Классные истории. Часть первая


          Однажды маме по почте пришло письмо. Конверт был такой разукрашенный, такой перечирканный, что мы с папой простояли, наверное, полчаса возле раскрытого почтового ящика, пытаясь прочитать кому и от кого послание.

Изначально, в положенных графах, красивым почерком было написано мамино имя и мамина прежняя фамилия. Также там значился какой-то не известный мне адрес. Потом всё это было перечёркнуто, и уже корявыми буквами вписан другой адрес, также мне не известный.

- В общем, ясно одно, - наконец резюмировал папа, - письмо для нашей мамы. Пусть она и разбирается.

- Вместе разберёмся! – с участием подхватил я.

Дома папа положил конверт на тумбочку, и я стал ходить вокруг этой самой тумбочки кругами. Всё пытался ещё что-нибудь вычитать, и вдруг я разглядел фамилию отправителя – Солнышкин.

Я обрадовался и побежал к папе.

- Папа, - говорю я, - письмо маме отправил Солнышкин!

Папа как-то сразу глаза сощурил и почти что по слогам произнёс:

- Ах, Сол-ныш-кин, зна-чит…

А я:

- Ага, Солнышкин! Правда, пап, смешная фамилия?

- Да… - протянул папа, - и не говори!

Тут домой пришла наша мама. Я открыл ей дверь. А папа выглянул из комнаты.

- А тебе, - папа выразительно посмотрел на маму, - прислал письмо небезызвестный нам Солнышкин.

- Да что ты? – вроде бы удивилась мама.

- Да… - снова протянул папа и скрылся в комнате.

- Мам, вот оно, письмо это! – крикнул я и, схватив конверт с тумбочки, сунул ей его в руки.

Потом мы сели ужинать.

- Ну, - с вызовом неизвестно на что, - начал папа, - что пишет Сол-ныш-кин?

Почему-то папа всё время произносил эту фамилию по слогам.

Мама усмехнулась.

- Я и не читала ещё. А когда? Я только пришла, и мы сразу сели ужинать.

- А… Понятно… - сказал папа.

- Мам, ну, может, там что-то важное? Давай прочитаем! – говорю я.

Мне так было интересно, кто такой этот Солнышкин и что он написал маме! Ну, просто очень интересно!

- Не волнуйся, Алёшенька, - папа погладил меня по голове. – Было бы что-то важное, прислали бы телеграмму.

Мама снова усмехнулась.

Я говорю:

- Пап, какая телеграмма?! Человек адреса не знает! Да и то, что у мамы фамилия новая – тоже!

А папа:

- Ну, что ж, бывает… - Ещё чайку? – обратился он к маме и подлил ей горячего чаю. – А что же Сол-ныш-кин, - папа продолжил, - электронной почтой не пользуется? Социальных сетей не признаёт?

Мама сделала глоточек.

- Откуда же я знаю! – сказала она.

Наконец, мы все вместе перебежали в гостиную. Мама открыла письмо.

- Ой, приглашение какое-то! – крикнул я.

Мама держала открытку в руках, а я приседал и подпрыгивал со всех сторон, чтобы разглядеть послание.

- Куда? Когда? – поинтересовался папа, не отрываясь от газеты, так, будто бы ему не очень-то это и любопытно.

Мама махнула рукой и вздохнула:

- Приглашают на встречу выпускников. Да вот, буквально послезавтра…

И отложила письмо в сторону. 

- Не пойду, - добавила она между делом.

- Как не пойдёшь? – вдруг воскликнул папа. – Почему?

Вид у него был такой, как будто бы это его пригласили на встречу выпускников, а мама сказала, что он на неё не пойдёт. Мама ответила что-то неконкретное и перевела разговор на меня, точнее на моё домашнее задание на завтра.

- Ты уроки сделал? – спросила она.

- Ну, в общих чертах, да… - говорю я.

- А вот Солнышкин – это мамин одноклассник, - ни с того, ни с сего начал папа, - закончил школу с серебряной медалью. А, Алёшка, каково?

- Да, ну, - говорю я, - подумаешь…

А папа посмотрел на маму так выразительно, словно ждал от неё похвалы для Солнышкина. Но мама Солнышкина не похвалила. А папа всё продолжал на неё смотреть…

И тут оказалось, что в конверте – кроме пригласительной открытки – было ещё и письмо!

- О! – воскликнул папа. – Ещё куда-то приглашают?

Мама ещё раз вздохнула и сказала:

- Про свою работу пишет, «как дела» спрашивает.

- Так, так, так, так, так… - папа отложил газету. – И кем же работает наш Солнышкин?

        Мама украдкой глянула в письмо – как я на контрольной в шпаргалку – и говорит – тоже как я – не очень уверенно:

- Каким-то исследователем, где-то в Антарктиде.

Ничего себя, - подумал я, - в самой Антарктиде! А вслух решительно произнёс:

- Мама! Солнышкин аж из Антарктиды приедет! А тебе только на трамвае прокатиться… Как же можно упустить такую возможность – послушать про Северное сияние и Атлантический океан!

- Ну, правильно говорит Алексей, - поддержал меня папа. – Нельзя упускать такую возможность…

Правда, у папы в голосе всё время проскальзывало чуть-чуть иронии и чуть-чуть обиды. Это я потом уже узнал, что в десятом классе папа маму пригласил в кино, а мама вместо этого отправилась с Солнышкиным кататься на велосипедах. А папа учился не с ними, поэтому о велосипедах ничего не знал и простоял у кинотеатра четыре часа! Ужасно обидно, прямо до слёз!

- Ну, не знаю, - в растерянности произнесла мама, - может быть, схожу…

И мы все втроём замолчали, наверное, минут на пятнадцать! Папа играл сам с собой в шахматы, мама листала журнал, а мне пришлось делать вид, что я читаю литературу.

Вдруг мама откинулась на спинку кресла, положила руки на подлокотники и говорит:

- Не хочу встречаться с Беляевой!

- А это та самая? – ободрился папа. – С локонами по пояс? Да… Ну и характер у неё был!

- Он у неё не был, он у неё и сейчас такой же – я уверена! – отвернувшись к окну, сказала мама. – А ведь она тоже будет на встрече выпускников! Не хочу её видеть! – подытожила она.

Потом папа выиграл сам у себя в шахматы, применив какой-то супер-ход, и у него как-то сразу, резко, улучшилось настроение. Он перестал делать выпады в сторону Солнышкина и, можно сказать, вообще даже про него забыл. Теперь всё его внимание было направлено на подготовку мамы к встрече выпускников. Как выяснилось, мама не видела никого из своего класса больше десяти лет!

Сначала мы рыскали по всем источникам в поисках информации о погоде на послезавтра. И как в очень глупых анекдотах температуру воздуха в течение дня обещали от 13-ти градусов по Цельсию до 24-х! Не такие уж они и глупые, анекдоты эти, - подумал я. Дождь предсказывали местами, временами, с большой долей вероятности! К тому же, гидрологи предположили, что ветер будет дуть преимущественно северо-западного направления 3-5 метров в секунду с возможными порывами до 12-15 метров в секунду. А ещё не исключены грозы, причём в течение всего дня!

- Значит, так, - сказал папа, - надо брать с собой большой зонт!

- И сменную обувь! - подхватил я.

- Плащ обязательно!

- Блютуз-гарнитуру!

Мама с папой переглянулись, посмотрели на меня и оба в один голос спросили:

- Зачем?

Правда, папа, не дождавшись моего ответа, уже полез в свой кейс за гарнитурой.

- Ну, как же! – говорю я. – Во-первых, это модно! А, во-вторых, вот тебе, мам, не захочется с каким-нибудь выпускником разговаривать, а он встанет перед тобой и будет стоять над душой! Тогда ты себя по уху похлопаешь, точнее, по блютуз-гарнитуре, извинишься, и уйдёшь от него куда-нибудь далеко-далеко… Вот! Здорово же?

Мама утвердительно кивнула головой. А папа нацепил ей на ухо свою гарнитуру.

- Самое главное – это платье, - сказала мама. – Не известно, в каком стиле они планируют проводить вечеринку!

- А вот в высшем свете, - решил я блеснуть своими познаниями, - на пригласительных всегда указывают дресс-код, например, «Black Tie Invited» или «Cocktail Attire». И сразу всё понятно!

- Да уж, - сказал папа, - понятнее не придумать!

А когда наступило послезавтра, кстати, это была суббота, мама надела очень красивое розовое платье, вызвала такси и уехала на встречу выпускников.

А мы с папой решили сделать маме сюрприз! Разыскать всех её бывших одноклассников в интернете. Чтобы, когда она пришла домой, могла сравнить – то, что одноклассники наговорили ей про себя на встрече, с тем, что нам с папой удастся о них нарыть.

Начали мы, конечно же, с Солнышкина! Солнышкин на фотографиях выглядел довольно-таки длинным, не очень-то и складным, явно увлечённым наукой человеком. Он не был запечатлён танцующим буги-вуги, поющим в караоке или летящим куда-то вверх тормашками. И он действительно исследовал Антарктиду!

Чего нельзя сказать о другом их однокласснике – Олеге Голованове, который в сетях представлялся как «зам. зав. глав. коммуникационной ассоциации», а на самом-то деле был всего лишь одним из PR-менеджеров частной конторки. Ну, всякая работа важна… Зачем привирать-то?

Потом мы с папой много ещё чего нашли интересного про мамин класс, я аж даже устал и, не дождавшись мамы, ушёл спать. Правда, сквозь сон до меня доносился мамин и папин весёлый смех и восклицания:

- А Солнышкин-то!..

- А Голованов!..

- Ой, а Беляева, ну вообще!..

Елена Чапленко

Фото - Галины Бусаровой