ладно, - неуверенно протянул папа, - только я всё-таки маме позвоню…

И полез в карман за телефоном.

Я понял, что «всё пропало» и грустно вздохнул. Но тут неожиданно мне на помощь пришёл продавец.

- Зачем маме звонить? – воскликнул он. – Такой сюрприз бы сейчас испортили! Эх, вы!

Ну я, конечно, тут же подхватил, говорю:

- Пап, ну ты чего? Действительно, давай маме сюрприз сделаем!

В общем, купили мы попугая. Прикрыли клетку подарочной бумагой и понесли домой.

        - Ну что? Где моя золотая рыбка? – шутливо спросила мама, открывая нам дверь.

А увидав чудо в перьях, мама продемонстрировала настоящий мастер-класс по пантомиме! Во времена немого кино мама наверняка была бы звездой экрана!

Потом мама папу утащила на кухню и что-то там ему говорила. А я так и остался стоять в коридоре с клеткой в руках. Тут вижу – попка с интересом стал прислушиваться. Развернулся в сторону кухни и наклонил головку, от чего его хохолок съехал немножечко набекрень.

Наконец, родители вернулись. Мама взяла у меня клетку и отнесла в комнату. Потом она сказала:

- Сейчас будем обедать. Идите мыть руки.

А обедать-то я как раз и не хотел, потому что по дороге съел огромный датский бутерброд. И я стал увиливать от обеда, а вслед за мной и папа, по той же причине.

Тем временем попка оценивал обстановку – кто кормит, кто поит, кто форточки закрывает, чтобы не надуло? И вообще – кто тут главный?

Вздохнув, мама налила в свою собственную чашку воды и перелила её в крынку для попугая. Насыпала ему зёрнышек.

Попка без препирательств поклевал зёрнышки. Попил водичку. Огляделся по сторонам. Потоптался по жёрдочке. Расправил крылья… И как запоёт!

Да не какое-нибудь там «Пусть всегда будет солнце!», а что-то такое высокохудожественное, прямо-таки оперное…

Мы притихли. Он допел. Снова попил водичку. Прихорошился. Пропел что-то ещё.

Далее следовали слова – характеристики исполнителя. Всякие разные слова…

Попугай стал вышагивать по жёрдочке туда-сюда, высоко поднимая лапки. Он был недоволен.

- Без-з-з-дарь! Без-з-з-дарь! Мимо нот… - насупившись, говорил попугай. – Ещё раз! Ещё раз! – повторял он.

И, снова попив водички, попка встал на середину жёрдочки. Запел он, по-моему, тоже самое, только чуть-чуть по-другому.

На этот раз попугай прервал сам себя, не закончив куплета. Он замахал крыльями, раскричался, топнул лапкой и снова запел…

Опера с комментариями длилась ровно полтора часа. После слов: «Всего доброго! До завтра!» последовал целый блок сложно выговариваемых буквосочетаний. Все они начинались со слова «сам», например: «Сам без-з-з-дарь! Сам без-з-з-дарь!» А закончилось всё это тем, что попка чуть не свалился с жёрдочки, выкрикивая по слогам: «Ре-пе-ти-тор-не-у-дач-ник!»

Потом всё стихло. Попка стал изучать свои апартаменты: он поперебирал клювом соломку, подёргал лапкой игрушку, обратил внимание на зеркальце. Оно ему ну очень понравилось! Попка распушил хохолок, почистил пёрышки… Повеселел и принялся пританцовывать вдоль жёрдочки. При этом он стал напевать себе под клюв какую-то модную мелодию, от которой мне тоже захотелось танцевать.

Попугай оказался не только «говорящим», но и очень умным! Уже к следующему дню он разучил весьма важную в сложившихся обстоятельствах фразу: «Наша мама лучше всех!»

Елена Чапленко

Фото - Галины Бусаровой