Роберт Бернс. Сэр Умник дурит… 


Голь гулящая. Кантата

Речитатив:

Когда, как рой нетопырей,

листву пожухлую Борей

по воздуху гоняет,

когда морозец молодой –

от инея уже седой

и за щеки щипает,

тут к Дусе-Нансе в поздний час

веселые галахи –

братва бродяжья собралась

пропиться до рубахи.

Буянили, горланили

и пели кто о чем,

и хлопали, и топали,

аж плошки ходуном.

 

В мундире драном и с сумой

был тут служивый отставной,

у печки грелся жаркой,

и от сивухи окосев,

к солдату на колени сев,

забавилась сударка.

И целовал горюн в уста

свою хмельную любу,

и, как за милостынькой, та

вновь подставляла губы.

И чокались, и чмокались

по десять раз подряд,

и вольную, раздольную

песнь затянул солдат.

 

Песня на мотив «Солдатская утеха»:

Я – Марсово отродье и раны мне в угодье –

Их, будто бы медали, ношу всегда с собой.

За девку в бок пырнули, французы в грудь пальнули,

всадили мне две пули под барабанный бой.

 

Прошел науку рано – у бранного кургана,

где жизнь от смертной раны скончал бригадный мой,

но отслужил я скоро, когда мы без измора,

с напору взяли Моро под барабанный бой.

 

На флоте очутился и там я поплатился

солдатской чести ради рукою и ногой.

Но знай, страна родная, - на клюшке ковыляя,

Коль надо, в строй я стану под барабанный бой.

 

Пусть нынче – я бродяжка, пусть с костылем и тяжко,

зато сума да фляжка, да женка есть со мной.

Так мне и горя мало, хожу я, как бывало

ходил в мундире алом под барабанный бой.

 

Пускай в тряпье убогом шатаюсь по дорогам

И сплю порой под стогом, пусть волос стал седой!

Не хаю жизнь такую: с бутылкой потолкую,

Так хоть и черта вздую под барабанный бой!

 

Речитатив:

Он кончил. Крыша затряслась

От рявкнувшего хора.

Две крысы, в ужасе мечась,

Едва укрылись в норы.

Скрипач бродячий тот же час

Солдату крикнул: фора!

Но тут сударка поднялась

И все затихло скоро.

 

Песня на мотив «Красавец-солдат»:

И я была в девках, когда – не скажусь!

А все как бывало с парнями вожусь.

С драгуном мамаша спозналась когда-то,

так диво ль, что жизнь мне не в жизнь без солдата?

Эх, пой да гуляй и т. д.

 

Был первенький мой, что цветочек румян,

по должности лихо стучал в барабан,

ядреный – что репка, одет франтовато,

Так можно ль не быть без ума от солдата?

Эх, пой да гуляй и т. д.

 

Потом подвернулся мне поп полковой,

Хоть старенький попик, да славный такой.

Коль душу он на кон, так плотью отплата!

Тут я и сбегла от красавца-солдата.

Эх, пой да гуляй и т. д.

 

С блажным запивохой соскучилась я,

весь полк, почитай, перебрала в мужья.

Уж больно слаба я до ихнего брата,

подай мне и только – красавца-солдата!

Эх, пой да гуляй и т. д.

 

А как замирились, пошла я с сумой

да мне повстречался любезненький мой.

калека, мундир – на заплате заплата!

Вдругорядь влюбилась я с горя в солдата.

Эх, пой да гуляй и т. д.

 

Я жизнь, почитай, уж скончала свою,

а все за компанию пью да пою.

И ежели чаркой бываю богата,

Так пью за здоровье героя-солдата.

Эх, пой да гуляй и т. д.

 

Речитатив:

В укроме с площадным шутом

зазноба медника сидела.

Они любились под хмельком,

До песен не было им дела.

Вдруг шут, от браги обалделый,

бабенку чмок что было сил.

Его волынка задудела,

и скорбно он заголосил.

Песня на мотив «Старый сэр Симон»:

Сэр Умник дурит, как напьется,

Сэр Вор, как попался впросак,

суду в своей дури клянется,

а я без обману дурак.

 

Букварь моя бабка дала мне,

и в школу пошел я тогда,

да грамота впрок не пошла мне –

балда он и будет балда!

 

Полжизни на кралей кладу я,

за чарку и жизнь положу.

А что же и взять с обалдуя,

как сам на себя погляжу?

 

В колодках меня потомили –

беду кулаком-де развел!

И в церкви меня осрамили –

рукой-де попал под подол!

 

Любил опрокинуть не раз,

зато и даю кувырки я.

Сам главный министр горазд

На опрокидонты такие.

 

Ужимками тешит народ

Отец долгогривый со вздохом,

Когда скоморохов клянет,

подобен он сам скоморохам.

 

А песенку кончу я так:

кто глуп, тот от дури не спрячется

и тот, кто не в шутку дурак,

дурее того, кто дурачится.

Перевод: С. Петров

 

Ночлег в пути

Меня в горах застигла тьма,

Январский ветер, колкий снег.

Закрылись наглухо дома,

И я не мог найти ночлег.

 

По счастью, девушка одна

Со мною встретилась в пути,

И предложила мне она

В ее укромный дом войти.

 

Я низко поклонился ей –

Той, что спасла меня в метель,

Учтиво поклонился ей

И попросил постлать постель.

 

Она тончайшим полотном

Застлала скромную кровать

И, угостив меня вином,

Мне пожелала сладко спать.

 

Расстаться с ней мне было жаль,

И, чтобы ей не дать уйти,

Спросил я девушку: - Нельзя ль

Еще подушку принести?

 

Она подушку принесла

Под изголовие мое.

И так мила она была,

Что крепко обнял я ее.

 

В ее щеках зарделась кровь,

Два ярких вспыхнули огня.

- Коль есть у вас ко мне любовь,

Оставьте девушкой меня!

 

Был мягок шелк ее волос

И завивался, точно хмель.

Она была душистей роз,

Та, что постлала мне постель.

 

А грудь ее была кругла, -

Казалось, ранняя зима

Своим дыханьем намела

Два этих маленьких холма.

 

Я целовал ее в уста –

Ту, что постлала мне постель,

И вся она была чиста,

Как эта горная метель.

 

Она не спорила со мной,

Не открывала милых глаз.

И между мною и стеной

Она уснула в поздний час.

 

Проснувшись в первом свете дня,

В подругу я влюбился вновь.

- Ах, погубили вы меня! –

Сказала мне моя любовь.

 

Целуя веки влажных глаз

И локон, вьющийся, как хмель,

Сказал я: - Много, много раз

Ты будешь мне стелить постель!

 

Потом иглу взяла она

И села шить рубашку мне,

Январским утром у окна

Она рубашку шила мне…

 

Мелькают дни, идут года,

Цветы цветут, метет метель,

Но не забуду никогда

Той, что постлала мне постель!

Перевод: С. Маршак