Буржуазная Франция глазами Анатоля Франса (1844-1924)


Рассказывают, что Анатоль Франс, когда его спросили, почему он не держит у себя произведений своих современников и не знакомится с ними, дал следующий ответ: «Современники? Нет! То, что они могут мне сказать, я сам знаю не хуже их. Я больше учусь у Петрония, чем у Мендеса». Как известно, Петрония, римского писателя эпохи Нерона, считают автором бытоописательного романа «Сатирикон», полного сарказма и язвительности, а Катюль Мендес был современный Франсу писатель, произведения которого не отличаются ни художественной, ни идейной глубиной.

И действительно, подавляющее большинство произведений Франса переносит читателя в отдалённые эпохи: в древнюю Грецию, Рим, в христианский мир первых столетий, в эпоху Возрождения.

Не является ли это бегством от жизни, средством пройти с закрытыми глазами мимо волнующих проблем современности? Такое впечатление может создаться на первый взгляд, но оно не отвечало бы действительности. Литературное наследство, оставленное Франсом, имеет огромную актуальную ценность. Оно ценно, во-первых, потому, что создано большим художником, большим мастером слова и культуры. Оно ценно ещё и потому, что в нём отображена – очень своеобразно, по-франсовски – социально-культурная жизнь буржуазной Франции. Чтобы говорить о настоящем, Франс очень часто уходит в прошлое. Его картины и люди минувших эпох пропитаны и оживлены духом современности.

Творческий путь Франса проходит через последние десятилетия XIX и первые два десятилетия XX века. Для этого необыкновенного француза, воспитавшегося в лучших культурных традициях человечества, углубляющееся загнивание и распад буржуазной культуры не могли остаться незамеченными. Ведь он был одним из её лучших знатоков. С тем большей силой он ощущал её дряхлое настоящее и полную бесперспективность её будущего, точнее – её полную безбудущность. Огромные культурные ценности, которые были накоплены в период расцвета мировой истории, оказались обречёнными на гибель – так казалось Франсу, не сумевшему увидеть в рабочем классе естественного преемника всего лучшего, что было создано до сих пор, великого творца новой человеческой жизни.

Анатоль Франс был честным и мужественным человеком и художником. Он не стал апологетом социальных и культурных установлений буржуазного общества. Все основы этого заживо загнившего общества Франс порою подвергал убийственному осмеянию. Франсова насмешка, ирония, разоблачительная сила, действуя своеобразными художественными средствами, не пощадили ни капиталистического государства – исполнительного органа богатых, ни различных представителей класса эксплуататоров, ни обскурантизма церкви и военщины. Больше того. Этот культурнейший человек современной Франции, чувствующий себя хорошо, казалось бы, только в окружении книг своей библиотеки, в обществе гениальных мыслителей прошлых столетий, стал социалистом, искренно стремился приблизиться к пролетариату, выступал на собраниях рабочих Парижа с пламенным протестом против действий реакции.

Крупнейший художник всеобъемлющей культурности, едкий разоблачитель буржуазных кумиров периода упадка, друг обездоленных и угнетённых, Анатоль Франс, несмотря на всю свою непоследовательность и двойственность, является одним из самых светлых умов Франции конца XIX и начала ХХ века.

***

Отец Франса был владельцем небольшой антикварной книжной лавки. В ней Франс провёл своё детство. В ней, окружённый старинными книгами и атмосферой пылких споров литературной богемы, посещавшей его отца, молодой Франс получил первые впечатления о мире, в ней зародилась у него никогда не угасавшая страсть к книгам. С юношеского возраста вплоть до глубокой старости Франс с величайшим наслаждением рылся в запылённых книжных сокровищах парижских антиквариев. Этим людям, многие из которых разъезжают со своими хрупкими колёсными лавочками по улицам Парижа и считают праздником день, когда им удаётся продать какую-нибудь книжку, Франс посвятил немало страниц, полных трогательной симпатии и преданности. И не напрасно французские антикварии чтут Анатоля Франса как своего любимого друга и патрона.

Позже Франс учился в католическом лицее св. Станислава в Париже. Здесь ещё больше вырос его интерес к античному миру и вопросам религии. Но ни в школьные годы, ни в зрелом возрасте Франс не поддавался влиянию католицизма и религии. Он любил останавливаться на христианских легендах не только как эстет и художник. Его отношение к религии – глубоко враждебной всякой свободе мысли и всякому прогрессу – было отчётливо отрицательным. Средства, которые он употребляет для того, чтобы показать подлинное лицо церковной реакции, многосторонни. Он применяет и лёгкую, но беспощадную иронию, и язвительную насмешку, и желчный памфлет. Франс был истинным гуманистом-просветителем и поэтому откровенным врагом поповщины.

Первыми произведениями Франса были стихи, вышедшие в 70-х годах. Свободомыслие Франса проявилось уже тогда в его драме в стихах «Свадьба в Коринфе» (1876), острие которой направлено против церкви и проповедоваемого ею аскетического образа жизни.

Но широкую литературную известность Франс приобрёл своими произведениями в прозе. Появление романа «Преступление Сильвестра Боннара» (1881) выдвинуло Франса в первые ряды французской литературы. Этот роман, написанный с чрезвычайным изяществом и образностью, замечателен и по своему содержанию. Незабываем образ доброго, симпатичного старика Сильвестра Боннара – мудреца, обладающего огромными знаниями и отдающегося всем существом интеллектуальным наслаждениям. И что же: образ этого человека, оторванного от действительной жизни, как будто парящего в воздухе, производит уродливое впечатление. Боннар, несмотря на свою необыкновенную учёность, кажется таким же бесплодным и бесполезным, как бесплодно и бесполезно то общество, членом которого он является.

Близок к Сильвестру Боннару аббат Куаньяр («Взгляды Жерома Куаньяра», 1892). Действие романа, написанного в форме бесед, происходит в начале XVIII века. Куаньяр – человек с большим умом, утончённый мыслитель, страстно любящий жизнь во всех её проявлениях и умеющий ею наслаждаться. По своему образу мыслей этот аббат – язычник, эпикуреец и скептик. Несовершенство мира не ускользает от его взора, но он убеждён в бесплодности всех попыток изменить его и принимает мир таким, как он есть. Отсюда его горькая примиренность, его пассивно-наблюдательное отношение к людям и событиям. Куаньяр по своему миросозерцанию родственен самому Франсу и является образом, который повторяется и в других произведениях писателя.

 

С особой силой выражена бесперспективность этой идеологии в сборнике «Сад Эпикура» (1895). Неминуемой гибели современной ему цивилизации Франс не может противопоставить ничего положительного. На смену существующему заблуждению идёт другое, может быть, ещё более опасное заблуждение. Будущее человечества представляется Франсу бесконечно мрачным и безнадёжным, люди закончат свой земной путь там, где они миллионы лет назад его начали: в пещерах, между развалин погибших культурных селений.

Но на ряду с этой философией безвыходности, от которой Франс не мог освободиться всю свою жизнь, упомянутые работы, как и другие произведения этого периода («Таис», «Харчевня королевы Педок», тетралогия под общим названием «Современная история») полны намёками на современность, искрящейся сатирой на порядки и людей Третьей республики конца XIX века. Этот период ознаменовался так называемым делом Дрейфуса, оказавшим на самого Франса исключительно сильное влияние.

Грязная кампания против Дрейфуса, офицера-еврея французского генерального штаба, заведомо несправедливо обвинённого в военном шпионаже и присуждённого к каторге, потрясла Францию. Дело Дрейфуса послужило поводом к серьёзной борьбе; против объединённых сил капиталистической реакции – военщины, юстиции, католической церкви, продажной печати – выступили все прогрессивные силы страны. Анатоль Франс – этот утончённый эстет, влюблённый, казалось бы, только в тени былых эпох, - выходит из своей роли созерцателя. Он находит дорогу к рабочим кварталам, выступает на рабочих митингах, публикует статьи, разоблачает тёмные махинации господствующих классов; его большой талант сатирика и памфлетиста наносит уничтожающие удары представителям светского и духовного мракобесия. Это период жизни Франса нашёл своё литературное отражение в романе «Господин Бержере в Париже», вышедшем в 1900 году, как последняя часть «Современной истории». Во имя спасения цивилизации от «всеобщего одичания» учитель Бержере становится страстным борцом против реакции. Книга «Социальные мнения» (1902), в которой собраны речи и статьи Франса по поводу дела Дрейфуса, является памятником мужественного участия Франса в политической борьбе на стороне социализма.

В 1908 году вышло одно из самых известных произведений Франса, его «Остров пингвинов». Этот роман замечателен высокими художественными достоинствами и необычайной силой сатирического разоблачения, ибо из общественных дел пингвинов весьма недвусмысленно вырисовывается картина социального разложения и культурного маразма буржуазной Франции. Но Франс не находит выхода из грозящей цивилизации катастрофы. Пессимистическое отношение к будущему человечества не покидает великого гуманиста, ему продолжает казаться, что закат буржуазии является закатом человечества вообще. Таков окончательный смысл этой прекрасной сатирической истории.

Парижу времён Великой французской революции Франс посвятил роман «Боги жаждут» (1912), в котором с большим мастерством отражены некоторые стороны революции. Но нужна ли революция, сделает ли она человечество более счастливым? Пессимизм Франса мешает ему увидеть в революции локомотив, движущий историю вперёд. И всё же книга пропитана восхищением перед гигантским усилием французского народа сбросить с себя цепь угнетения.

***

Почётное место среди оставленного Франсом литературного наследства занимают его рассказы и повести. Они написаны с тем же высоким мастерством, которое так характерно для Франса-романиста. Знакомство с его рассказами даёт ясное представление о большом писателе, ибо и в них нашли отражение отмеченные уже особенности его творчества, его тематика, его неподражаемый стиль.

Для большинства печатаемых новелл – как и для больших работ Франса – характерна злободневность поставленных в них вопросов, сохраняющаяся и для нынешнего времени. Вряд ли найдётся область социально-культурной жизни буржуазии, которая не испытала бы на себе острия франсовой сатиры. Перед читателем раскрывается богатая галерея живых образов: там и короли с их лакейским антуражем, и буржуазные продажные политики, и биржевики, и шарлатаны науки и искусства, там и церковь, непримиримым врагом которой Франс остался до конца жизни, там и разложение буржуазной семьи. Неизлечимые язвы капиталистического общества показаны иногда прямо, иногда завуалированно, в форме старинного рассказа, невинной сказки. Но созданные им образы всегда чрезвычайно ярки, рельефны и запоминаются именно потому, что отражают в себе, как в зеркале, всю неприкрашенную уродливость буржуазных порядков. И в этих новеллах Франс выступает в качестве социального обвинителя, свергающего с высокого пьедестала разоблачённых им идолов господствующих классов.

Одним из самых сильных в этом отношении произведений Франса является, как известно, «Кренкебиль». В этой маленькой повести, подлинном перле мировой литературы, могучий сатирический талант Франса достиг своего самого сконцентрированного выражения. На примере живого, ни в чём неповинного мелкого французского лавочника писатель показал с предельной выразительностью, что функция капиталистического государства – быть органом насилия над народными массами. С тех пор как Анатоль Франс создал незабываемый образ парижского лавочника, проходит свыше тридцати лет. Лицо земли изменилось, изменились и люди. Те же самые парижские улицы, по которым когда-то одинокий Кренкебиль таскал свою жалкую тачку и где он пал беспомощной жертвой буржуазного государства, оглашаются мощным маршем народных масс, борющихся под лозунгами революционного пролетариата.

Франс не дожил до того, чтобы увидеть бурно нарастающее объединение всех прогрессивных сил во имя борьбы против реакции, толкающей его любимую родину к разрушению и смерти. Но благородный француз своим блестящим пером в высшей степени способствовал этому объединению, прослужив всю свою жизнь, как верный сын революционного французского народа, делу прогресса и человечности.

…Анатоль Франс всё-таки в общем оставался мужественным антимилитаристом. Он ненавидел войну и военщину. Эта ненависть ярко проявилась ещё в его романе «Желания Жана Сервиена» (1883), а позже в его исторической работе «Жизнь Жанны д’Арк» (1908). Он стал интернационалистом, приближаясь к самым радикальным противникам милитаризма и войны. Буржуазия неистово травила его за это. Только ореол величайшего писателя Франции спас его от гражданского линчевания со стороны взбесившейся реакции. И как антимилитарист Франс оказал в рядах мировой интеллигенции мощное влияние на укрепление народного фронта против войны.

Н. И. Бойкикев 

Фото - Галины Бусаровой