Перечитаем вместе. Семен Нариньяни. Чуть-чуть


Сейчас трудно сказать, как это произошло – случайно или преднамеренно, только факт остается фактом: Николаю Герасимовичу квартиру дали в том самом доме, строительством которого он руководил.

- Удивительное совпадение, - сказал Николай Герасимович жене, стоя в день переезда среди узлов и чемоданов. Муж наполнил две рюмки и добавил: - Настоящее новоселье мы устроим через неделю, когда расставим мебель, натерты полы. А пока, авансом, давай покропим углы, чтобы в нашей хате не заводились мыши.

А хата у новоселов была на славу: с лифтом, газовой кухней, ванной, механическим мусоросбросом, пол паркетный, обои ковровые. Не квартира, а хоромы! И все же… Строгий глаз хозяйки нашел и в хоромах кое-какие непорядки. Захотела Наталья Петровна утром подвесить к потолку люстру, а подвесить и не на чем: строители забыли привернуть крюк к потолку. А потолки в новом доме выложены из бетонных плит – попробуй пробей их. Стала Наталья Петровна развешивать занавеси на окнах, а они – хлоп на пол. Стены-то в доме, оказывается, из сухой штукатурки, гвоздь в них не держится. Строителям бы вставить в нужных местах деревянные реечки для развески гардин, картин, книжных полок, а они забыли. Наталья Петровна к мужу, а он успокаивает:

- Крючок – мелочь.

Прорабу, конечно, что? Он взял зубило, молоток и полез на стремянку, и хотя хозяину квартиры было жалко дырявить красивый узорный потолок, но что делать?

Закончил Николай Герасимович работу, пошел в ванную комнату руки мыть. Комната выглядит настоящей красавицей. Вокруг все разделано эмалью да никелем. На одном кране написано «Хол.», на другом кране – «Гор.». В общем, совсем, как у Маяковского: «Просто в комнате лето и Волга, - только что нету рыб и пароходов».

Но вот неприятность: на стенах чудо-комнаты – ни вешалки, ни полочки. Мыло и полотенце держи хоть в зубах. Николай Герасимович хотел и на этот раз прибегнуть к помощи зубила, да нельзя. Ванная комната от пола до потолка выложена плитками цвета морской волны. А марблитовая плитка, как стекло: ударь молотком, и она брызгами летит во все стороны. И все же водопроводчикам пришлось уже и здесь поработать молотком и зубилом: оказывается, они забыли не только про полочку, но не отвели в ванной места даже для кранов и душа; потом за зубило взялись и электрики, чтобы вставить в стену патрон для лампочки. И вот ванная комната, еще не вступив в строй, оказалась уже с тремя рваными ранами на бирюзовом теле.

Пока Николай Герасимович возился в ванной, Наталья Петровна вышла на балкон смести с него неубранный строительный мусор и тут же порвала платье. Да и как не порвать, если из-под мусора во все стороны торчат железные прутья? Строители, забетонировав балкон, по рассеянности забыли заделать арматуру.

Наталья Петровна еще не устраивала скандалов супругу, однако строительные огрехи стали сильно раздражать ее. А раздражаться приходилось все чаще и чаще. Дважды на неделе хозяйка принималась за натирку полов, не толку от этого не было никакого. На полу по-прежнему оставались жирные, грязные полосы. Наталья Петровна отскоблила грязь ножом, а на утро – то же самое. И все по той же причине – из-за невнимательности строителей. Укладывали они под паркет битум, да, видно, чуточку переложили, вот он и полез наружу из каждой щели. А из-за этого битума паркетный пол претерпел изменения не только в цвете, но и в качестве, - пол приобрел все свойства липучего мухомора.

- Неужели и в других квартирах так же? – подумала Наталья Петровна.

Она не поленилась и пошла в первый же воскресный день к соседям с визитами. Своими соседями Наталья Петровна осталась в общем довольна. Люди в доме жили почтенные, уважаемые. Справа квартиру № 30 занимал артист – тот, который всегда поет в «Кармен» тореадора. У Натальи Петровны была даже такая пластинка.

Слева, в квартире № 32, жил заместитель токарь-скоростник. И все эти почтенные люди вели те же малозанятные разговоры: про грязные полосы на паркете, про зубило, про сухую штукатурку… А Наталья Петровна слушала и краснела за своего супруга.

В Москве, на улице Левитана, за последние полгода поднялось тринадцать восьмиэтажных корпусов. Моссовет заселил их стахановцами, инженерами, врачами, артистами… Все квартиры в этих корпусах уютные, благоустроенные, теплые, но везде одна и та же печаль – везде что-то чуть-чуть не так: чуть-чуть переложен битум, чуть-чуть перекошена дверь, чуть-чуть недоделаны подходы к дому. На третьем этаже раздается чих, а на пятом беспокоятся:

- Что с тореадором? Не промочил ли он ноги?

А промочить их нетрудно. Весь двор в глубоких лужах. Дом выстроен, а двор остался незаасфальтированным.

- Прости, забыли, - оправдывается Николай Герасимович.

Такая забывчивость не случайна. Все эти «чуть-чуть» - результат давнишнего пренебрежения треста «Мосжилстроя» к отделочным работам. Так было при постройке домов на Песчаной улице, то же примерно повторяется и сейчас.

На старых окраинах столицы воздвигаются благоустроенные жилые кварталы. В каждом новом доме Моссовет отводит помещение для продуктовых, кондитерских, промтоварных и овощных магазинов. На улице Левитана заселен уже целый городок, а магазина пока нет ни одного. Хозяйки ездят за продуктами бог знает куда.

В домах на улице Левитана – тысяча квартир. И хотя во всех квартирах проложены телефонные провода, ни в одной из них нет пока действующего аппарата. Может быть, у телефонной станции не хватает свободных номеров? Нет, станция на соседней улице выстроена новая, да вот горе – работники Министерства связи забыли указать в проекте, чтобы эту станцию соединили с новыми домами подземным кабелем. А кабеля требовалось проложить чуть-чуть, метров двести-триста. И вот из-за такой недоделки новый большой район на целый год оставлен без телефонной связи.

Ни в одной стране мира не строится так много жилищ, как в Советском Союзе. Наши строители работают быстро, самоотверженно. Обидно лишь, что на отделку и доделки у многих прорабов почему-то не хватает терпения. И вместо того, чтобы печь пироги к новоселью, Наталье Петровне приходится заниматься поделочными работами: перекладывать паркет, строгать двери, перевешивать электрический счетчик, который вделан не в край стены, а в центр, и поэтому хозяйке нельзя поставить к стене шкаф, прибить вешалку.

- Прости, недосмотрели! – извиняется Николай Герасимович.

А ведь этот недосмотр повторен на всех этажах. В результате, каждому новоселу из-за недосмотра Николая Герасимовича приходится сейчас выкорчевывать из стен счетчики, дырявить потолки, подкрашивать окна. И каждый поминает при этом недобрым словом прораба. Прораб и рад бы не знать об этих словах, да сам виноват. Стены в доме Николай Герасимович выложил тоньше, чем следовало, и теперь в доме нет никаких секретов. В двадцатой квартире зевнул кот, а в двадцать второй мышь говорит мышонку:

- Не пугайся, сынок, котик от нас далеко – через четыре стенки.

Московские строители часто созывают творческие конференции совместно с архитекторами, художниками, скульпторами, а вот встречи строителей с жителями новых домов почему-то не устраиваются. А зря! Как знать, может, прямой, нелицеприятный разговор новоселов со строительными трестами Управления жилстроительства Моссовета помог бы тому, чтобы новые квартиры сдавались впредь в эксплуатацию без изъянов.

Мы строим новые дома не только на долгие годы, но и на радость советским людям. И надо строить так, чтобы жизнь в новой квартире начиналась веселым новосельем, а не ремонтом.

Фото - Галины Бусаровой