И вновь о Победе


Монастырь Ан-нурийе Север Ливана
Монастырь Ан-Нурийе, Север Ливана

Из прочитанных мной воспоминаний о митрополите Илие В.Поволяеве «По местам молитвенных подвигов митрополита Илии», Сергея Фомина. Великий молитвенник за Русь православную, Протоиерея В.Швеца «О чудесах Казанской иконы Божией Матери», Священник Н.Петров. «К пребыванию в СССР митрополита Илии Карама», воспоминаний его племянника Насифа Карама, отец которого был родным братом митрополита, воссоздалась следующая картина, как совершался молитвенный подвиг, и какова была реакция в СССР.

Явившаяся митрополиту Илие в огненном столпе Божия Матерь объявила, что России надлежит открыть во всей стране храмы, в них должны быть начаты богослужения, из тюрем — немедленно выпущены все священники и возвращены в церкви, так же немедленно открыты монастыри — те, что остались целы, но были превращены, как и многие церкви, в склады и различные подсобные помещения после ноября 1917 года.

Особое место в молениях должно было быть отведено двум иконам, одна из которых находилась в Москве в Елоховском соборе, другая — в Ленинграде, во Владимирском соборе, обе — Казанскии иконы Божией Матери, но икона из Владимирского собора была без золотого венца.  Золотой венец появится на ней уже после Второй мировой войны, и украсит им икону Илия Карам, митрополит Гор Ливанских. Но произойдет это через шесть лет. Этой иконой Божия Матерь велела обнести Ленинград — обойти его кругом, крестным ходом, и тогда немцы не смогут прорваться в этот город. Перед иконой Казанской Божией Матери, находящейся в Москве, следовало отслужить молебен, и она должна была в дальнейшем проследовать с войсками Красной Армии до границ России. За пределы же наших границ иконе выходить было нельзя.     Все, что явившаяся митрополиту Гор Ливанских Божия Матерь открыла, тот обязан был передать в Россию, а после войны поехать в Советский Союз и поведать, как все было. Митрополит поступил, как было велено. Посольские сотрудники с дипломатической почтой передали в Москву соответствующий пакет. Подобным же образом сработала и церковная почта. 

Через некоторое время Сталин принял у себя в Кремле делегацию Православной Церкви. В нее вошли всего три человека: местоблюститель Патриаршего Престола митрополит Сергий, митрополит Ленинградский Алексий, ставший потом после Сергия Патриархом Русской Православной Церкви и митрополит Николай (Ярушевич). Встреча была долгой. О ней почти ничего не сообщалось в печати, но она стала поворотной для всех религий, существовавших в Советском Союзе. Вот факт, который более чем красноречиво говорит сам за себя: во время войны в Советском Союзе - «безбожном государстве» - были открыты около 20000 церквей. Сталин после этой встречи начал регулярно видеться с крупными российскими духовными лицами. Часть из них была награждена орденами. Более того, существует свидетельства очевидцев о том, что Сталин в годы войны начал молиться сам, и молился именно иконе Божией Матери. Священник Н.Петров, писал: «Как было то ни было, с начала войны в СССР была свернута антирелигиозная пропаганда. Есть сведения, что уже в июле 1941 года состоялась первая встреча Сталина с митрополитом Сергием, которой, как утверждается оба остались довольны.

К октябрю 1941 года прекратился выход всех специализированных антирелигиозных изданий. Журнал «Под знаменем марксизма» переориентировался на публикацию историко-патриотических статей, а в 1944 году вовсе прекратил свое существование.  Тогда же была ликвидирована антирелигиозная секция при Институте философии Академии Наук СССР, а созданный Емельяном Ярославским Центральный музей истории и атеизма оказался фактически выброшенным на улицу».

Но вернемся к чудотворным иконам. Ленинград уже в самом начале войны попал в страшнейшее положение, людей добивали не только немецкие бомбы и снаряды, добивал голод, добивал холод. За три без малого года блокады Ленинград потерял более миллиона жителей. Это были мирные люди - старики, женщины, дети.  Почти все мужчины воевали на фронте. Голодные, едва волочащие ноги ленинградцы, больше похожие на тени, чем на людей, следуя наказу Божией Матери, переданному через митрополита Илию, вынесли из Владимирского собора икону и на подкашивающихся ногах стали совершать обход Ленинграда. Они твердо верили, что пока Казанская икона Божией Матери находится в Питере, никакой враг не возьмет город. Так оно и получилось — немцы не взяли Ленинград, простояв у стен без малого три года. Дальше икона, как и та, что находилась в Москве, совершила свое шествие по фронтам, с одного на другой.

4 ноября 1943 года— день празднования Казанской иконы Божией Матери был освобожден Киев — город, с которого некогда начиналась Русь. С.Фомин писал: «Изменение отношения правительства к Церкви в первые годы войны было прелюдией для еще более решительных действий со стороны властей».

Днем 4 сентября 1943 года на ближайшей даче в Кунцеве Сталин собрал совещание, в котором участвовал Г.М.Маленков, Л.П.Берия. На совещании присутствовал полковник НКГБ Г.Г.Карполв. Обсудив некоторые практические вопросы, было решено провести встречу Сталина со священноначалием Церкви. Поздним вечером того же дня в Троицкие ворота Кремля въехал черный правительственный лимузин. В нем находились Местоблюститель Патриаршего престола Сергий. Митрополит Алексий (Симанский) и митрополит Николай (Ярушевич). Через несколько минут они были уже в кабинете. Навстречу святителям вышел начальник кабинета...

В ходе беседы Сталин неоднократно подчеркивал, «Церковь может рассчитывать на всестороннюю поддержку правительства во всех вопросах, связанной с ее организацией, укреплением и развитием внутри СССР». В беседе принимал участие В.М.Молотов и Г.Г.Карпов.

Архиерейским Собором, состоявшимся в Москве через четыре дня после встречи в Кремле. 8 сентября 1943 Патриархом Московским и всея Руси был избран владыка Сергий (Страгородский). Собор начался с того, что был пропет тропарь Казанской иконе Пресвятой Богородицы: «Днесь светло красуется славнейший град Москва...»

По образному выражению митрополита Николая (Ярушевича), «наша Церковь вновь засияла во всей полноте своего иерархического чина».

«Ваше избрание,- писал в телеграмме Патриарху Сергию митрополит Илия, - исполнило наши сердца радости. В продолжении трех дней церкви на Ливане были открыты днем и ночью и колокола перезванивали весело. Благодарим Бога за восстановление в России патриаршества и молимся о победе русского воинства под водительством маршала Сталина, великого защитника человечества. Да дарует Всемогущий Бог Вам силы и долгую жизнь к славе Церкви».

Конец провозглашавшейся еще до войны так называемой «безбожной пятилетки», когда в стране должен был быть закрыт последний храм и уничтожен последний священник, приходился, как известно, на 1943 год. Тот же 1943 год должен был стать годом основания «немецкой национальной Церкви». Вместо этого был избран Патриарх, приостановилось гонение на Церковь, началось ее возрождение.

Как же происходило становление этой удивительной личности Митрополита Илии, сыгравшего столь важную роль в истории России, и всего СССР. О первых годах жизни, отрочестве, юности мы знаем из воспоминаний его племянника Насифа Карима, отец которого был родным братом митрополита.

Предки Илии Карама лет триста тому назад поселились в Бхамдуне. Говорят, что эта небольшая православная семья ведет свой род от Селим-бека Карама из Северного Ливана. В этом тихом и скромном селении среди природы, исполненной мира и покоя. 8 мая 1903 года родился Селим Карам, будущий митрополит Илия. В семье его отца Насифа Карама и матери Мириам уже было четверо детей - Форж, Фасис, Михаил (мой отец) и Сара.

Первые знания Селим получил в начальной школе Бхамдуна, где обучался арабскому и французскому языкам. В десять лет он окончил школу, и тут его охватила благоговейная приверженность к Святой Деве. Селима часто не было дома. Он уединялся в одном из небольших бхамдунских виноградников, где устроил себе часовенку в честь Богородицы. Там он проводил не менее десяти часов в день.

Отцу это не нравилось. Он был торговцем и владел каменоломней, где добывался камень для мельничных жерновов, пользовавшихся спросом во многих арабских странах. Он проявлял к Селиму строгость, желая, чтобы тот отказался от своего занятия и помогал ему в торговле.

Божий Промысел ускорил шаги Селима на пути служения Церкви. Он заболел тифом и едва не умер. Очень тревожась за него, отец дал обет посвятить его Господу, если мальчик выздоровеет. Так оно и случилось.

Но любовь мальчика в Богоматери оказалась сильнее. и, в конце концов, родители оставили его в покое.

Богоматерь Ан-Нурийе
Богоматерь Ан-Нурийе

После выздоровления мальчика семью посетил Патриарх Григорий IV. Видя искренность мальчика в желании посвятить себя Господу, патриарх определил ему преподавателя, чтобы учить наукам, какие положены по церковному уставу- это было 2 марта 1918 года, а в том же году 25 декабря Патриарх поставил его в чтецы, а в следующем 1919 направил в Высшую духовную школу в Дамаске, которую он окончил через два года.

5 августа 1923 года патриарх возвел в его в сан диакона кафедрального собора в Дамаске и через четыре месяца направил в Бейрут служить диаконом Бейрутской митрополии, как попросил его о том митрополит Герасим Масарра. 6 августа 1926 года митрополит возвел его в сан архидиакона Бейрутской епархии, убедившись в его деловитости, учености, разумении и скромности. В 1930 году тот же митрополит возвел его в сан архимандрита, а 20 октября 1934 года состоялась хиротония Илии Карама в сан митрополита.

Илия Карим был самым молодым из митрополитов и в то же время - самым энергичным и деятельным.  С первых же дней он заботился о селениях, пребывающих в бедности (таких было немало), реставрировал церкви и строил новые храмы, помогал действующим монастырям и учреждал новые. Он проявлял заботу не только о своей пастве, но помогал всем и всякому, кто в нем нуждался, будь то на севере или на юге.»

Митрополит Илия выполнил ту Миссию, которая ему была поручена Божией Матерью во время Великой Отечественной войны. Но   ему предстояло выполнить последний пункт -  после войны поехать в Советский Союз и поведать, как все было.

Продолжение следует.

Елена Лисенкова