Отношения на грани безумства. Ван Гог и Поль Гоген


         Два великих художника второй половины XIX века Ван Гог и Гоген познакомились в Париже в ноябре 1887 года. Несмотря на все различия, оба живописца с огромным уважением относились к творчеству друг друга.

В ту пору Ван Гогу было 34 года, а Гогену – 39 лет.

Ван Гог покинул родную Голландию ещё в юношеские годы. Он перепробовал множество занятий: был проповедником и миссионером, преподавал теологию, служил в художественно-торговой фирме в Лондоне и Париже. Его всегда и во всём сопровождали «неудачи и провалы». Своё истинное призвание к живописи Ван Гог почувствовал достаточно поздно – в 25-26 лет.

Гоген тоже приобрёл большой жизненный опыт: был моряком и плавал по всему свету, работал биржевым маклером. В отличие от Ван Гога, он с детства увлекался живописью, а его жизнь была «богата событиями». Чтобы полностью посвятить себя искусству, однажды он навсегда покинул жену и детей. Жил длительное время на острове Мартиника в Карибском море.

В конце 1887 года Гоген уехал в Бретань и присоединился там к объединению художников. А Ван Гог переехал в городок Арль в Провансе, чтобы «наблюдать природу под более ярким небом». Он писал своему брату Тео, торговцу произведениями искусства: «Северные туманы скрывают цвета». Благодаря финансовой поддержке брата он снял небольшой, но уютный дом «цвета свежего масла». «Жёлтый дом», как Ван Гог называл своё новое жилище, навёл его на мысль создать здесь «Южную» студию. Ван Гог мечтал обрести художника-единомышленника, с которым он мог бы жить и работать вместе. Он считал, что только его новый друг, Поль Гоген, мог возглавить студию. Тео начал переговоры с Гогеном относительно реализации данного проекта в обмен на право продажи его картин. Гоген «был практически без гроша», Тео выслал ему официальное приглашение с приложенными к нему 500 франками. Гоген принял приглашение в июне, но под разными предлогами откладывал свой приезд в Арль.

Ван Гог тем временем много работал, создавая целые серии картин, включая знаменитые «Подсолнухи».

В начале октября он предложил Гогену обменяться автопортретами – тот дал своё согласие, и обмен состоялся.

А 23 октября Поль Гоген наконец-то поселился в «Жёлтом доме». Гоген развлекал Ван Гога рассказами «о своей полной приключений жизни, жизни настоящего мужчины», чем вызывал истинное восхищение у слушателя.

Позднее Гоген вспоминал, как трудно было «с Ван Гогом улаживать бытовые вопросы»: «Везде царил беспорядок. Его ящик для красок был переполнен немыслимым количеством вечно открытых тюбиков. А деньги! С самого начала я понял, что наши общие финансы будут находиться в таком же беспорядке… Я был вынужден завести разговор на эту тему, рискуя задеть его в высшей степени чувствительную натуру».

Более того, Гоген разработал строгий бюджет, в который, однако, был включён пункт «посещения борделя в целях здоровья». Художники считали, что они не могут себе позволить «заводить сложные любовные связи».

Спустя годы Гоген признавался, что всё время, которое они прожили вместе, его «преследовало предчувствие неизбежной беды». «Между двумя такими людьми, как он и я, неизбежно назревало напряжение. Ведь один был настоящий вулкан, да и в другом тоже бушевали скрытые страсти».

В творчестве Ван Гога в Арле наблюдался необыкновенный подъём. Он рисовал практически всё, что попадалось ему на глаза: деревья в цвету, стога сена, изумрудную траву и др. Он писал брату Тео в Париж: «У меня бывают моменты необычайного просветления, когда природа так великолепна, что я сам себя не осознаю, и картины приходят ко мне как во сне».

Ван Гог перенял привычку Гогена рисовать этюды на открытом воздухе, а заканчивать картину в студии. А Гоген в своих меланхоличных, исполненных в тёмных тонах, этюдах со сборщиками винограда вдруг чувственно передаёт зрителю авторское отношение к их нелёгкой судьбе «полной страданий и невзгод…»

Кроме занятий творчеством, друзья обсуждали интересные для них книги, исторические события, физиогномику. Много бесед посвятли религии и библейским сюжетам. «Мы всё время ведём бурные споры», - писал Ван Гог брату.

Обоим было полезно проводить досуг вместе.

        Однако Гоген в итоге назвал взгляды Ван Гога «следствием помутившегося рассудка и отсутствия мотивированной логики».

Позднее искусствоведы отмечали, что взаимовлияние этих гениев носило временный характер: «За девять недель, проведённых вместе, два великих художника создали лучшие свои полотна». Как правило, при этом вспоминаются портреты мадам Жину, владелицы Кафе де ла Гар, находившегося рядом с «Жёлтым домом», написанные обоими художниками.

Читаем в одной из статей, посвящённой художественному разбору этих картин: «Едва ли можно представить себе более непохожие работы. Ван Гог набросал свой вариант всего за час, пока мадам Жину позировала им обоим. В отличие от него Гоген начал с эскиза углём и мелом на бумаге, а потом перенёс портрет на передний план работы, изображающей сцену в баре. На этой картине мадам Жину с хитрым взглядом сидит за бокалом абсента».

Уже в ноябре, через месяц после приезда Гогена в Арль, Тео сумел продать в столице некоторые из его работ. Художник получил довольно крупную сумму денег. Такую сумму «ему давно не приходилось держать в руках».

Поездка в Арль оказалась весьма прибыльным проектом! Однако он понял, что Ван Гог – это не тот человек, не тот партнёр, с которым он сможет прожить хотя бы несколько лет и создать «Южную» студию. Именно в это время Пот Гоген начал думать о создании своей собственной, «Тропической» студии на Мартинике.

Чувствительный Ван Гог начал замечать, что Гоген хочет покинуть Арль. С каждым днём он всё яснее осознавал, что его мечте о создании совместной «Южной» студии не суждено будет сбыться. Это его приводило буквально в бешенство, что в итоге неизбежно ускоряло ход событий – отъезд Гогена… Он расценивал поведение своего любимого друга как предательство.

Однажды вечером он, опьяневший и обезумевший, запустил в голову Поля стакан с абсентом. На следующее утро он просил прощения. «Дорогой мой, - каялся протрезвевший Винсент, - я смутно припоминаю, что обидел тебя вчера вечером».

Гоген простил своего нервного друга, при этом он понял, что действительно пора уезжать… Следует ещё раз напомнить, что Поль Гоген ради личной свободы, ради возможности полностью посвятить себя искусству бросил своих детей и жену. Разве стал бы он жертвовать всем ради новоиспечённого друга? Конечно, нет!

Прошёл ещё один день. Поль Гоген объявил о своём решении покинуть в ближайшее время Арль и о том, что проект «Южной» студии Ван Гогу придётся реализовывать без него.

Жители городка стали свидетелями следующей сцены: Ван Гог бежал вслед за Гогеном по улице, громко и яростно «обвиняя его во всех смертных грехах». Гоген обернулся, чтобы объясниться, но неожиданно Ван Гог развернулся и побежал обратно, в свой «Жёлтый дом». Вне себя от отчаяния художник отрезал себе часть левого уха. Завернул его в бумагу и подарил знакомой проститутке из борделя.

Ван Гога отправили на лечение в психиатрическое отделение больницы. Поль Гоген уехал в Париж. После этого они никогда не встречались…

После разлуки с Гогеном Ван Гог чувствовал себя неудачником. Он создавал десятки великолепных картин, но «подавленность и отчаяние всё возрастали». Начались припадки, похожие на эпилепсию. 27 июля 1890 года Ван Гог выстрелил себе в грудь. Спустя два дня, в возрасте 37 лет, он скончался в местной больнице.

Подчас люди, плохо знающие творчество того или иного знаменитого художника, писателя, артиста, с удовольствием изучают его личную жизнь. «Эпизод с ухом Ван Гога» стал считаться одним из наиболее драматичных в истории искусства.

А что же Поль Гоген? Вырвавшись на свободу, он работал в течение 13 лет в Бретани и на островах Тихого океана. Каждый день, по его словам, он вспоминал девять недель, проведённых в маленьком провансальском городке. Он понимал, каким талантливым и одержимым художником был Винсент Ван Гог, он понимал, что более преданного друга на своём жизненном пути ему уже не доведётся встретить.

В 1898 году Поль Гоген, больной и нищий, жил на Таити. Он попросил своего знакомого из Парижа прислать ему семена подсолнуха. Он посадил их и вырастил цветы. С этих цветом он написал серию великолепных натюрмортов – в память о Друге, «Жёлтом доме» и «Южной» студии…

Георгий Милованов