Солдат Великой Отечественной


Александр Степанок Германия, 1946
Александр Степанок Германия, 1946

В преддверии празднования 70-летия Победы в Великой Отечественной войне,  в конце 2014 года в  военной организации открылась выставка московского художника Александра Степанка.  Автор был выбран не случайно, он –  фронтовик.  К сожалению, прошедшая война метастазами зловещей опухоли проросла в сегодняшний день. Все коварнее и хитрее подрываются национальные устои, разрушается русский образ мышления,  выворачиваются наизнанку традиционные представления о прекрасном. У спасенной Европы, и даже в среде братских народов у отдельных представителей оказалась короткая память.  И как актуально даже то,  что Александр Евгеньевич родился  в 1926 году  и провел детство в небольшом  городке Ананьеве Одесской области. Он стал свидетелем его оккупации  немецко-фашистскими захватчиками,  и, как рассказал художник, сердце его до сих пор содрогается при воспоминании о звуках пулеметной очереди, когда расстреливали население  его городка, и среди них его  ровесников подростков-евреев. А сегодня на его малой родине вновь гибнут мирные люди - идет гражданская война. Празднование Дня Победы переносится  на  8 мая, да и этот день георгиевскую ленточку там не приколешь, чтобы не оказаться «колорадом».

В работе «Памяти отца» с его фото,  любимой скрипкой и  кителем, на котором висят награды, запечатлен  русский мир его детства, который был общим для Советского Союза.  В работе   нашла отражение культура небольшого городка:  в семье родителей Степанка проводились музыкальные вечера,  у отца был друг – художник и маленького Сашу приводили к нему в мастерскую, где он рисовал  цветными карандашами.

После освобождения города Ананьева в 1944 году,  когда автору исполнилось 18 лет,  он  был призван  в Красную Армию. Подготовка была всего полгода,  затем он  попал на фронт и оказался в Венгрии под Балатоном, где было одно из самых страшные сражений в конце войны - 16 марта 1945 было наступление фашистов,  он был ранен в ногу. Пуля угодила в сухожилия, и  чтобы  сохранилась способность ходить, ее оставили.  Его отправили в госпиталь, возможно,  это ранение  спасло ему жизнь. И уже  через три  недели он был вновь отправлен на фронт, но вскоре была Победа. Однако сам Александр Евгеньевич даже стесняется рассказывать о том, как он воевал, потому что, по его мнению, его испытания  были невелики  по сравнению с теми, кому пришлось быть на фронте с первых дней войны. Это поразительная скромность русского человека, который  знает, что такое  воинский подвиг.  А вот после Победы его оставили служить в Германии еще долгих  7 лет. Часто однополчане просили его нарисовать на листке свой портрет – фотку, как они ее называли, чтобы, сложив его треугольничком, выслать его письмом  на  родину. Уже тогда у воина Степанка зародилась мысль посвятить свою жизнь искусству.

После демобилизации он оказался в Москве, женился, родился первый ребенок. Полуголодную жизнь послевоенного периода мы уже с трудом себе представляем. Требовалось   много работать, чтобы  прокормить семью – однако, ничего не могла заглушить его жажды творчества. Художник купил этюдник, с которым он не расставался – каждая свободная минута использовалась, чтобы писать. Уже в  тридцатилетнем возрасте Степанок поступил на первый курс Училища Памяти 1905 года и окончил его.  А в 40 лет он  завершил второе образование на заочном отделении Московского Государственного Педагогического Института.

Любимый жанр художника — пейзаж. Военная тема никогда не возникала в его творчестве на прямую, но, как у всех фронтовиков у него подспудно всегда присутствовала мысль, что он остался  жив  ради чего-то очень важного.  На его полотнах нет Брестской крепости. Но подобно ее защитникам творчество художника  отражает душевное состояние человека, его спасенную на войне человечность и  духовные накопления,  сделанные за все послевоенное время. 

 Говоря о достоинстве своих работ, он так же скромен, как и в оценке своего участия в войне. Хорошие пейзажи  у него якобы получаются случайно. 

Одно из главных достоинств живописи Степанка в мастерстве – передачи  многообразия  состояний природы средней полосы России. Сам художник говорит, что более всего он любит  весну в мае. Однако, на выставке представлены пейзажи со всеми оттенками  цветовой гаммы, характерной  для данной местности в ее  неповторимости времени года,  суток, мгновений,  которые художник переводит на полотне в вечное длящееся переживание прекрасного. Он продолжает традиции своих учителей, непосредственных и тех, кого  изучал в музеях. Среди них  многие  известные  художники  ХIХ - ХХ веков.  Автор никак не претендует на оригинальность, главное для него в работе передать настроение.     Нет, все эти яркие состояния  есть в работах художника: весны с ее майским цветением, лета с его полуденным солнцем, золота осени, зимний пейзаж, когда  «Мороз и солнце день чудесный». Одно из его любимых мест — деревня Глухово.  Представленная в работе «Заливной луг», где золото осени, синее небо и гуси, пасущиеся на лугу — это  один из шедевров русского пейзажа. Однако более всего меня трогает, как художнику  удается, завещанная Саврасовым  и передвижниками,    выразительность  русской природы в   период ее «межсезонья», когда менее всего включены внешние эффекты. И тогда деревня Глухово предстает совсем иной:  поразительно передана внутренняя мощь природы в момент, когда    уже  осень без золота, все листья опали, ветви деревьев превратились в темную массу. В работе «Деревня Глухово. Иней» снег лишь чуть припорошил темные прогалины реки. Серое небо, силуэты деревенских изб с заснеженными крышами, видимые сквозь темные  стволы окрестного леса.  Вот и весь мотив, но в нем вся Русь. Художник  никогда не демонстрирует свое мастерство живописца, но есть своеобразная жажда правды  в этом утверждении прекрасного  в природе, когда  обыденное сознание  менее всего его замечает.  Какая-то особая, связанная именно с русским менталитетом чувствительность души и сердечная теплота делают  полотна  автора классикой  школы живописи советского периода и настоящего времени. 

С возрастом, когда художнику стало труднее работать на пленере, он по-прежнему почти каждый день приходит в мастерскую, пишет натюрморты, на которых собранная им коллекция дорогих ему предметов и   цветы, которые никогда не завянут.  В последние годы он пишет в формате  с ярко выраженной вертикалью. Если работы повесить  в ряд, они  напоминают трубы органа, из которых звучит музыка его живописи.

В перестроечное время во многих  областях культуры наблюдалось состояние упадка, и нам особо дороги те ее представители, которые сегодня являются связующим звеном с поколением, которое жаждало созидания и реализовало его в труднейших условиях послевоенных лет, времени перестройки, да и сегодняшней совсем нелегкой для художников ситуации, как воины остаются в строю.

Незадолго до выставки, автор вынужден был взять такси, что бы подъехать в мастерскую. На вопрос водителя,  куда он едет, художник ответил, на работу в мастерскую. «Дед, пора тебе отдыхать!» -  бесцеремонно заметил таксист. Александр Евгеньевич промолчал, а мне с горечью сказал: «Ну как я ему объясню, просто я люблю свою работу!». А мне нечего было ему ответить.

Увидев, как на выставке   художника  окружили  тесной гурьбой молодые воины, чтобы  взять  у него автограф на репродукциях с его работ, у меня отлегло от сердца.   Они, его внуки  и правнуки так к нему тянулись, как будто  из рук фронтовика  хотели получить ту точку опоры, которая так необходима молодому поколению для утверждения чувства человеческого и национального достоинства. 

Елена Лисенкова


Тёплый день, 1995
Тёплый день, 1995
За окном гвоздики, 1985
За окном гвоздики, 1985
Заливной луг, 1997
Заливной луг, 1997
Васильки, 2008
Васильки, 2008
Полевые цветы, 2011
Полевые цветы, 2011