Интервью

№10 от 26 июля 2025 г.

Денис Захаров. Интервью с солистом Большого театра

Елена Чапленко. Как проходит Ваш нынешний сезон в Большом театре?

Денис Захаров. Благодаря новому руководству в лице Валерия Гергиева очень активно проходит сезон. Состоялось достаточно большое количество премьер на фоне плотного графика предыдущих спектаклей. В частности, новая партия Воланда в «Мастере и Маргарите». Достаточно активно идёт рабочий процесс. Количество спектаклей увеличилось. Вернулся замечательный балет на Новую сцену Большого театра «Чиполлино». В нём я исполняю графа Вишенку - одна из ведущих партий. Прекрасно, что вернулся спектакль «Спящая красавица» после долгого перерыва из-за авторских прав итальянского художника. Большой театр без «Спящей красавицы» представить было невозможно.

 

Елена Чапленко. Кто Ваш педагог?

Денис Захаров. Борис Борисович Акимов, народный артист Советского Союза.

 

Елена Чапленко. Ранее Вы занимались у солиста Большого театра Дениса Медведева? Расскажите об этом.

Денис Захаров. Это длинная история. Я приехал в Москву в 15-м году в Московскую академию хореографии и попал к нему в класс. У нас был такой достаточно долгий, тернистый путь в училище, сопровождённый большим количеством наград; из них пять золотых медалей, одно гран-при. У нас была достаточно продуктивная работа. И с приходом в театр Махар Вазиев мне задал такой вопрос - с кем я хочу работать. Я ему сказал - вы видели результат предыдущих лет и, если вы не против, мы можем продолжить с Денисом Медведевым, и он согласился. На протяжении первых трёх лет в театре мы продолжали работать с Медведевым, он стал мне фактически отцом. Он многогранный педагог, большой кладезь знаний, а так как он сам учился у Валерия Лагунова - это целая балетная планета, целая балетная эпоха, поэтому постигать с ним новое было очень здорово, он постоянно находится в развитии. Денис - один из тех людей, которые никогда не останавливаются на достигнутом, то есть для него всегда идёт процесс развития, и это здорово, когда ты и твой педагог, то есть ученик и педагог идут по одной дороге, постигают что-то новое вместе. Он молод, эмоционален и работа с ним всегда была достаточно яркой.

 

Елена Чапленко. Как происходило Ваше знакомство с балетом?

Денис Захаров. У меня забавная была история - как я познакомился с балетом. Первое увиденное - из того, что шло по телевизору - была «Баядерка» 2000 года - запись Большого театра на канале «Культура». И Денис Медведев - я не знал ещё, что это Медведев, я был совсем ребёнком - исполнял там роль Золотого божка. По рассказам моей матери, я тогда пародировал и скакал, изображал этого бога. И, что самое смешное, я, приехав в Москву, попал к нему в класс. И ещё забавнее, с приходом в театр в первую неделю работы моя самая первая театральная роль была партия Золотой божок. Золотой божок - это одна из главных партий Медведева, и он, наверное, один из самых узнаваемых в этой роли. Но у него было много других интересных работ – Нижинский, Казанова. Я не могу однозначно сказать, что у него какая-то роль мне запомнилась больше всего. Замечательный артист, он везде разный, он очень обаятельный, артист с большим прыжком и обаянием - то что должно быть у танцовщика, он пленяет взгляд и внимание как мужчин, так и женщин.

 

Елена Чапленко. Какое у Вас амплуа?

Денис Захаров. Все думают, что я принц.

 

Елена Чапленко. У Вас есть партия, которую Вы могли бы назвать своей визитной карточкой?

Денис Захаров. У меня достаточно контрастный репертуар, у меня есть отрицательные персонажи и положительные, классические персонажи и неклассические. Я не могу сказать, что какая-то партия у меня называется визитной карточкой. Как противоположность могу назвать. Я исполняю как Дезире, так исполняю и Злого гения, как исполняю принца Щелкунчика, так исполняю и князя Курбского в «Иване грозном», как исполняю какого-то положительного персонажа из сказки, так исполняю и Воланда в «Мастере и Маргарите» как исполняю жертву, так исполняю и охотника. Есть, наверное, какие-то более любимые вещи, конечно, «Щелкунчик», «Лебединое озеро», «Спящая красавица» Юрий Григоровича.

 

Елена Чапленко. Большой театр – первый театр, в котором Вы танцуете? Каким был Ваш путь?

Денис Захаров. Первый и единственный. Попал я туда очень легко, учась на втором курсе Московской академии хореографии. Так произошло, что тот год был очень продуктивным в плане конкурсов. Соответственно, там я познакомился с художественным руководителем Вазиевым, и тогда он озвучил свои планы на меня. Он хотел, чтобы я исполнил Голубую птицу в «Спящей красавице» ещё будучи учеником в академии, чтобы я танцевал ведущую мужскую партию в балете Большого театра. И это был один из первых случаев, последний раз в 70-е года ученицу пригласили в Большой театр в спектакль «Лебединое озеро». Поэтому охарактеризовать свой приход могу так, что я влетел в Большой театр. Спасибо руководителю за доверие и возможность.

 

Елена Чапленко. Вы считались одарённым учеником?

Денис Захаров. На меня всегда были большие надежды.

 

Елена Чапленко. В каких странах Вы были на гастролях?

Денис Захаров. Мы были на гастролях в Австралии, в Лондоне, в Милане. Моя работа в Большом театре в 18-м году, в принципе, началась с того, что я еду на гастроли в Милан. Как раз там и состоялась премьера Золотого божка. Побывали во многих местах, посмотрели замечательные театры, и могу сказать одно - когда мне говорят, что их театр самый лучший театр мира, возвращаясь домой и приходя на историческую сцену, я понимаю, что они были не правы. Большой театр есть и будет Олимпом, на который забраться может не каждый.

 

Елена Чапленко. Как Вас принимают за рубежом?

Денис Захаров. Прекрасно принимают, всегда были аплодисменты. Большой театр ждут везде.

 

Елена Чапленко. Какая зарубежная хореография произвела на Вас наибольшее впечатление?

Денис Захаров. Я много чего видел, всего и не перечислить. На меня произвело большое впечатление знакомство с современной хореографией, а именно Форсайд. Я никогда не думал, что мне будет импонировать то, как он рисует человеческим телом геометрические фигуры, окружности, он потрясающе играет с телом и физикой каждого танцовщика, видно, что он берёт материал и воплощает то, что будет подходить именно этому танцовщику или балерине, поэтому, наверно, я могу выделить его. Его работы импонируют, и они интересные, и я бы сам хотел что-то ставить именно в этом направлении.

 

Елена Чапленко. Какие главные требования к Вам предъявляют?

Денис Захаров. Главные требования? Это зависит от руководителя. Ко мне особые требования. Я просто воспитан людьми, которые создавали именно тот Большой театр, именно те балеты, на которые сейчас идёт зритель. Требования не исходят из - выше прыгни, больше сделай пируэт; это само собой. Гораздо интереснее создать роль, чтобы люди, выходя из театра, ждали тебя у пятого подъезда, смотрели на тебя глазами, будто ты небожитель. Гораздо более интересно, когда есть сюжетный спектакль, в который ты погружаешься.

 

Елена Чапленко. Когда Вы познакомились С Юрием Григоровичем?

Денис Захаров. Проходила подготовка к партиям Принца Дезире и Злого гения с двумя людьми - с Денисом Медведевым и Валерием Лагуновым. У нас такая получилась преемственность поколений, своего рода семья. Это была безумно интересная история для меня. Валерий Лагунов - один из первых исполнителей партии Злого гения у Юрия Григоровича. Я помню, как его Медведев пригласил в балетный зал, и я очень дико волновался, ну, потому что это для меня маэстро, это мэтр балета, это большая ответственность - не оплошать перед таким человеком высокой культуры. Я ещё не был с ним знаком, поэтому это было очень волнительно, и с первой же репетиции я увидел пластику резкую, жёсткую, хищную. Это кукловод, руководящий главными персонажами на сцене, будь то Зигфрид, Одиллия или Одетта, для него это игрушки. Потом подготовка совершенно альтернативная к принцу Дезире происходила с теми же самыми людьми. Здесь я, войдя в зал, понял, что уже работал и с Валерием Лагуновым, и с Денисом Медведевым, и они ко мне очень тепло относятся, и я их уважаю и люблю, и могу уже более раскрепощённо себя вести и говорить о своих желаниях. Мы будто возрождали традиции того классического танца, который был забыт.

 

Елена Чапленко. Как Вы работаете над образом?

Денис Захаров. Когда мы готовили партию Альберта в «Жизели» с Борисом Акимовым, на протяжении наверно трёх недель мы постоянно созванивались, и он мне говорил – знаешь, я ехал сейчас домой, и я придумал ещё вот что, а давай попробуем, а я придумал ещё такой вариант, надо запомнить, давай попробуем, ещё попробуем, ещё попробуем… Мы всегда преследуем органику, чтобы вы, смотря спектакль видели, что на сцене всё как в жизни, что это не рафинированная классика, как хрустальная ваза, а как будто бы вы пришли и смотрите немое кино, в котором понятно всё и без слов, чтобы если плачу я, плакали бы и вы в зрительном зале, чтобы было всё настолько по-настоящему! Десятки вариантов, сотни вариантов были просмотрены, и сделаны и выбраны из них единицы, чтобы максимально усилить эффект происходящего на сцене, то есть это кропотливая работа, это как собирать пазлы и постоянно менять кусочки, постоянно из них создавать новое, освежать старое, создавать новое, не отходя от незыблемой классики, поэтому это интересно это захватывающе.

 

Елена Чапленко. Вы пересматривали своё отношение к балету?

Денис Захаров. Постоянно, каждый день, после каждой репетиции я пересматриваю своё отношение к балету. Эти мысли меня не покидают. Наверное, с течением времени, приобретаемого возраста и опыта, который тянется за тобой как багаж. Иногда опыт отягощает, а иногда он облегчает. Я могу сказать, что будь у меня вторая-третья жизнь, я бы выбрал балет снова.

 

Елена Чапленко. Какие спектакли Вы бы отметили особо?

Денис Захаров. Такой обширный репертуар идёт в Большом театре. Превалирует конечно Юрий Николаевич Григорович, это те спектакли – колоссальные, гигантские спектакли - на которых именно и держится крыша Большого театра России, незыблемые шедевры: «Спартак», «Лебединое озеро», «Щелкунчик», «Иван Грозный». «Щелкунчик» Григоровича отнюдь не детский спектакль, для кого-то это наивная сказка, которая закончилась безобидно, а для кого-то это ушедшее время и мечты, которые никогда не сбудутся. Жаль, что не идёт «Каменный цветок». Прекрасный балет «Легенда о любви», кстати, это первый балет, который я посмотрел в Большом театре.

 

Елена Чапленко. У каждого хореографа свой почерк?

Денис Захаров. Да, абсолютно у каждого. Сейчас я исполняю партию Воланда в балете «Мастер и Маргарита» Эдварда Клюга. А несколько лет назад исполнял партию Петрушки в одноимённом балете того же хореографа. И когда мы поработали над одним балетом, я уже понимал определённый, скажем, сленг, как хореограф строит свой хореографический текст. У каждого есть свой диалект, так же как есть свой стиль у каждого композитора, он узнаваемый. После «Петрушки» в «Мастере и Маргарите» я увидел многие знакомые движения, повторяющиеся хореографические элементы. Это определённая стилистика хореографа и в музыкальном плане, и в хореографическом. Если говорить о Юрии Григоровиче, это великий режиссёр, не говоря уже о том, что его хореография гениальна. Первый человек, который придумал сквозное действие - это был Юрий Николаевич. Сцена, когда выходят рабы в балете «Спартак», и остаётся жена Спартака на сцене поникшая, в зале идёт затемнение, потом даётся свет и уже стоит свита Кааса. Это называется сквозное действие. Юрий Николаевич всегда был гениален тем, что кордебалет усиливал действия солистов на сцене, на его примере надо учиться, но чтобы учиться надо уметь видеть, нужно уметь разглядеть.

 

Елена Чапленко. Успешные постановщики делятся своими секретами?

Денис Захаров. Все великие мастера очень себялюбивые и мало кто из них может поделиться своими секретами, тайнами, авторы своих произведения очень ревностно относятся к своей работе.

 

Елена Чапленко. Ваш секрет отличного выступления?

Денис Захаров. Секрет отличного выступления банально прост - выходя на сцену, нужно получить удовольствие от того, что ты делаешь на ней. 

 

Елена Чапленко. Какой самый необычный танец Вы исполняли?

Денис Захаров. Самый необычный танец – партия Нарцисса. Мы работали над ней с Денисом Медведевым, потому что он был последним исполнителем этой партии. Первобытность, как будто бы человек впервые попал в сады Эдема. Меня поразила работа над деталями, например, как кисть руки сбрасывает каплю росы. Когда Нарцисс увидел своё отражение и полюбовался им, затухает свет, даётся луч и прорисовывается на задник его силуэт, создаётся эффект трели глади воды, когда нарцисс покачивается на пальцах. Это такие гениальные мелочи!

 

Елена Чапленко. Что бы Вы хотели добавить в свой репертуар?

Денис Захаров. Я бы хотел переключаться на роли героических персонажей. Партия князи Курбского мне очень помогла в этом. Хочется переключаться на палитру других красок, чтобы зрители видели во мне не только принца.

№5 от 02 апреля 2025 г.

Сергей Дудинский. Интервью

 

Елена Чапленко: Расскажите, пожалуйста, над чем Вы работаете в настоящее время.

Сергей Дудинский: Работаю, как всегда, над всем, преимущественно, над собой. Сейчас такое время, когда я работаю в жанре симфонической песни, и делаю акцент больше на симфоническую эстраду. Пишу много авторских песен. Также ищу хороших композиторов, которые могли бы выразить меня, мой голос, тембр в музыке. Это сложно на сегодняшний момент. Наверное, это самая большая работа, которая сейчас идёт у меня. Я так решил, что в 25-м году надо мне это место именно в симфонической песне занять твёрдо.

 

Елена Чапленко: Вы давали сольные концерты в последнее время?

Сергей Дудинский: Концерты были – очень много по всей России. У меня был довольно большой тур, с которого я буквально недавно вернулся. Это и Урал, и Север, и Западная часть России, Центральная часть. Апрель, май тоже гастрольные месяцы.

 

Елена Чапленко: Какой у Вас репертуар?

Сергей Дудинский: Я набрался смелости и всё-таки начинаю петь свой собственный репертуар с оркестром. Также, поскольку я человек, который ищет эксклюзивный материал, исполняю хиты, но которые не запеты, в которых есть ещё какая-то жизнь и первобытность…

 

Елена Чапленко: У Вас есть свой автор?

Сергей Дудинский: Сейчас нахожусь в поиске авторов. На почту приходит очень много материалов, но они мне не сильно нравятся, то есть они не отзываются во мне.

 

Елена Чапленко: Какой должна быть музыка, чтобы она в Вас отозвалась?

Сергей Дудинский: Наверное, какая-то очень большая, которая пережита, не идёт на поводу у времени, а которая существует вне времени. Которая после меня осталась бы на годы…

 

Елена Чапленко: Кто-то занимается рекламой и продвижением Вашего имени?

Сергей Дудинский: Если честно, у меня нет таких людей, которые могли бы заняться рекламой и продвижением. Сам я в этом мало что понимаю. Но, например, в 24-м году я стал немного появляться на телевидении. В прошлом году у меня был эфир у Андрея Малахова - «Песни от всей души». Очень был хороший эфир, который дал мне очень много – поднял мой рейтинг, благодаря нему у меня состоялись туры, народ обо мне узнал. Хотелось бы почаще… В 25-м году тоже планируются какие-то эфиры, я надеюсь, что они состоятся. Наверное, это самая лучшая реклама на данный момент.

 

Елена Чапленко: Ранее Вы отмечали, что песня «Небо» - Ваша любимая. А сейчас?

Сергей Дудинский: Это была самая первая написанная мною песня – «Небо». Я её впервые исполнил в Петербурге более 10 лет назад, и потом как-то забросил. Мне она не нравилась. Я её разлюбил. А эфир Малахова как будто дал ей новую жизнь. Причём, редакция Малахова сама выбрала эту песню. Получилось так, что люди сильно полюбили «Небо» и теперь просят её на концертах.

 

Елена Чапленко: Действительно ли Вы не любите жанр романс?

Сергей Дудинский: Романс всегда был моим нелюбимым жанром, если честно, никогда его не любил, но он у меня получался. Вообще парадокс! Наверное, мне нельзя такие вещи говорить, как музыканту, но это правда, я всегда пытался как-то скрыть это, а сейчас уже не хочу. Мне кажется, время романса прошло, я не вижу в нём развития. Всё что мог в этом жанре я сделал, всё ему отдал. Для меня очень важно видеть ещё что-то впереди, не хочу, чтобы в моём творчестве был потолок.

 

Елена Чапленко: Какие самые интересные предложения Вы получали из-за рубежа?

Сергей Дудинский: В Лос-Анджелесе мне предложили спеть современную джазовую оперу «Орфей и Эвридика». И, если честно, у меня получилось, потому что от критиков в Лос-Анджелесе я слышал удивительно лестные вещи. Было предложение даже поехать на Евровидение от Монако. Жалею, что не поехал, потому что я мог бы получить довольно интересный опыт. Мне нравится работать с талантливыми людьми и неважно, где они находятся. Я вообще люблю талант. Влюбляюсь всё время.

 

Елена Чапленко: В Вашей сфере много талантливых людей?

Сергей Дудинский: Нет. Наверное, это строго. Может быть, кто-то скажет, что я много беру на себя, но я уже имею право об этом судить. Понимаете, у нас очень много хороших артистов, много прекрасных, но всё не талантливых. Есть просто дело на сцене – ремесло – и делается это довольно хорошо, но это не талантливые люди. Мало кто живёт там, на сцене, в основном – людские амбиции.

 

Елена Чапленко: А Вы живёте на сцене?

Сергей Дудинский: А я по-другому не умею. Я не вижу смысла тогда выходить на сцену. Можно заняться чем-то другим – преподавать или записывать музыку в студии. Сцена – она не для того, чтобы уйти от себя или думать, какой ты талантливый. Сцена – это как чистый лист бумаги в книге, который ты должен заполнить своей историей, чувствами.

 

Елена Чапленко: В глубине души, Вы считаете себя талантливым человеком?

Сергей Дудинский: Да, конечно. Если бы я не был такой талантливый, наверное, у меня многое не получилось бы. Мне бы не попадались те настоящие артисты, дирижёры, с которыми я работаю. Я никогда бы не узнал Галину Вишневскую, Елену Образцову, Монсеррат Кабалье, Пласидо Доминго, Аллу Пугачёву…

 

Елена Чапленко: Какая Ваша публика? Кто Ваши зрители?

Сергей Дудинский: Не знаю. Я только знаю, что их много. Публика настолько разная – кто-то на мои концерты приходит впервые и вообще не понимает, можно ли так существовать на сцене. Кто-то втянулся и уже осознанно ходит на мои концерты. Даже есть группа поклонниц, которые ездят за мной в разные города. Ещё у меня есть фан-клуб.

 

Елена Чапленко: Учитывая, что кто-то в зале Вас может не знать, какую песню Вы выбираете для открытия концерта?  

Сергей Дудинский: Очень крутую! Я иду в зал и понимаю, что очень много людей, которые меня не знают или видят в первый раз. Подача, голос, мои внешние данные, музыка – это всё должно быть в совокупности. Мы этот момент всегда очень чётко продумываем. Тут такой момент – нельзя промахнуться. У меня, например, часто открываются концерты с джазовой песни «…». Мы её сделали помпезною, с оркестром. Очень яркая, удивительно раскрывается и история джаза и поп-культуру и даже академическая история.

 

Елена Чапленко: Как подходите к выбору заключительной песни в концертной программе?

Сергей Дудинский: Программа выстаивается так, что в конце должна быть некоторая лёгкость, люди должны уже «отдохнуть от эмоций, отдохнуть от меня». Хочется уже немножко баловаться, завершающую, финальную песню я делаю обычно театральной.

 

Елена Чапленко: Вы даёте мастер-классы?

Сергей Дудинский: У меня бывает коучинг, я приезжаю в оперные театры и возвращаю людям голоса. Кстати, у меня настоящий дар в этом плане, я правда хороший педагог. Я могу об этом говорить прямо и мне не стыдно! Я знаю, как сделать так, чтобы голос пел, чтобы певицы брали верхние ноты, о которых мечтают все в этом мире.

 

Елена Чапленко: Как Вы себя позиционируете?

Сергей Дудинский: Я недавно послушал свои записи и не понял кто я, что я вообще такое. Я вообще не понимаю, как я это делаю. Это как новый жанр, наверно, не поддаётся описанию – это и не эстрадный жанр, и не джаз, и не рок, это что-то отдельное, которое, может быть, когда-нибудь займёт место определённого жанра. Я не знаю какое дать этому объяснение, и никто не знает. Вот так вот замикстован мой голос. Но в этом, зато, есть какая-то своя индивидуальность.  Мне многие задают вопрос: как ты это делаешь? А я не могу сказать – я сам не знаю! Научить этому, кстати, я не могу. Мы даже обращались к историкам, к музыковедам, чтобы они дали объяснение. И никто не может дать! Меня так все воспринимают: «Это Дудинский.» Мне очень приятно, что ко мне так относятся, ну, наверное, признают…