Высоким слогом. В жизнь поэта вкралась опечатка


Анакреон (559-478 годы до н.э.)

***

Нежный Гиг средь нас носился,

Точно юный бог блаженный,

И, тряся фракийской гривой,

Приводил нас всех в восторг,

Что же с ним теперь случилось?

Устыдись, злодей цирюльник!

Ты состриг такой прекрасный

Нежный цвет его кудрей,

Золотых, как луч заката,

Золотых, как мед пчелиный,

Тех кудрей, что так чудесно

Оттеняли нежный стан.

Но теперь - совсем он лысый,

А венец кудрей роскошный

Брошен мерзкими руками

И валяется в пыли.

Грубо срезан он железом

Беспощадным, я ж страдаю

От тоски. Что будем делать?

Фракия от нас ушла!

Пер. С. Лурье

 

Лопе де Вега

***

За нежный поцелуй ты требуешь сонета.

Но шутка ль быть творцом четырнадцати строк

На две лишь четки рифм? Скажи сама, Лилета:

«А разве поцелуй безделка?» Дай мне срок!

 

Четыре есть стиха, осталось три куплета.

О Феб! о добрый Феб! не будь ко мне жесток,

Хотя немножечко парнасского мне света!

Еще строфа! Смелей! Уж берег недалек!

 

Но вот уж и устал! О мука, о досада!

Здесь, Лила - поцелуй! тут рифма и - надсада!

Как быть? Но бог помог! еще готов терцет!

 

Еще б один - и все! пишу! хоть до упада!

Вот!.. Вот! почти совсем!.. О радость, о награда!

Мой, Лила, поцелуй, и вот тебе сонет!

Пер. В. Жуковского

 

Джо Уоллес

А мне все снится сон

Ночь – серебристый лебедь,

Сиянье лунных лон...

А мне всё снится, снится,

А мне всё снится сон...

 

Забыта боль разлуки,

Замолк усталый стон...

А мне всё снится, снится,

А мне всё снится сон...

 

Мы вновь с тобою вместе,

Я молод и влюблён...

А мне всё снится, снится,

А мне всё снится сон...

 

Счастливое свиданье,

Без слёз, без расставанья...

А мне всё снится, снится,

А мне всё снится сон...

Пер. Я. Белинского

 

Рафаэль Альберти

***

Пригодится твоя иголка

На борту моего корвета.

Будешь шить паруса из шелка,

Голубого и белого цвета.

- Ну, а нитки откуда нам взять,

Нам с тобой, капитанам босым?

- А на нитки отрежем прядь

Из твоей золотой косы.

Пер. В. Столбова

 

Урс Оберлин

***

Когда ты вошла,

в нашем городе

все ключи повернулись в замках,

отпирая двери.

Просветлели

все зеркала…

Минуты внутри часов

сгорали беззвучно.

Когда ты вошла,

позади меня

тень моя на стене

исчезла.

Пер. В. Вебера

 

Лэнгстон Хьюз

Жизнь прекрасна

Спустился я к быстрой речке,

Спустился сам не свой.

Не в силах был рассуждать я,

Прыжок - и я под водой.

 

Я вынырнул раз, и другой раз…

Утопился б наверняка,

Была бы вода потеплее

И речка не так глубока!

 

Да, но вода

В этой реке

Так холодна!

 

Я поднялся на лифте,

Двадцатый этаж подо мной.

Я вспомнил тебя и подумал:

Не прыгнуть ли вниз головой?

 

Такая печаль взяла меня,

Такая взяла тоска,

Что будь хоть немного пониже,

Я прыгнул бы наверняка!

 

Но - высоко:

Страшно взглянуть!

Жуть!

 

И раз уж я жить остался,

То жить я буду и впредь.

Затем ли на свет я родился,

Чтоб от любви умереть?

 

Ты увидишь, как я заплачу,

Услышишь, как я закричу,

Но мертвым меня не увидишь -

Я умирать не хочу!

 

Жизнь - ведь она

Слаще вина!

Выпью до дна!

Пер. В. Британишского

 

Лэнгстон Хьюз

Прощальный блюз

Подари на прощанье мне билет

На поезд куда-нибудь.

Подари на прощанье мне билет

На поезд куда-нибудь.

Мне все равно куда он пойдет,

Лишь бы отправился в путь.

 

Пусть будет недолгая наша любовь

И сладостна и светла.

Пусть будет недолгой эта любовь,

Что наши сердца зажгла.

Пусть будет недолгой наша любовь,

Чтоб я уехать могла.

 

Навсегда уехать могла.

Пер. М. Зенкевича

 

Иозеф фон Эйхендорф

Лорелей

- Холодный ветер, ночь темна,

А ты, красавица, одна.

Бескрайний, тёмный лес кругом.

Скачи за мною! Где твой дом?

 

- Хитёр и лжив весь род мужской,

Оставь меня с моей тоской.

Ты слышишь? Рыщет рог, трубя,

Оставь меня... Спасай себя!

 

- Твой конь в алмазах весь, как ты,

Сама ты дивной красоты.

О боже! Горний свет пролей!

Не ты ль колдунья, Лорелей?

 

- Узнал? Где встал седой гранит,

Мой дом с вершины в Рейн глядит.

И тьма и стужа... Нет пути!

Тебе из леса не уйти!

Пер. В. Левика 

 

Томас Кэмпион

***

Все сплетни собирай,

Подслушивай, следи;

Где раньше был твой рай,

Там ад нагороди:

 

Когда Любовь сильна,

Ей Ревность не страшна.

Пустые слухи в явь

Старайся обратить,

Отжившим предоставь

О юности судить:

Когда Любовь сильна,

Ей Ревность не страшна.

Во всем ищи намек,

Толкуй и вкривь и вкось;

На золотой крючок

Уди, - что, сорвалось?

Когда Любовь сильна,

Ей Ревность не страшна.

Пер. Г. Кружкова

 

Поль Верлен

Сплин

Алеют слишком эти розы,

И эти хмели так черны.

 

О дорогая, мне угрозы

В твоих движениях видны.

 

Прозрачность волн, и воздух сладкий,

И слишком нежная лазурь.

 

Мне страшно ждать за лаской краткой

Разлуки и жестоких бурь.

 

И остролист, как лоск эмали,

И букса слишком яркий куст,

 

И нивы беспредельной дали, -

Все скучно, кроме ваших уст.

Пер. Ф. Сологуба

 

Альфред Мюссе

Песня

Слабому сердцу посмел я сказать:

Будет, ах, будет любви предаваться!

Разве не видишь, что вечно меняться -

Значит в желаньях блаженство терять?

 

Сердце мне, сердце шепнуло в ответ:

Нет, не довольно любви предаваться!

Слаще тому, кто умеет меняться,

Радости прошлые - то, чего нет!

 

Слабому сердцу посмел я сказать:

Будет, ах, будет рыдать и терзаться.

Разве не видишь, что вечно меняться -

Значит, напрасно и вечно страдать?

 

Сердце мне, сердце шепнуло в ответ:

Нет, не довольно рыдать и терзаться,

Слаще тому, кто умеет меняться,

Горести прошлые - то, чего нет!

Пер. В. Брюсова

 

Морис Фомбер

Хороводная

Хоровод кружился,

А король грустил:

Не было с ним рядом

Той, кого любил.

 

В церкви мессу пели,

А король рыдал:

Не было с ним рядом

Той, кого желал.

 

В роще птицы пели,

А король не пел:

На себя он руки

Наложить хотел;

 

Я всё это видел:

Были мы вдвоём

С той, которой не было

Рядом с королём.

Пер. М. Кудинова

 

Леопольд Стафф

Нике Самофракийская

Реет музыка в складках одежды легчайшей.

Недоступен для птицы полет твой великий,

О богиня триумфа, - сквозь время все дальше

Ты уносишься, Самофракийская Нике!

 

Хлещешь крыльями воздух и в вихре полета

Лавры славы несешь. Не хочу их нимало.

Лишь тому я завидую, ради кого ты

Напрочь голову в дальних веках потеряла.

Пер. М. Петровых

 

Морис Карем

Что с того!

Порой не знал он, что сказать,

Она тем более не знала.

Но им друг друга понимать

Нисколько это не мешало.

 

Не знал он, любит ли ее.

Она тем более не знала.

Но что с того! Житье-бытье

И это им не омрачало.

 

Не знал он, как идут дела.

Она тем более не знала.

Но что за важность! Жизнь текла

И всеми красками сверкала.

 

Чем для нее он в жизни был,

Не знал он. И она не знала.

Но что с того! Игра судьбы

Их крепко-накрепко связала.

Пер. М. Кудинова

 

Бонавантюр Деперье

Любовь

Вышел на праздник

Юный проказник,

Без упоенья и слез,

В день изобилья

Новые крылья

Сплел он из лилий и роз.

 

Сладости любит,

Но лишь пригубит -

Вмиг улетает, пострел,

В этой снующей

Праздничной гуще

Мечет он молнии стрел.

 

Скольких ни встретит,

В каждого метит,

В сердце стремится попасть.

Лучник умелый

Шлет свои стрелы,

Яд их погибельный - страсть.

 

Смех твой - награда

Тем, кто от яда

Гибнет, печаль затая.

Мальчик жестокий!

Наши упреки

Мать услыхала твоя.

 

Взор ее строгий

В смутной тревоге

Ищет тебя на лугу,

В дикорастущих

Чащах и пущах,

В праздничном шумном кругу.

Пер. А. Ревича

 

Виктор Гюго

***

Когда б мои стихи, как птицы,

Могли бы крыльями взмахнуть,

Они вспорхнули б со страницы.

И отыскали бы к вам путь.

 

Когда б они крылаты были,

Как феи, что хранят ваш дом,

Они бы распростерли крылья.

Над вашим мирным очагом.

 

Они над вами бы парили,

К вам возвращаясь вновь и вновь,

Когда б они имели крылья,

Имели крылья, как любовь.

Пер. В. Левика

 

Юлиан Тувим

Опечатка

В жизнь поэта вкралась опечатка,

Путаница в тексте на виду -

Требуется авторская правка:

От рожденья на сороковом году,

На каком от смерти - неизвестно,

Автор просит все исправить вновь:

В тексте вместо слова «безнадежность»

Следует опять читать «любовь».

Пер. К. Симонова 

Фото - Галины Бусаровой